05 Авг

«Крымский террорист» Афанасьев рассказал о пытках после задержания и давлении после отказа от показаний в суде

Геннадий Афанасьев

Геннадий Афанасьев

Геннадий Афанасьев, осужденный по делу «крымских террористов», рассказал об обстоятельствах своего задержания 9 мая 2014 года, сообщил «Медиазоне» адвокат Афанасьева Александр Попков.

По словам Афанасьева, его задержали, когда он шел на парад, после чего начали бить и усадили в машину. Задержавшие его требовали назвать фамилии и дать показания на режиссера Олега Сенцова, основного фигуранта дела, передает адвокат слова своего подзащитного.

Когда дома у Афанасьева проходил обыск, он лежал на полу. После обыска вся изъятая аппаратура пропала. В ФСБ в Крыму следователь Артем Бурдин из Москвы предложил задержанному сознаться в подрывах памятника Ленина и Вечного огня, добавляет Попков.

«Били в присутствии Бурдина и оперативников, били перчатками, жестко, в грудь и живот, по голове. Потом надели противогаз и начали зажимать шланг, он захлебывался рвотой в противогаз. Пытали током, в том числе прикрепляли провода к половым органам» — сказал адвокат. Он отмечает, что в московском СИЗО «Лефортово» Афанасьева не били, но там находились те же оперативники, что и в Крыму.

Попков рассказал, что следователи добавляли к делу эпизоды на разных допросах: например, поездки Афанасьева и Сенцова с продуктами к украинским военным превратились в поездки с целью купить оружие.

«Он признает, что действительно принимал участие в поджогах двери и окна. Он считает, что это были нацистские организации, а в этих зданиях избивали людей и активистов», — говорит Попков о позиции подзащитного.

Адвокат сообщил, что Афанасьева привезли в Ростов-на-Дону, где идет процесс по делу Сенцова-Кольченко, 24 июля. Через три дня «Александр из Москвы», присутствовавший при пытках, требовал от Афанасьева повторить все показания в суде. «Если ты откажешься, поедешь на север к белым медведям, а твоя мать может попасть в аварию. Это цитата», — приводит адвокат слова Александра.

30 июля Афанасьев был в суде, тогда, по словам Попкова, к его подзащитному зашел сотрудник ФСБ и сказал «я вместо Александра», после чего велел ему отказаться отвечать на вопросы, сославшись на 51-ю статью Конституции, чтобы адвокаты не могли расспросить Афанасьева. Попков утверждает, что сотрудник ФСБ говорил о договоренности с судьей об этом.

Адвокат указывает, что сотрудник ФСБ, требуя отказаться от показаний по 51-й, говорил Афанасьеву: «Сегодня самый важный день в твоей жизни»,

После того как Афанасьев на суде отказался от своих показаний и сообщил об оговоре Сенцова, 31 июля его привели в кабинет СИЗО, где ему этот же сотрудник ФСБ угрожал, требуя сказать, что адвокаты заставили отказаться его от показаний.

По данным Попкова, после выступления в суде 30 июля Афанасьев не подвергался насилию.

В понедельник, 3 августа, адвокат Попков сообщил, что Афанасьев назвал «фантазиями следствия» утверждения о существовании террористических групп и впервые рассказал о пытках при задержании в Крыму. Адвокат отметил, что рассказ Афанасьева о пытках схож с тем, что сообщил своему адвокату Олег Сенцов.

Геннадий Афанасьева теперь хочет добиться пересмотра своего дела и доказать абсурдность обвинений в терроризме. В конце декабря 2014 года он был осужден на семь лет колонии, несмотря на признание вины и дачу показаний. Аналогичное решение было вынесено в отношении Алексея Чирния, который на процессе по делу Сенцова-Кольченко отказался от показаний по 51-й статье.

Медиазона
05 Авг

Восьмой день суда над Сенцовым и Кольченко. Трансляция «МедиаЗоны»

Процесс Сенцова. ВещдокиФото: Антон Наумлюк

В среду Северо-Кавказский окружной военный суд завершает рассмотрение доказательств обвинения по делу украинского кинорежиссера Олега Сенцова и анархиста Александра Кольченко, обвиняемых в терроризме. Ожидается, что со второй попытки стороны допросят свидетеля обвинения Ярослава Бураковского, который накануне так и не смог выйти на связь из СИЗО из-за организационных проволочек. Сайт МедиаЗона вел трансляцию из зала суда.

Судья поясняет: вещдоки упакуют обратно, «суд опечатает максимальное количество», оружие и деньги, которые не могут храниться в суде, сразу передадут следствию — поскольку в отношении ряда фигурантов дела выделены в отдельное производство, все эти доказательства могут быть еще использованы. Защита ходатайствует об отдельном осмотре телефона Nokia с привлечением специалиста. Прокурор Ткаченко говорит, что закончил представлять доказательства обвинения, но судья напоминает ему о документах, которые так и не представил суду потерпевший Бочкарев; кроме того, несколько свидетелей, заявленных обвинением, до сих пор не допрошены. Председательствующий просит прокурора завтра утром «определиться» с этим.

Следующее заседание по делу Олега Сенцова и Александра Кольченко начнется в Северо-Кавказском окружном военном суде в четверг в 11:00.

Судья Михайлюк делает замечание Кольченко и Сенцову, которые разговаривают между собой, не уделяя большого внимания затянувшейся демонстрации вещдоков: «Смотрите, как ревностно сторона защиты защищает ваши интересы, а вы нарушаете закон, это неправильно!»

Тем временем сторонам демонстрируют перчатки, баллончики и баннер «Русское единство. Всеукраинское общественное объединение», найденные у Кольченко. Мобильные телефоны, приобщенные в качестве вещдоков, не включаются.

В зал вносят новые коробки с вещдоками: внутри каски белые и оранжевые с красными крестами, подсумки с медикаментами, противогазы, баллончики с краской, маски-респираторы и большой запас медикаментов. Все это изъято при обыске в домовладении Энвера Асанова на улице Петровская балка в Симферополе. Следом участникам процесса демонстрируют пистолет Макарова с патронами.

Судья вскрывает конверт с деньгами. Внутри много пачек, перетянутых резинками: евро, гривны, доллары.

— Считайте! — говорит судья Михайлюк.

Прокурор Ткаченко пересчитывает наличные вручную; после пересчета каждую пачку запаковывают. Внутри 65 400 гривен, как и указано в протоколе.

Суд приступает к исследованию вещественных доказательств. Судья Михайлюк смотрит на конверты с деньгами, изъятыми у Сенцова и Пирогова, и говорит, что как доказательства по делу, расследование которого еще продолжается, деньги будут немедленно возвращены следствию: «Нет, с денег мы не начнем».

В зал вносят большую упаковку, внутри — зеленая канистра и пятилитровая бутыль черной жидкости с этикетной «Машинская негазированная», найденные в домовладении Асанова. Адвокат Динзе указывает: на упаковке нет подписей следователя и понятых.

Следом суду демонстрируют предметы, обнаруженные у других фигурантов дела: бутылки из-под пива «Крым-Жигулевское», уайт-спирита и геля «Оникс» (Зуйков), затем — пачку из-под сигарет «Прилук» (Чирний), а также запал УЗРГМ-2 (также найден дома у Асанова).

Адвокат Динзе отмечает, что в протоколе допроса Команской не упомянуто о ее знакомстве с Асановым.

— Там указано, посмотрите в протокол.

— А вы читали протокол недавно?

— Я его диктовала. И я помню, что записано, и от своих показаний я не отклоняюсь.

Сидоркина:

— Вы о присутствии на собраниях Кольченко давали показания на следствии?

— Не помню, я говорила о тех, кто там находился. Я его визуально знаю.

— Вы тогда фамилию Кольченко называли?

— Не помню.

Судья отмечает, что защита задала пару вопросов, на которые свидетель уже отвечала. Команская: «Да! И они есть в допросе!»

Судья Михайлюк:

— Свидетель, вы волнуетесь?

— Нет.

— Угрозы вам поступали?

— Нет.

— Со стороны правоохранительных органов вам…

— Нет!

— … вам не поступало указаний дать те или иные показания?

— Абсолютно нет.

Допрос Команской окончен, заседание снова переносится в другой зал.

По словам Команской, среди тех, кто, как и она, не одобрял радикализма Сенцова, был Влад Лоссовский, который также присутствовал на собрании у «Фрегата»; когда следствие допрашивало его в качестве свидетеля, он отказался отвечать на вопросы, сославшись на 51 статью российской Конституции.

«Я считаю, что он вовремя начал предупреждать, что неправомерные действия в Российской Федерации не есть хорошо. Мы подошли сказать, что не надо радикальных действий».

Динзе:

— В чем был одет Сенцов 10-11 апреля?

— В какую-то серую одежду, было достаточно тепло, точный фасон я не вспомню.

— После этого вы больше с Сенцовым не встречались?

— Нет.

— Вы знаете, с кем в основном он общался?

— Скорее всего, с Геннадием Афанасьевым — из тех кого я знаю. Также там Кольченко, как я понимаю, имел место быть, также Энвер Асанов.

По словам свидетельницы, 10-11 апреля 2014 года она узнала, что взгляды предполагаемой группы Сенцова становятся все более радикальными.

Динзе:

— Сенцов при вас давал какие-то указания о совершении этих радикальных действий, или это были общие рассуждения?

— При мне это были общие рассуждения, и меня в подробности не посвящали.

— Зачем тогда ему жто надо было всем говорить?

— Возможно, найти отклик еще в ком-то.

— Он такими словами и говорил — «совершить террористические акты», «совершить поджоги»?

— «Более радикальные действия» — обычно это звучало так.

Команская утверждает, что при ней Сенцов упоминал подрывы памятника Ленину и Вечного огня. «Про офисы я узнала позже. Из разговоров, которые велись».

— Кто вам это рассказывал?— продолжает задавать вопросы Динзе.

— Мне об этом сообщили просто.

— Так кто и где?

— На этих встречах все просто обсуждалось.

— Так кто и где вам сообщил?

— Люди просто общались, сообщали новости.

— Так от кого вы слышали-то об этом, что к поджогам причастны Сенцов и Афанасьев?

— Слухи в компании переходят из уст в уста.

— Ангелину Корзикову вы откуда знаете?

— Из этой кампании, нас познакомил Геннадий Афанасьев.

— Она поддерживала эти радикальные взгляды?

— Я не слышала от нее радикальных высказываний.

— Вы рассуждали о водружении флага Украины, помощи детям, сборе медикаментов?

— Медикаменты собирала Ангелина, причем совершенно без разницы, для какой из политических сторон.

— Вы дружили с ней?

— Мы общались как девочки. Она больше общалась с Геннадием.

— Она была на встрече, где Сенцов высказывал радикальные идеи?

— Он почти на всех высказывал, наверняка слышала.

Отвечая на вопрос адвоката Сидоркиной, Команская говорит, что «Правый сектор» в Крыму — это скорее вымысел, чем реально существовавшая организация.

Динзе просит уточнить , в какой период проходили встречи группы. Команская: с конца февраля 2014 года, последняя была 10-11 апреля.

При этом, по словам свидетельницы, в день последней встречи у нее была съемка («я ребенка фотографировала»), и по снимкам можно уточнить дату.

— Вы в соцсетях как-то зарегистрированы?

— Да.

— Можете сказать свой никнейм?

— Зачем?

Судья снимает вопрос.

— Вы когда-нибудь входили в группу «Правый Сектор Крым»?

— Думаю, нет.

Команская говорит, что радикальную позицию Афанасьева и Сенцова никогда не поддерживала, о чем говорила им в лицо. На вопрос, почему она при этом продолжала посещать встречи группы, свидетельница отвечать отказывается, но после замечания судьи сообщает, что впечатлений от одной встречи было недостаточно, чтобы все до конца понять, и «поэтому продолжала ходить». Были в группе и другие девушки, с которыми свидетельница была знакома, например, «Ангелина».

— Кроме вас были лица, которые высказывали негативное мнение относительно идей Сенцова?

— Я думаю, таких было достаточно, поэтому они и не продолжали дальнейших действий.

— Мы познакомились с Олегом Сенцовым в кафе «Фрегат», точную дату я не назову, в конце февраля-начале марта 2014 года, — рассказывает Команская. — Меня пригласили поучаствовать в проукраинском митинге.

Свидетельница и ранее слышала о Сенцове: «Рассказывал Геннадий Афанасьев, что Олег был в движении Автомайдан». С Афанасьевым Команская — она профессиональный фотограф — была знакома по работе.

Прокурор:

— Сколько раз вы бывали на этих встречах?

— Раза три. Они проходили в районе кафе «Фрегат», там на улице возле моста. Около 10 человек там присутствовало.

— Сенцов выступал перед собравшимися?

— Да.

— Что он говорил про политическую обстановку в Крыму?

— Что нужно применять активные действия.

— Активные действия, направленные на что и в связи с чем?

— Направленные на то, чтобы Крм не вступил в Состав Российской Федерации, или потом чтобы не состоял в ней. О выходе Крыма из состава Российской Федерации.

— Что он подразумевал под понятием «активные действия»?

— В моем присутствии подробности не обсуждались, я эти действия не поддерживала. Но я знала, что готовился ряд актов террористических, которые были направлены на то, чтобы склонить власти, чтобы Крым вышел из состава Российской Федерации.

— Откуда вы знаете об этом?

— Я слышала лично, но не знаю подробностей. О поджоге двух офисов партий и подрыве памятника Ленину. Я слышала это от Сенцова и Афанасьева, остальных я не знала.

— Кто еще был на этих встречах?

— Энвер Асанов, человек по прозвищу «Лекан», остальных не знаю.

Суд приступает к допросу свидетеля Александры Команской, которую под именем Бадретдиновой (возможно, это ее ник «ВКонтакте») упоминал сегодня как одну из участниц группы Сенцова Бураковский.

Sentsov_5aug_vrez4.jpg

Александра Команская. Фото: личная страница в «ВКонтакте»

В протоколе допроса Александры Команской 8 апреля 2015 года содержатся ее показания о встрече у клуба «Фрегат», которая, по словам свидетельницы, состоялась «10-11 апреля». По утверждению Команской, Олег Сенцов тогда «заявил, что было бы неплохо совершить взрыв памятника В.И. Ленина, расположенного по адресу: г. Симферополь, ул. Гагарина». Сенцов и до этого призывал противников присоединения Крыма к России к «активным мероприятиям», показала она; «под активными мероприятиями Сенцов О.Г. подразумевал проведение ряда диверсий, направленных против Российской Федерации».

«Также хочу добавить, что Сенцова О.Г. очень сильно раздражала символика СССР, в том числе памятники архитектуры», — приводятся в протоколе слова свидетельницы. На встрече у «Фрегата» присутствовали около 10 человек, среди которых Команская знала нескольких: Афанасьева, «Лекана», «Ангелину» и некоего Влада. «Поскольку их методы выражения протеста против вступления Республики Крым в состав Российской Федерации я не поддерживала, я решила ограничить свое общение с указанными лицами», — говорила Команская.

Во вторник прокурор Олег Ткаченко сообщил суду, что заявленная им в качестве свидетеля обвинения Команская не может явиться из-за болезни; ей пришлось вызывать скорую помощь. Между тем, адвокаты Сенцова и Кольченко сообщили «Медиазоне», что связались со свидетельницей, и та не высказывала жалоб на здоровье, отметив только, что накануне у нее был выключен телефон.

Заседание после перерыва переносится в меньший зал. «Тут как-то уютней, спокойней», — отмечает председательствующий Сергей Михайлюк.

В режиме видеоконференции на вопросы суда отвечает потерпевший Александр Бочкарев, который так и не смог предоставить документы, подтверждающие ущерб, нанесенный симферопольскому офису «Единой России» поджогом.

«Там не так все просто, там собирали депутаты, собирали бизнесмены, у нас вот есть какие-то ведомости, я передам их вам», — объясняет Бочкарев отсутствие сметы расходов на ремонт партийного офиса. Он просит суд подготовить запросы и истребовать фото и видео повреждений у пожарных и полиции, а также вызвать в качестве свидетеля Олега Мокшина, который тогда возглавлял аппарат партии.

По фото, говорит Бочкарев, будет видно, что офису был нанесен «значительный материальный ущерб». Прокурор возражает: «Мы из этих документов не можем вывести сумму ущерба».

В протоколе опознания Боркина указано, что Бураковский опознал его по «оттопыренным ушам»; адвокаты показывают свидетелю фото Боркина и спрашивают, где у него «оттопыренные уши». На фото этого не видно, но «вживую человека можно лучше разглядеть», отвечает тот.

Сидоркина: вы безвозмездно даете свои показания?

— Да, безвозмездно.

Допрос свидетеля окончен. Перерыв — 10 минут.

Следом прокурор читает протокол опознания Бураковским Никиты Боркина по фото.

Адвокат Владимир Самохин: формулировка «я опознаю его по чертам лица, форме носа и головы» повторяется от опознания к опознанию. Динзе добавляют, что понятые в этом деле также кочуют из протокола в протокол.

Ткаченко оглашает протоколы опознания Бураковским Сенцова и Кольченко по фото; сами снимки из материалов дела при этом показывают находящемуся в крымском СИЗО свидетелю по видеосвязи. Как и Динзе, адвокат Сидоркина указывает на нарушение УПК при проведении опознания: у следствия была возможность провести опознание очно, а не по фото; лица, представленные для опознания, заметно отличаются от Кольченко по возрасту и внешности, и единственное их сходство с ее подзащитным — черные очки. Адвокат говорит, что протокол опознания датирован 21 августа 2014 года, а сегодня в суде свидетель говорил, что якобы ему предъявляли фото в день обыска 9 мая. Бураковский отвечает, что плохо помнит, и мог спутать даты, но на вопрос судьи подтверждает, что под протоколом стоит его подпись.

Прокурор оглашает протокол опознания «Лекана»-Зуйкова Бураковским по фотографии.

Адвокат Динзе отмечает, что на двух из трех предложенных для опознания фотографий люди с длинными волосами и без растительности на лице, а у «Лекана» короткая стрижка, есть бородка и серьга в ухе.

«Я опознавал не по длине волос и не по бородке, а именно в лицо, оно было мне знакомо», — отвечает свидетель.

У адвоката Динзе вопросы к Бураковскму.

— Эти два человека, о которых вы говорили, это кто?

— Сенцов и Афанасьев.

— Вы сегодня, отвечая на вопрос судья, указали, что в группе «ВКонтакте» собирали деньги. Скажите, на что.

— На те же самые медикаменты, краску. Собиралось со всех по возможности, кто сколько может, для агитации настенной, для листовок.

— Кому конкретно деньги передавались?

— Если не ошибаюсь, была карточка Приват-банка, я ни разу не передавал, точнее сказать не могу.

— А Сенцов собирал деньги на какую-либо деятельность?

— Я такого не знаю.

На уточняющий вопрос судьи Михайлюка Бураковский говорит: да, в судебном «аквариуме» сейчас находятся именно те лица, против которых он давал показания. Судья спрашивает, оказывалось ли на свидетеля давление. «Нет, не оказывалось абсолютно никакого, я был этому очень удивлен», — отвечает тот.

Заседание возобновляется после перерыва. Адвокат Динзе оглашает показания Бураковского, которые тот давал в мае 2014 года — тогда свидетель не упоминал о группе «Правого Сектора Крыма» «Вконтакте» и говорил, что познакомился с Асановым в баре, и лишь однажды видел, как тот заносит на участок некий мешок в обществе двух молодых людей.

Хотя Бураковский выражал готовность опознать их, но имен других участников предполагаемой группы Сенцова в протоколе не упоминалось. Асанов заходил в дом один, говорил тогда свидетель, его дверь запиралась на висячий замок, и чем он занимался в своей комнате, Бураковский не знает. О «встречах» или «собраниях» в доме в первоначальной версии свидетельских показаний также не говорится; кроме самого квартиросъемщика и Асанова в домовладении однажды появился лишь брат хозяина с девушкой. Других гостей Бураковский в мае 2014-го вспомнить не смог.

Судья просит Бураковского объяснить, почему сейчас его показания гораздо подробнее и обширнее, чем на следствии. «Все-таки серьезность момента заставляет покопаться в памяти и вспомнить все, что помню по этому поводу», — отвечает свидетель. Протокол его допроса от 13 мая 2014 года будет оглашен после обеденного перерыва.

Адвокат Динзе просит огласить и протокол первого допроса Бураковского, в котором тот описывал события весны 2014-го совершенно иначе. Прокурор Ткаченко возражает. Судья Михайлюк интересуется, не будут ли участники процесса против, если обеденный перерыв придется отложить.

Динзе тем временем задает свидетелю уточняющие вопрос: где именно в доме Асанова проходили встречи участников группы? Тот отвечает, что о собраниях знал только со слов хозяина.

Бураковский вспоминает, что Кольченко он видел дважды — возле кафе «Фрегат» и еще один раз возле Таврического национального университета, «но я могу ошибаться», оговаривается свидетель. Возле «Фрегата» была «встреча группы»: кто-то подходил, кто-то уходил, а возле ТНУ «ребята договорились развлечься и поиграть в лазертаг и собрались после игры», — рассказывает он. Также на встрече возле университета присутствовал Афанасьев, и «Ангелина была, если не ошибаюсь».

— На момент ваших показаний на следствии вы находились под надзором правоохранительных органов?

— Как бы вам объяснить-то. Приговор мне давался именем Украины, закон России я не нарушал на тот момент, поэтому надзор ко мне не применялся.

Фамилию Боркина свидетель не знает, но «Никита — да, был парень такой». «Гена Афанасьев упоминал о таком парне, я помню».

Прокурор переходит к оглашению показаний Бураковского, данных следователю Бурдину в августе 2014 года.

Александра Пирогова по кличке «Пингвин» свидетель Бураковский не помнит.

Говорит, что на следствии он по фотографиям опознавал Сенцова, Афанасьева и «третьего человека, я не помню, опознал или нет».

У адвоката Динзе больше нет вопросов к Бураковскому. К его допросу приступает защитник Кольченко Светлана Сидоркина:

— В своих показаниях вы называли фамилию Кольченко?

— Да, потому что я знаю эту фамилию.

— Вам предлагалась для опознания фотография Кольченко?

— Возможно, я не помню.

— Когда производилось опознание по фотографии?

— В день обыска.

На просьбу описать Кольченко Бураковский отвечает: «Высокого роста, короткая стрижка, темноволосый, если я не ошибаюсь».

— Вы лично с ним разговаривали?

— Может быть, одной или несколькими фразами только.

Бураковский описывает обыск в доме Энвера Асанова. Из комнаты хозяина были изъяты каски, медикаменты, баллоны с краской, маски с прорезями для глаз, «в одной из хозпостроек была канистра с горючей смесью», на территории участка из старого туалета «была изъята коробка, в которой находилось ведерко из-под майонеза с какой-то сыпучей штукой, и в этом ведре под песком находилась граната, еще был сверток, в котором находился пистолет Макарова с полной и запасной обоймой».

По словам свидетеля, он не обратился в правоохранительные органы, когда узнал о планах своих новых знакомых, потому что «Афанасьев производил впечатление абсолютно положительного человека, и я не верил, что они могут пойти на такие действия».

Динзе продолжает допрос Бураковского.

— Сенцов на этой второй встрече давал кому-либо указания совершать радикальные действия, сжечь офис «Единой России» или изготовить взрывчатку?

— Нет, я не слышал такого.

— Кроме негативного отношения Сенцова к присоединению Крыма к России вы какие-либо радикальные высказывания от него там слышали?

— Да, слышал. Одна из участниц группы Александра Бадретдинова… Может, я ошибаюсь немного в фамилии — она тоже участвовала в этой встрече, они при мне познакомились с Олегом… Пошла речь о дальнейших действиях. Олег предлагал более радикальные действия, чем агитация или общение, предлагал поджечь какой-то офис или что-то в этом духе. Александра не соглашалась.

— Как Олег отреагировал?

— Было сказано, что те, кто не хочет действовать, пусть остаются в стороне, раз они помощи не оказывают.

— Вы об этом в показаниях говорили?

— Я давно давал их, я не помню.

Давления на него сотрудники ФСБ, говорит свидетель, не оказывали.

«Три точно было», отвечает Бураковский на вопрос адвоката Динзе о числе отдельных групп, действовавших относительно автономно. Большая часть указаний при этом исходила от Афанасьева, говорит свидетель; какое отношение к этим погруппам имел Сенцов, он пояснить не может.

— Себя Афанасьев позиционировал как руководитель?

— Ну, знаете, есть такие люди, у которых ярко выраженные лидерские качества. Афанасьев был именно таким.

— Вам что-либо известно об обстоятельствах задержания Чирния и Афанасьева сотрудниками ФСБ?

— О задержании Афанасьева я узнал в группе «ВКонтакте», позже в интернете увидел про задержание Чирния.

Защита продолжает допрос Бураковского.

— Вас задерживали сотрудники ФСБ?

— Нет.

— А как вы появились в этом деле?

— Проживая в комнате, предоставленной мне Асановым, я принимал участие в обыске этого дома. Скорей всего, таким образом и появился.

— Сколько раз вас допрашивали?

— Один. Два, по-моему, да два. Первый раз в день обыска, второй через несколько месяцев.

— Вы сообщали одни и те же данные на этих допросах?

— Да, я рассказывал по крайней мере так, как помнил сам.

— Давайте вернемся в бар.

— Давайте, — грустно отвечает свидетель.

-— Сколько вы там сидели и общались?

— Час или больше, я успел выпить два бокала вина.

— Афанасьев говорил, что за оружие у него, или где оно лежит?

— Нет, не говорил.

С Чирнием, говорит свидетель, он познакомился примерно через несколько дней. На встречах они обсуждали «распределение группы, люди, которые хотели принимать более радикальное участие, разбивались на подгруппы». У Чирния, рассказывает Бураковский, была своя подгруппа, «он был в ней старшим».

Динзе — Бураковскому:

Почему именно с Асановым вы познакомились?

Знакомство произошло как у всех нормальных людей, когда просто проводим время в баре, выпивая пиво, — рассказывает свидетель. По его словам, после первой встречи у школы он со знакомым ему по группе «ВКонтакте» Афанасьевым и еще несколькими участниками собрания отправился в бар, где и познакомился с Асановым. Сенцова в баре не пошел, отмечает Бураковский.

Асанов на общем фоне выделялся «разве что бородой», говорит свидетель, а вот Афанасьев идентифицировал себя с «Правым Сектором Крыма».

Асанов и Афанасьев говорили что-либо относительно оружия?

В разговоре была затронута тема, что может возникнуть серьезное противостояние, и тогда против группы будут вооруженные люди выступать. Афанасьевым было сказано, что если надо, то и у нас будет оружие.

Откуда, вы его спросили?

Этого он мне не рассказал.

По информации радио «Свобода», адвокат Сенцова Дмитрий Динзе разыскал в Крыму девушку, которая в оперативных справках ФСБ по делу «крымских террористов» фигурирует под именем «Ангелина».

Согласно документам дела, в отношении «Ангелины», участвовавшей в собраниях группы, о которых рассказывает свидетель Бураковский, велись оперативные мероприятия, однако вызывать ее на допрос следствие посчитало нецелесообразным.

«В течение всего этого времени, с момента задержания Сенцова и Афанасьева, я все время находилась в Крыму, в Симферополе, и со мной не связывались ни по телефону, ни лично, никто меня не вызывал, на контакт со мной не выходил и ни о чем не извещал», — рассказала «Ангелина» защитнику.

«Она подтвердила свое участие во встречах проукраинских активистов, однако заявила, что во время их проведения ни о каких радикальных действиях речь не шла», — передает радио «Свобода»; о существовании группы «Правый Сектор Крыма» девушка не слышала.

«По уголовному кодексу два человека это — уже группа лиц. Но нас больше было», — замечает свидетель, рассказывая, что на встречу у школы он пришел вместе с Афанасьевым и еще несколькими молодыми людьми. «Там был не только “Правый Cектор Крыма”, там были и ребята, неизвестные мне — что-то там типа Евромайдана, что-то такое», — рассказывает Бураковский, отмечая, что во встречах участвовали и девушки.

Ярослав Бураковский. Фото: личная страница «ВКонтакте»

«Людей встречают не по одежке», — отвечает Бураковский на вопрос адвоката Динзе о том, как был одет Сенцов на встречах, о которых рассказывал свидетель. Вспомнить, какой именно ник он использовал «Вконтакте», Бураковский по-прежнему затрудняется: говорит, что он был зарегистрирован как «Ярослав “Супермарио” Бураковский» — «может быть, не “супер”, может быть, просто Марио».

Динзе интересуется, когда Бураковский узнал фамилию Олега Сенцова, тот поясняет: «Это известная достаточно личность». Что его новый знакомый — кинорежиссер Сенцов, он узнал из СМИ, настаивает свидетель.

К допросу свидетеля Бураковского приступает сторона защиты. Адвокат Динзе:

— Под каким ником вы были зарегистрированы «ВКонтакте»?

— Никнеймы менялись, возможно, на тот момент был «Супермарио».

— Вы размещали под ним фотографии, личные записи?

— Все там было: фото, видео, личные заметки.

— Вы с кем из перечисленных «ВКонтакте» дружили?

— Мы не добавлялись, все общение происходило на странице в группе.

— Кто ее администрировал?

— Не знаю.

— Когда вы добавились в группу?

— В начале февраля 2014 года. Мне была интересна позиция этой группы, я хотел подробнее об этом узнать.

По словам Бураковского, там обсуждались «в основном проблемы, связанные с воинскими частями на тот момент, тогда были блокированы украинские части».

В группе также состояли Афанасьев, Чирний и «Лекан» (Зуйков) — «ну, это запоминающиеся такие, остальных вспомнить не могу». Сенцова среди участников группы свидетель не помнит. Степан Цириль ему незнаком.

Бураковский: «Мне непосредственно предлагалось Энвером Асановым поджечь офис партии “Русское единство”, была назначена ночь проведения этой акции. В эту ночь я его пытался отговорить, объясняя дальнейшие последствия, потом где-то в полночь я ушел, а он остался, и только на следующий день я узнал, что офис все-таки был подожжен, правда, я не знаю, кем».

О других акциях группы свидетелю неизвестно. «Как один из вариантов предлагалось взорвать памятник Ленину на Вокзальной площади. Исходило это от Афанасьева Геннадия», — вспоминает свидетель. Согласился ли кто-то на это предложение, он не знает.

Бураковский рассказывает, что на второй встрече группы «предлагалось перейти к более радикальным действиям, чем распространение листовок и роспись стен». Предложение исходило от Сенцова.

— Какие-то конкретные действия обсуждались?

— Предлагалось поджечь или взорвать, например, какой-то такой объект, который… Я извиняюсь, тогда шла речь о поджоге какого-то объекта, принадлежащего к русским блокам, обсуждались варианты.

— Какие варианты?

— Например, офис какой-нибудь партии российской. Предложение исходило непосредственно от Олега Сенцова.

— Вам предлагалось участвовать в подобных акциях?

— Да. Был поставлен так вопрос, что те, кто готовы идти до конца, будут встречаться и обсуждать действия. А остальных, кто не хочет принимать участие в дальнейших акциях, предлагалось на встречи не приглашать. Я не участвовал в дальнейшем.

Кто именно привез в дом Асанова медикаменты, Бураковский не знает. Больше никого из приходивших в гости к хозяину свидетель назвать не может; Алексей Чирний в его присутствии к Асанову точно не заходил. Он знает человека по прозвищу «Лекан», тот «был одним из участников группы “ВКонтакте”, но я не знаю, кому принадлежит это прозвище». Фамилии Зуйков и Боркин ничего не говорят свидетелю. С Кольченко Бураковский познакомился на одной из встреч группы; «Тундра» точно был на собрании возле кафе «Фрегат», запомнил он.

Гособвинитель Ткаченко:

— По данному адресу собирались лица, о которых вы сегодня говорили?

— Энвер Асанов, Олег Сенцов, Афанасьев Геннадий. На одной из встреч я присутствовал. Там не обсуждалось ничего конкретного, так просто, Энвер, может, пригласил в гости ребят. Встреча длилась 5-10 минут, он показал, где он живет, и где я проживаю.

— Какие-либо политические вопросы обсуждались на этой встрече?

— Нет.

— А вообще вам известно, обсуждались ли по данному адресу вопросы вступления Крыма в состав Российской Федерации?

— Только со слов Энвера. Он пояснял, что приходили в гости ребята и собирали медикаменты, каски там, баллоны с краской, все такое, что может пригодиться для проявления протеста. Это все находилось в комнате у Энвера.

С Афанасьевым, рассказывает Бураковский суду, он познакомился сначала виртуально — в группе «Правый сектор Крыма» «Вконтакте». Позже он завязал переписку и с некоторыми другими участниками группы: именно оттуда ему знакомы Алексей Чирний и Энвер Асанов. «Я ему сказал, что проживать с родителями не совсем удобно, и хотел бы снять жилье. Он мне предложил снять комнату в его или его родственников доме в Петровской балке. В тот же день я вместе с ним отправился туда и некоторое время жил там где-то месяц», — говорит Бураковский.

Вторая встреча Бураковского с Сенцовым состоялась в Симферополе на набережной возле кафе «Фрегат», рассказывает он, во второй половине дня; на встречу свидетеля позвал Энвер Асанов. «Это было мне попутно с работы, я вышел на остановке и встретился там с Олегом, Геной и другими». Афанасьев и ранее ему рассказывал про Олега как про человека, который участвовал в Автомайдане и «хочет организовать движения протеста в Крыму».

Прокурор Ткаченко:

— Движение протеста против чего?

— Против вступления Крыма в состав Российской Федерации.

— Когда состоялось знакомство, Сенцов обращался к вам с просьбами?

— Да. Я оговорился, что работаю сварщиком, и Олег просил мня сварить небольшие шипы из нескольких частей. Как он пояснил, в случае преследования на автомобиле их можно рассыпать и избавиться от преследования.

— А каких преследователей он опасался?

— Не могу сказать. Было сказано, что в Киеве, насколько я понял, у него возникала подобная ситуация, и если бы у него были шипы, он ушел бы от преследования.

— Кто вас познакомил с Сенцовым? — спрашивает Бураковского прокурор.

— Меня представили ему только во вторую встречу, представил меня Афанасьев Геннадий.

— Что происходило на этой встрече? Сколько там было человек?

— Человек 10-15. Были разговоры о том, что делать в случае, то есть, как бы вступления Крыма в состав Российской Федерации, и что мы будем делать в этом случае, если все это произойдет.

— И какое отношение было у этой группы?

— Разное.

— Сенцов высказывал своей отношение?

— То есть, как бы конкретной формулировки не было, но в общем контексте было понятно, что отношение негативное у него.

— Какие предлагались решения?

— На той встрече не предлагалось ничего конкретного, общие рассуждения были.

— Сенцов выступал на этой встрече? Какие он доводил мысли и положения свои?

— Говорилось о том, что надо более активно проявлять свою позицию.

— Какую позицию?

— Против вступления Крыма в Российкую Федерацию, более конкретно ничего не говорилось.

Допрос Бураковского наконец начался. Свидетель говорит, что знает подсудимых Сенцова и Кольченко. «С Сенцовым я познакомился в Симферополе, первый раз мы встретились на территории одной из школ города, число я не помню, это было весной. Там собралось группа лиц из Симферополя, Севастополя, из Алушты были, из Ялты ребята — знакомились между собой, общались», — рассказывает Бураковский.

В первый раз следователь из крымского УФСБ допросил Бураковского 13 мая 2014 года, следует из материалов дела. Тогда он рассказал, что снимал комнату у объявленного впоследствии в розыск фигуранта дела «крымских террористов» Энвера Асанова, с которым познакомился в начале апреля того же года в «одном из баров», потому что съехал от родителей после ссоры.

Sentsov_5aug_vrez11.jpg

В протоколе второго допроса Бураковского, который провел 21 августа 2014 года следователь по особо важным делам Следственного управления ФСБ Артем Бурдин, содержатся уже совершенно другие показания свидетеля. На этот раз Бураковский говорил, что познакомился с Асановым, а также Чирнием и Афанасьевым в группе «Правый сектор Крыма» в соцсети «ВКонтакте» в феврале 2014-го, после чего договорился с ними о встрече.

Sentsov_5aug_vrez2.jpg

На этой встрече, по словам Бураковского, они «обсуждали ситуацию, возникшую на тот момент в г. Киеве, где сторонники “Евроинтеграции” Украины вступили в противостояние с действующей на тот момент властью Украины». Позже, показал свидетель, он еще несколько раз встречался «с указанными лицами» и вместе с ними в Симферополе участвовал в акциях в поддержку евроинтеграции.

«В общении со мной Афанасьев постоянно упоминал человека по имени Олег», говорится во вторых показаниях Бураковского; Олега Афанасьев называл одним из бывших руководителей киевского Автомайдана, ныне возглавляющим группу сторонников «Правого сектора» в Крыму. Позже, говорил на допросе свидетель, он узнал и фамилию Олега — Сенцов. В крымскую группу, по его словам, входили Асанов, Афанасьев, Чирний, «Лекан» (прозвище Зуйкова) и некие молодые люди Никита и Александр. При встрече Сенцов якобы попросил Бураковского — тот работал сварщиком на зеркальной фабрике в Симферополе — изготовить металлические ежи «для разбрасывания на автомобильной дороге при уходе от преследования правоохранительными органами».

Согласно показаниям Бураковского следователю Бурдину, в домовладении Асанова на улице Петровская балка, где он снимал комнату, «неоднократно» проходили собрания группы Сенцова, на которых «вырабатывался план дальнейших действий». 10 или 11 апреля 2014 года Бураковский, по его словам, участвовал в одной из встреч группы возле симферопольского клуба «Фрегат», на которой Сенцов якобы предлагал перейти к «радикальным мерам, направленным на то, чтобы власти России приняли решение о выходе республики Крым из ее состава».

Согласно показаниям, данным в мае, свидетель лишь однажды — «в десятых числах» апреля 2014 года — видел на Петровской балке Асанова в компании двух ранее неизвестных ему молодых людей, заносивших на участок некий мешок. В остальные дни он мог догадаться о визитах хозяина лишь по передвинутым стульям; комната самого Асанова, рассказывал тогда Бураковский, обычно была заперта на навесной замок.

Расхождения в показаниях, данных в мае и августе, свидетель объяснил тем, что сначала «был сильно испуган» обыском в арендованном им жилище.

В СИЗО прибыл судья Крымского гарнизонного военного суда Александр Богуславский. Он устанавливает личность свидетеля: Бураковский Ярослав Любомирович, 1977 года рождения, украинец, гражданство российское, но паспорт еще не получил. Привлекался к уголовной ответственности. «Я был судим судом Украины, последний раз в 2011 году, это статья 185 часть 2 Криминального кодекса (повторная кража), 2 года 7 месяцев, срок отбыл полностью».

Сейчас свидетель снова находится под стражей, против него расследуется еще одно уголовное дело по статье 158 УК РФ (кража).
В суде объявляется перерыв на 10 минут: в СИЗО ищут украинский паспорт Бураковского.

Гособвинитель оглашает протокол выемки крови Сенцова для проведения генетической экпертизы. «Указанные предметы выданы добровольно», — читает прокурор.

Адвокат Владимир Самохин говорит, что сдавать образцы крови его подзащитный не соглашался.

Ткаченко в ответ читает медицинскую справку о том, как производился забор крови.

Динзе возражает против приобщения этого документа: из справки непонятно, кем она составлена и кому адресована, в какую посуду производился забор крови и т. д. Адвокат Кольченко Светлана Сидоркина говорит, что не усматривается причинно-следственная связь между справкой и постановлением о выемке.

Судья для устранения противоречий предлагает отправить запрос в медчасть СИЗО, где производился забор крови.

Видеоконференция с Крымом, где ждет допроса Бураковский, опять откладывается. Судья говорит по видеосвязи с сотрудником ФСИН.

— Так у вас есть бумажка?

— У нас не бумажки, у нас документы!

— Так с евпаторийского не пришла!

— Вот она у нас и есть. Сейчас ее вам отправят.

Тем временем прокурор Ткаченко переходит к оглашению протокола осмотра предметов, изъятых при обыске у Геннадия Афанасьева, и зачитывает записную книжку с его телефона. Там есть контакты абонентов «Алексей-Десятник», «Ол Авт» (вероятно, Олег-Автомайдан, то есть Сенцов), Никита, «Тундра», Энвер. Абоненту «Ол Авт» Афанасьев несколько раз звонил уже после своего задержания. Об этих звонках один из знакомых Сенцова ранее рассказывал «Медиазоне» — Афанасьев не знал, что о его задержании уже известно оставшимся на воле товарищам.

Чтобы разрешить сомнения Динзе, прокурор предлагает отправить в ФСБ запрос о том, проходили ли эксперты, изучавшие вещдоки по делу, переаттестацию. Сторона защиты не возражает, но предлагает дополнить запрос вопросами по деталям экспертиз: как именно, на каком оборудовании и какими методами они были проведены. Адвокаты подчеркивают, что согласно закону место проведения экспертизы должно быть указано.

Судья Михайлюк удовлетворяет ходатайство, но говорит, что нет оснований сомневаться в компетентности экспертного учреждения ФСБ и необходимости сохранять его адрес в тайне.

Прокурор Олег Ткаченко просит приобщить к делу распечатанный им указ президента

с перечнем сведений, составляющих гостайну; по словам гособвинителя, этот документ относит к секретным сведениям данные о месте проведения экспертиз ФСБ. Судья сомневается, что общедоступные документы имеет смысл приобщать к делу.

Накануне адвокат Олега Сенцова Дмитрий Динзе обратил внимание на то, что в материалах дела не указано место проведения комплексной судебной экспертизы: никаких контактных данных Центра специальной техники Института криминалистики ФСБ, сказал защитник, не приводится — «может, его и в природе нет!».

Судья Сергей Михайлюк, ранее в ходе заседаний неоднократно напоминавший об обещании потерпевшего представителя симферопольского отделения «Единой России» Бочкарева предоставить суду сметы на ремонт пострадавшего от поджога офиса, говорит, что потерпевшие просят рассмотреть дело в их отсутствие.

ОВД по городу Евпатория прислал в суд разрешение на допрос свидетеля Бураковского по видеосвязи: в настоящее время он находится под стражей в связи с очередным делом о краже (статья 158 УК). В крымском СИЗО ждут приезда судьи, который установит личность свидетеля. Бураковский на экране постукивает пальцами по столу.

Допрос еще одного свидетеля обвинения — Ярослава Бураковского — также был запланирован на вторник, однако из-за технических накладок так и не состоялся: сначала в СИЗО, где содержится пятикратно судимый за кражи свидетель, отправился крымский судья, которому в соответствии с принятой процедурой предстояло установить его личность, затем сеанс видеосвязи с Крымом был отложен, потому что допрос Бураковского не согласовали заранее с органами следствия. Обвиняемый Олег Сенцов высказалпредположение, что свидетель «торгуется с судьей за срок».

В ходе предыдущего заседания во вторник гособвинитель Олег Ткаченко представил суду результаты комплексной судебной экспертизы предметов, изъятых при обыске в доме объявленного в розыск по делу «крымских террористов» Энвера Асанова. Генетическая экспертиза показала, что пистолет Макарова несет на себе «биологические следы», которые с высокой вероятностью принадлежат Олегу Сенцову. Кроме того, стороны допросили двух свидетелей обвинения — активиста НОД Георгия Черного и близкого к МГЕР молодого политолога Дмитрия Пуртова. Свидетельница Александра Команская не явилась по болезни.

admin Опубликовано в рубрике Без рубрики
04 Авг

Седьмой день суда над Сенцовым и Кольченко. Трансляция «МедиаЗоны»

Процесс Сенцова. Доказательства обвиненияОлег Сенцов, 3 августа 2015 года. Фото: @SvobodaRadio

Северо-Кавказский окружной военный суд во вторник продолжает исследовать доказательства по делу украинского режиссера Олега Сенцова и анархиста Александра Кольченко. Накануне еще один фигурант дела «крымских террористов» Геннадий Афанасьев, отказавшийся давать показания в суде, заявил своему адвокату, посетившему его в СИЗО, что оговорил Сенцова и Кольченко под пытками. Сайт МедиаЗона вел трансляцию из зала суда.

Допрос Бураковского переносится на завтра: проведение видеоконференции с крымским СИЗО необходимо согласовать со следственными органами. «Мы решили, что там Бураковский сейчас торгуется с судьей за срок», — шутит Сенцов. Прокурор Ткаченко рассчитывает закончить представление доказательств обвинения в среду.

«Примите меры к потерпевшему, который что-то у нас скрывается с документами», — говорит судья Михайлюк; он имеет в виду Александра Бочкарева из симферопольского отделения «Единой России», который должен предоставить суду смету расходов на ремонт пострадавшего от поджога партийного офиса.
Следующее заседание по делу Сенцова-Кольченко начнется в Северо-Кавказском окружном военном суде в среду в 10:00. В четверг, как ожидается, свои доказательства начнет представлять сторона защиты.

Перерыв затягивается. Адвокат Сидоркина с экрана смартфона читает Сенцову и Кольченко стихотворение Дмитрия Быкова о часах Пескова, подсудимые смеются.

Ткаченко читает протокол осмотра телефона Сенцова; в нем есть смс о том, что «Автомайдану нужны волонтеры», сообщения от «фотографа Геши» (предположительно, Афанасьева); в записной книжке — номера «Тундры» (Кольченко), Энвера (Асанова) и «Лекана» (Зуйкова). Следом оглашается протокол задержания Афанасьева в качестве подозреваемого, он полностью признает свою вину.

В суде — перерыв на 20 минут.

Прокурор зачитывает протоколы задержания Кольченко 16 мая 2014 года «в его жилище по адресу улица Белы Куна», в котором тот «полностью признал» свою вину. Адвокат Сидоркина отмечает, что в действительности Кольченко был задержан возле здания УФСБ, и что позже ее подзащитный отказался от признания вины.

Ткаченко переходит к протоколу задержания Сенцова от 11 мая 2014 года. Динзе указывает, что в протоколе Сенцов назван гражданином Украины.

В своих показаниях, данных следователям 13 мая 2014 года, Бураковский, который «в результате ссоры» съехал от родителей и арендовал комнату у Энвера Асанова, рассказывал, что «примерно в 10-х числах апреля» 2014 года он встретил «на выходе с территории участка» на улице Петровская балка хозяина в обществе двух молодых людей. Те переносили «полимерный мешок белого цвета с содержимым», полиэтиленовый пакет и темный рюкзак. Бураковский предположил, что предметы, обнаруженные во время обыска у Асанова, могли принадлежать именно этим людям, которых он был готов «уверенно опознать».
Тем временем допрос Бураковского в суде откладывается, а свидетель Команская заболела, и ей пришлось вызывать «скорую», говорит Ткаченко и переходит к оглашению материалов из дела — ходатайств следствия о проведении обыска у Асанова и Сенцова и соответствующих разрешений Киевского райсуда Симферополя.

Динзе отмечает, что на постановлении суда стоит печать другого государства — Украины.

Допрос Бураковского откладывается. Крымский судья должен выехать в СИЗО, чтобы провести процедуру установления личности свидетеля.

— Сотрудник изолятора? Сейчас, минуту, — говорит Бураковский и выходит из кадра, когда судья спрашивает у него, кто организовал видеосвязь с Крымом.

Суд после перерыва приступает к допросу свидетеля Бураковского Ярослава Любомировича, 18 августа 1977 года рождения, бывшего сварщика на зеркальном заводе, ранее пятикратно судимого судом города Евпатория за совершение краж.

Допрос пройдет в режиме видеоконференции — Бураковский опять находится в СИЗО, в кадре кроме него виден сотрудник ФСИН. Свидетель не скрывает скуки, смотрит в потолок и выстукивает ритм костяшками пальцев по столу.

Справка ФСБ о результатах ОРМ в отношении Александра Кольченко. Фото из материалов дела

Адвокат Динзе зачитывает инструкции ФСБ по порядку предоставления суду оперативных справок. В случае с фигурантами дела эти инструкции были нарушены, утверждает адвокат — к справкам не прилагаются необходимые сопроводительные документы.

Прокурор оглашает оперативные справки ФСБ, в которых описаны результаты оперативно-розыскных мероприятий по фигурантам дела.

Динзе просит читать документы полностью, указывая на то, что прокурор пропускает моменты, которые не подтвердились: «По сути, эта справка недостоверна»

Установлено, говорится в справке на Кольченко, что Александр «Тундра» Кольченко в 2011 году работал в археологической экспедиции «Неаполь Скифский», среди археологов имел прозвище «Саша Бухенвальд» (видимо, из-за худобы) и «дружеских отношений с членами экспедиции не поддерживал». «Известно, что он является активистом неформальной молодежной организации “Левое студенческое действие” (лидер — Арсений Ярош) и неоднократно принимал участие в различных протестных акциях».

«По имеющейся оперативной информации “Тундра” ранее (…) был известен своими радикальными взглядами как “борец с системой”», — читает прокурор из справки ФСБ.

Ткаченко читает протокол осмотра ноутбука Олега Сенцова; прокурор перечисляет файлы. Среди них упоминается картинка-демотиватор «Референдум под дулом автомата», некая инструкция по приготовлению воспламеняющихся веществ и смесей и «Учебник городского партизана» бразильского коммуниста Карлоса Маригеллы, полная распечатка которого приобщена к делу.

Прокурор делает акцент на главе «Бомба из хозяйственного магазина».

Динзе просит разрешения зачитать главу о борьбе с фашизмом.

— Это к вопросу о том, каких взглядов придерживался Сенцов, — говорит адвокат, напоминая, что среди изъятых у подсудимого дисков был фильм «Обыкновенный фашизм» Михаила Ромма.

Оглашается протокол опознания Александра Пирогова свидетелем Добровенко.

Адвокат Самохин отмечает, что опознание было проведено только осенью, тогда как Добровенко общался с Пироговым еще в апреле и сам, согласно данным в суде показаниям, привел его в ФСБ. «Это опознание не имело смысла».

Следом прокурор читает протокол опознания свидетелем Добровенко Алексея Чирния по фото и протокол задержания Чирния, акт осмотра телефона Чирния и изъятых у него электронных носителей. В числе контактов в телефоне Nokia значатся Дама Сердца, Ахметхан-Десяток, Антон-Милитарис, Зверь, Змей, Жека-Брат, Лена-Лиса, Шведка и другие абоненты, список которых занимает несколько машинописных страниц.

Прокурор оглашает выводы экспертов, исследовавших изъятые взрывчатые вещества. Адвокат Динзе просит уточнить, где была проведена экспертиза. Ткаченко в ответ молчит.

Судья Сергей Михайлюк ищет эти данные в материалах и тоже не может ответить на вопрос защиты.

— У вас будут какие-то пояснения? — спрашивает прокурора судья.

— Да нет.

В материалах дела указано только, что экпертиза проведена Центром специальной техники Института криминалистики ФСБ, замечает адвокат, но никаких контактных данных учреждения не приводится — «может, его и в природе нет!».

В заседании объявляется перерыв на 15 минут.

Прокурор Ткаченко оглашает протоколы осмотра местности — Вечного огня в парке Гагарине, сквера вокруг памятника Ленину, площади возле железнодорожного вокзала Симферополя. Во всех этих местах Чирний, согласно материалам дела, планировал взрывы.

Затем гособвинитель переходит к чтению материалов комплексной судебной экспертизы.

Согласно выводам экспертов, «происхождение биологического материала» на рукояти и фиксаторе магазина пистолета Макарова, изъятого при обыске в жилище Асанова, указывает на Олега Сенцова. В то же время, исключено, что этот биологический материал принадлежит Кольченко, Чирнию или Афанасьеву, уточняется в экспертизе. При этом на магазине пистолета биологических следов, пригодных для молекулярно-генетического исследования, не обнаружено.

Сам Сенцов заявлял, что после задержания его били пистолетом, что, по его словам, может объяснять появление «биологических следов» на оружии.

Авдокат Самохин:

— Ставился ли в тот период перед органами государственной власти России вопрос о выходе из состава Российской Федерации республики Крым?

Прокурор Ткаченко говорит, что ему непонятна формулировка вопроса. Адвокаты возражают: попытка повлиять на решения органов власти относительно принадлежности Крыма — это ровно то, что вменяется Сенцову и Кольченко. Свидетель Черный: ему это неизвестно. Не слышал он и том, чтобы кто-либо брал на себя ответственность за поджоги. Давать показания он решил сам и самостоятельно пришел в правоохранительные органы, говорит свидетель.

Адвокат Динзе:

— Вам что-нибудь известно про «Правый сектор» в Крыму?

— Когда мы проводили свои мирные акции, мы встречали там акции Евромайдана, и среди участников этих акций были люди, которые заявляли, что они участники «Правого сектора». Во время событий 26 февраля около 50 людей в масках под флагом «Правого сектора» пытались захватить Верховный совет Крыма.

— За что боролся-то «Правый сектор» тогда?

— Ну, им виднее. Захват власти пытались осуществить.

— Зачем им это было нужно?

— Наверное, потому что это одно из структурных подразделений Соединенных Штатов, которые таким образом пытались захватить власть.

О том, кто поджигал офисы пророссийских организаций в Симферополе, свидетель Черный не знает, к какому политическому движению могли бы принадлежать поджигатели, может только предполагать.

Следующий свидетель сегодня — Георгий Черный, 11 апреля 1989 года рождения, буфетчик в ИП «Тарасов». С Кольченко и Сенцовым он также не знаком.

В апреле 2014 года буфетчик был координатором «Национально-освободительного движения» (НОД); «мы выступали против антиконституционного переворота в Киеве и были участниками Русской Вены» — рассказывает он. «Цель нашего движения — объединение стран СНГ в Таможенный союз, в Евразийский Союз. Мы выступали за проведение референдума в Крыму».

— О чем? Продолжите фразу: за проведение референдума… О чем? — подсказывает ему прокурор.

— Референдума о воссоединении Крыма с Россией.

Как и «молодые политологи», НОД также проводило совместные акции «СтопМайдан» с «Русской общиной Крыма» — «против беззакония, которое творилось в Киеве». О поджоге офиса «Русской общины» Черный узнал в апреле 2014 года из СМИ и от членов самой организации. По его словам, кроме того неизвестные подожгли «офис партии “Русское единство” в районе улицы Шмидта». (Вероятно, свидетель имеет в вижу офис «Русской общины Крыма» на Карла Либкнехта, поджог которого инкриминируется подсудимым).

«У нас возникли опасения, потому что у нас тоже находился штаб нашего движения на улице генерала Крейзера, мы там проводили свою деятельность и стали опасаться, как бы это не повторилось и с нами», — говорит он, добавляя, что после поджогов члены НОД установили дежурство возле своего офиса.

Вопросы Пуртову задает сторона защиты.

Адвокат Сенцова Дмитрий Динзе:

— Как вы лично опасались за свое здоровье или жизнь?

— Я появлялся на нескольких ток-шоу, и я опасался, что мне будут поступать угрозы.

— Ваши ожидания опавдались?

— Мои нет, но другим участникам нашей организации, насколько я знаю, поступали угрозы в сети интернет.

«ВКонтакте» они вели группу «СтопМайдан», рассказывает свидетель. «Мы выдвигали идеи противодействия силовому перевороту в Киеве и размещали оповещения о проведении соответствующих митингов».

Адвокат Самохин:

— Известно ли вам, ставил ли в апреле 2014 года кто-либо перед властями вопрос о выходе Крыма из Российской Федерации?

— На данный вопрос я ответить не могу, — признает политолог.

Защитник Кольченко Светлана Сидоркина:

— При каких обстоятельствах вы стали свидетелем по делу?

— В связи с тем, что после поджога я и лидеры нашей организации опасались за свое здоровье, нам было предложено дать показания. Это предложил Владислав Ганджара, руководивший нашей организацией.

— Вы сейчас принадлежите к МГЕР?

— В данный момент да.

О фактах или действиях, которые свидетельствовали бы о присутствия в Крыму «Правого сектора», свидетелю не известно; исключение составляют надписи «Крым — это Украина» и украинские флаги на стенах.

Прокурор Олег Ткаченко допрашивает Пуртова.

— В марте-апреле 2014 года вы занимались какой-либо общественной деятельностью?

— Да, я состоял в «Крымской молодежной ассоциации политологов», она была основана в декабре 2013 года студентами-политологами ТНУ. Мы проводили собрания, на которых обсуждали текущую политическую обстановку и применяли на практике навыки, получаемые в высшем учебном заведении.

По словам свидетеля, «молодые политологи» в большинстве своем поддерживали присоединение Крыма к России. Пуртов знаком с признанным потерпевшим по делу о поджогах Андреем Козенко из «Русской общины Крыма», у которой были «совместные мероприятия» с «молодыми политологами».

— Вам известно о поджоге офиса этой организации?

— Да, я слышал о поджоге из новостей между 14 и 18 апреля 2014 года. Тогда же я слышал о попытке поджога офиса партии «Единая Россия».

— В вашей общественной организации сложилось мнение о том, что это были за акции?

Адвокат Владимир Самохин возражает против вопроса: свидетель должен рассказывать о фактах, а не высказывать своей мнение.

— Какая на тот момент была политическая и общественная обстановка в Крыму? — продолжает прокурор.

Свидетель говорит, что в связи с проведением референдума и событиями в Киеве обстановка в республике была напряженной. «Мы стали опасаться, что дальнейшие действия поджигателей будут распространяться уже на нашу организацию», — сетует Пуртов. При этом своего офиса у «молодых политологов» не было, они собирались на кафедре политологии в ТНУ. Сейчас организация фактически не действует, признает он, а большинство ее участников работает на «Молодую гвардию “Единой России”».

Также свидетель говорит, что после поджогов в офисах «Единой России» была усилена охрана и паспортный контроль.

Больше у прокурора нет вопросов.

Потерпевший Бочкарев, который должен был предоставить суду сметы по ремонту офиса «Единой России», снова не явился на заседание. Также не явилась сегодня заявленная обвинением свидетель Команская.

Суд приступает к допросу свидетеля Дмитрия Пуртова, 18 августа 1992 года рождения, русского, выпускника философского факультета Таврического национального университета, политолога, временно не работающего. Он в розовой рубашке, заправленной в белые брюки. Сенцова и Кольченко свидетель не знает.

Во вторник в суде по делу Сенцова и Кольченко были допрошены «засекреченные» свидетели, в том числе — сотрудник ФСБ «Иванов», который участвовал в оперативных мероприятиях в отношении «крымских террористов». В тот же день адвокат Александр Попков, посетивший в СИЗО Геннадия Афанасьева, сообщил, что тот подтверждает сделанное в суде заявление: показания в отношении других фигурантов дела он давал под давлением.

Медиазона
03 Авг

«Мемориал» считает Сенцова и Кольченко политзаключенными

13

Украинский режиссер Олег Сенцов был официально помещен под арест 11 мая 2014 года по обвинению в терроризме, через несколько дней был арестован левый активист из Симферополя Александр Кольченко. До настоящего времени они находятся в СИЗО, две недели назад начались судебные слушания по существу. Кроме того, по этому делу осуждены еще два фигуранта: Геннадий Афанасьев и Алексей Чирний — оба признали вину и получили по семь лет лишения свободы в колонии строгого режима.

С самого начала дело имело большой резонанс, воспринималось правозащитниками как политическое и было связано с вопиющим нарушением прав человека и международных норм, однако из-за тайны предварительного следствия мы не могли качественно проанализировать обвинение и ждали конца расследования. Теперь, когда следствие завершено, а основные доказательства уже представлены в суде, мы проанализировали все доступные материалы и можем сообщить о своих выводах.

Олегу Сенцову вменяется организация террористического сообщества (ч. 1 ст. 205.4), поджоги офиса «Русской общины Крыма» и регионального отделения «Единой России», квалифицированные следствием как теракты (пункт «а» ч. 2 ст. 205), подготовка к подрыву памятника Ленину, квалифицированное как приготовление к теракту (ч. 1 ст. 30 и пункт «а» ч. 2 ст. 205), и попытка приобрести для этого взрывные устройства (ч. 3 ст. 30 и ч. 3 ст. 222), незаконное приобретение и хранение оружия и взрывчатых веществ (ч. 3 ст. 222). Максимальная санкция за организацию террористического сообщества – пожизненное  лишение свободы.

Сенцов не участвовал ни в поджогах, ни в подготовке к подрыву памятника. ФСБ считает, что он виновен в этих преступлениях, поскольку якобы был руководителем преступной группы и отдавал команды ее участникам. Единственным подтверждением этих команд были показания других осужденных — заключивших сделку со следствием Чирния и Афанасьева.

31 июля на судебном заседании по делу Сенцова и Кольченко Геннадий Афанасьев отказался от ранее данных на следствии показаний, сказав, что дал их под давлением. Чирний ранее сообщал украинскому консулу, что подвергался при задержании побоям и угрозам.

Видео со скрытой камеры, содержащее разговоры Чирния и Пирогова, в принципе опровергает версию о существовании постоянного террористического сообщества, которое причастно и к поджогам, и к подготовке взрыва памятника. Чирний неоднократно говорит, что делает взрывное устройство по своей инициативе и планирует подрыв с людьми, которые подозреваемыми или обвиняемыми по делу не являются. Эти противоречия в доказательной базе следствие проигнорировало. Часть утверждений обвинения и вовсе, с нашей точки зрения, выдумана следствием.

Мы считаем, что преследовать человека по обвинениям, основанным на доказательствах столь низкого качества, недопустимо.
У Александра Кольченко несколько иная ситуация, ему вменяется участие в поджоге офиса «Единой России» 18 апреля 2014 года, квалифицированное как теракт (пункт «а» ч. 2 ст. 205), и участие в террористическом сообществе (ч. 2 ст. 205.4). Он не отрицает, что участвовал в поджоге, а именно наблюдал за улицей, пока Чирний и Боркин поджигали здание. При этом Кольченко не признает вину, считая, что его действия не являются терроризмом. Согласно УК, он может получить до 30 лет лишения свободы.

Мы согласны с позицией Кольченко и его защиты и полагаем, что обвинение в теракте неадекватно обстоятельствам поджога. Поджог был совершен ночью, участники понимали, что офис был пустой, и не создавали намеренно угрозу жизни человека. Никто из группы не демонстрировал умысел на устрашение населения (обязательный признак теракта), не выдвигались никакие требования. В результате действий группы было разбито окно, выгорело, по разным оценкам, от 3 до 5 кв. м. внутри офиса. При этом на момент поджога симферопольский филиал «Единой России» не был зарегистрирован в Минюсте, и мы находим некорректным признавать его потерпевшим.

За последние годы офисы партии «Единая Россия» в различных регионах РФ неоднократно подвергались поджогам, иногда при схожих обстоятельствах, при этом преследования осуществлялись, как правило, по ст. 167 (умышленное уничтожение имущества) или по ст. 213 (хулиганство) УК. Максимальные санкции по этим статьям в три-четыре раза ниже, чем за теракт. Таким образом, преследование Кольченко не соразмерно ни нанесенному ущербу, ни стандартной российской практике.
Обвинение в участии Кольченко в террористическом сообществе мы находим голословным. Согласно материалам дела, Кольченко только однажды участвовал в неправовом действии с другими фигурантами дела.

Ряд факторов дает понять, что дело имеет очевидный политический подтекст. Одним из них является постоянное неуместное упоминание «Правого сектора». У следствия нет никаких реальных данных, свидетельствующих о том, что Сенцов или Кольченко имеют какое-либо отношение к этой запрещенной в России организации. Более того, по своим взглядам Кольченко – левый анархист, антифашист; национализм, даже умеренный, ему чужд.

С точки зрения тяжести и обоснованности обвинения, такая зацикленность на  «Правом секторе» бессмысленна: преступления можно совершать и не имея отношения к нему, не будучи его сторонником, а принадлежность к «Правому сектору» не должна утяжелять ответственность. Мы полагаем, что на самом деле «Правый сектор» навязчиво включают в обвинение, чтобы создать примитивный медийный образ националистической угрозы в Крыму.

Беспрецедентным является и принуждение обвиняемых к смене гражданства с украинского на российское, несмотря на то, что они считают себя гражданами Украины и единственными документами, удостоверяющими их личность, являются украинские паспорта. Это приводит к нарушению их прав: к обвиняемым не допускают украинского консула, их не может защищать украинский адвокат.

Дело расследуется с масштабными нарушениями прав человека и международного права. Сама по себе оккупация Крыма Россией является незаконной, однако и в этом случае у оккупирующей державы есть обязательства, определенные Женевскими конвенциями и иными международными соглашениями. В частности грубым нарушением международного права является вывоз фигурантов дела с территории Крыма: угон гражданского населения с оккупированной территории запрещен по любым мотивам, а люди, которые обвиняются в диверсиях против оккупирующей державы, должны на время следствия, суда и тюремного заключения содержаться на оккупированной территории.

В то же время, Россия не расследовала надлежащим образом заявления Сенцова о пытках и угрозах со стороны ФСБ, которые, по его словам, применялись к нему 10 мая, за день до официального задержания, с целью получения признательных показаний. Защита предоставила справки о травмах, которые сохранились на теле Сенцова через три недели после задержания, но следствие и суд давали формальные и иногда издевательские ответы: например, что травмы были получены Сенцовым во время БДСМ-практик до ареста.

Мы требуем немедленного и безусловного освобождение Олега Сенцова, его полной реабилитации и тщательного расследования его заявлений о пытках со стороны ФСБ.

Мы также полагаем, что с Александра Кольченко должно быть снято обвинение в участии в террористическом сообществе, а обвинение в теракте переквалифицировано на адекватную правонарушению статью (например, ч. 2 ст. 167 УК РФ, уничтожение чужого имущества путем поджога). При этом обвиняемый немедленно должен быть возвращен в Крым, согласно международному праву, а следствие должно прекратить приписывать ему российское гражданство.

Признание лица политзаключенным не означает ни согласия ПЦ «Мемориал» со взглядами и высказываниями признаваемых политзаключенными лиц, ни одобрения их высказываний или действий.

Мемориал
01 Авг

Расследование по делу Олега Сенцова

Олег Сенцов, 21 июля 2015 года. Фото: AP

31 июля на процессе Олега Сенцова и Александра Кольченко один из двух свидетелей обвинения Геннадий Афанасьев отказался давать показания и объявил, что свои показания, данные под следствием, он произносил под давлением. Прокурор стал зачитывать показания, данные Афанасьевым следователям. Днем ранее был допрошен второй свидетель обвинения Алексей Чирний. И Афанасьев, и Чирний признали свою вину как участники террористического сообщества и заявляли, что руководил этим сообществом кинорежиссер Олег Сенцов. И Чирний, и Афанасьев осуждены на 7 лет лишения свободы.

Суть запутанного дела Сенцова легко понять, ознакомившись с его кратким изложением. Автором этого детектива можно считать следователя по особо важным делам СУ ФСБ РФ майора юстиции А.А. Бурдина.

Обвинительное заключение, полное загадок

Допросы ключевых свидетелей, которые, судя по информации из Северо-Кавказского окружного военного суда, не собираются менять своих признательных показаний, стало для меня отличным поводом, чтобы с карандашом в руках прочесть обвинительное заключение объемом 515 страниц и выдвинуть свою версию о том, что на самом деле могло собой представлять «террористическое сообщество, возглавляемое Сенцовым О.Г. в Севастополе», существовало ли оно на самом деле или стало плодом воображения майора юстиции А.А. Бурдина.

Именно этот майор расследовал так называемое крымское дело и подписал обвинительное заключение, а в мае 2015 года направил его для утверждения в Генпрокуратуру России.

Заместитель генпрокурора Виктор Гринь утвердил этот остросюжетный «детектив» на актуальную тему о незадачливых крымских террористах, которые хотели поджогами двух офисов и взрывом памятника Ленину с помощью муляжей взрывного устройства «устрашить население Республики Крым, а также принудить органы власти Российской Федерации к принятию решения по выходу Республики Крым из состава Российской Федерации».

Теперь тройка судей Северо-Кавказского окружного военного суда выслушивает этот захватывающий сюжет в исполнении свидетелей обвинения.

Причем тут Олег Сенцов?

В списке обвинения 21 человек, некоторые из них — секретные свидетели, они проходят в деле под псевдонимами и будут давать показания в закрытом режиме, без публики.

Стоит особо отметить, что в обвинительном заключении фамилия Сенцова встречается гораздо реже, например, фамилий Чирния и Афанасьева; при внимательном прочтении задаешься логичным вопросом, причем здесь вообще Олег Сенцов. Создается впечатление, что следствие усиленно «подгоняло» преступления под главного обвиняемого.

Сам Олег Сенцов на протяжении года, что длилось следствие, показаний не давал. И на первом заседании суда, после прочтения фабулы обвинительного заключения, вины не признал.

Скорее всего, Сенцов будет давать показания в конце процесса, после того, как сторона обвинения закончит представлять свои доказательства и представлять своих свидетелей и доказательства начнет защита.

Алексей Чирний. Кадр из съемки допроса

Украинского кинорежиссера обвиняют в том, что он руководил террористическим подпольем и давал задания своим адептам поджигать здания, изготовлять самодельные взрывные устройства (СВУ), подкладывать их под памятник Ленина и другие городские объекты.

Вообще, если читать обвинительное заключение бесстрастно, то в те редкие моменты, когда на страницах появляется имя Сенцова, он предстает жестоким, циничным и антироссийски настроенным монстром, ненавидящим российскую власть и, в частности, Путина (это есть в показаниях свидетелей), требовательным по отношению к участникам террористической группы, недовольным, если те не выполняли его задания, и даже «угрожавшим физической расправой» (цитата из показаний Алексея Чирния).

Этот Олег Сенцов, представленный следователем Бурдиным, мало вяжется с образом реального Сенцова. Я вот, например, посещав его на протяжении года в Лефортовской тюрьме и наблюдав разные его настроения в связи с тяготами тюремного заключения, думаю, что Бурдин и свидетели обвинения имеют в виду какого-то другого Сенцова. Может, однофамилец? Каждый раз, когда следствию очень хочется обвинить Сенцова в конкретном поджоге (согласно обвинению, поджогов было два) или в закладке взрывного устройства, следователь пишет: «Сенцов О.Г., реализуя преступный умысел террористического сообщества на совершение взрыва памятника В.И. Ленину, расположенного на бульваре Ленина г. Симферополя, действуя через Чирния А.В., посредством телефонного разговора обратился к Пирогову А.П.» (Александр Пирогов — ранее судимый студент-химик, которого Чирний, согласно материалам дела, попросил изготовить самодельные взрывные устройства для подрыва памятника Ленину и Вечного огня в Симферополе). В обвинительном заключении, если Сенцов производит какие-то действия, они всегда происходят «посредством» или «через кого-то».

Как агент Пирогов «расколол» Чирния

Интересная деталь: Чирний обратился к Пирогову 11 апреля 2014 года, встретились они 16 апреля, а 17 апреля Пирогов уже пошел в крымское ФСБ, где все рассказал, и ему предложили принять участие в оперативном эксперименте: Пирогова обвесили аппаратурой, и все дальнейшие переговоры с Чирнием он вел, фиксируя их на видео.

Поэтому, когда в ночь на 9 мая 2014 года в рамках оперативного эксперимента Алексей Чирний был задержан с поличным, во время закладывания в тайник муляжа СВУ, сотрудникам, которые его задерживали, было что ему предъявить.

Задержание Алексея Чирния. Кадр оперативной съемки

И предъявили — записанные на видеокамеры разговоры с Пироговым, где Чирний подробно рассказывал о своих планах терактов, поджогов, взрывов и т.д. и подобные показания Александра Пирогова об этих разговорах. Например, на встречах с Пироговым Чирний говорил, что СВУ ему необходимо, поскольку планируемый взрыв имеет большое значение как для него, так и для «общего дела», а именно украинского национализма. Чирний объяснял, что готовящийся взрыв памятника Ленину на железнодорожном вокзале в Симферополе — показательный проект, после которого должны были последовать более серьезные объекты на территории Крыма, цель которых — дестабилизация обстановки в республике и срыв летнего курортного сезона 2014 года. При этом Чирний уточнял, что СВУ непременно должно было быть снабжено устройством замедления производства взрыва, а это устройство ему должны были передать какие-то люди из Киева.

Во время обыска у Чирния в его компьютере нашли несколько скриншотов выступлений лидера «Правого сектора» Дмитрия Яроша. К слову, ничего подобного у Олега Сенцова не обнаружено.

Напомним, Алексей Чирний, в отличие от остальных фигурантов этого дела — Геннадия Афанасьева, Олега Сенцова, Александра Кольченко, — был задержан с поличным, и «расколоть» его было просто.

Уголовное дело в отношении Чирния «и иных неустановленных лиц» было возбуждено сразу после задержания Чирния — 9 мая 2014 года. И только 13 мая, уже после задержания и допросов Афанасьева и Сенцова, против них тоже возбудили дело.

А 17 мая 2014 года из следственного управления ФСБ Крыма дело передали в Москву в следственное управление ФСБ России.

На организатора не тянет

Из обвинительного заключения не совсем понятно, в какой момент следствие решило «назначить» главным обвиняемым, организатором террористического сообщества, именно Сенцова.

Возможно, в ходе общения с Алексеем Чирнием крымские следователи и оперативники поняли, что для организатора террористической ячейки «Правого сектора» в Крыму эта фигура слабовата: уже в Москве, в психиатрической больнице Бутырской тюрьмы, Чирний сам рассказывал правозащитникам, как его отчислили из армии из-за нестабильной психики.

Во время следствия Чирния дважды возили в Институт имени Сербского; создалось впечатление, что ему самому хотелось, чтобы его признали невменяемым, — тогда ему не пришлось бы отбывать наказание в колонии строгого режима.

Судя по допросам других свидетелей обвинения, очевидно, что кроме Александра Пирогова, который участвовал в оперативном эксперименте по «раскрутке» Алексея Чирния, в окружении Олега Сенцова были и другие агенты.

В Симферополе был арт-центр «Карман», в котором собирались разные крымчане, отрицательно воспринявшие аннексию Россией полуострова. Уверена: или их разговоры записывались ФСБ, или среди них были те, кто потом передавал говорившееся в центре непосредственно сотрудникам спецслужб. Следили и за Сенцовым.

Вот, например, что показала на следствии одна из свидетельниц, посещавшая собрания в арт-центре «Карман»: «…В дальнейшем, в ходе общения с Афанасьевым Г., я сделала вывод о том, что им, а также рядом лиц под руководством Сенцова О.Г., готовится какая-то противоправная акция на территории г. Симферополя, а также о том, что ими в апреле 2014 года были осуществлены поджоги офисов ”Русской общины Крыма” и ”Партии регионов”».

Очевидно, что это и другие подобные показания собирались уже «под Сенцова». К чести тех, кто собирался в «Кармане», можно сказать, что кроме показаний Чирния и Афанасьева и невнятных рассказов двух-трех свидетелей следствию не удалось собрать ничего более или менее «террористического»: только сплошные предположения, слова об отрицании «крымнаша», — больше по сути ничего.

Кадр из оперативной съемки задержания Алексея Чирния

Ему стыдно? 

В четверг 30 июля в Северо-Кавказском окружном военном суде на процессе по делу Сенцова и Кольченко Чирний выступать отказался: он заявил, что не против оглашения его показаний, данных на предварительном следствии. Почему? Ему стало стыдно смотреть в глаза Сенцову и Кольченко и продолжать рассказывать то, чего не было?

Не знаю. Но в течение целого рабочего дня его показания зачитывал прокурор Ткаченко. Выяснилось, что с Геннадием Афанасьевым Чирний познакомился на одном из митингов проукраинской оппозиции Крыма 8 марта 2014 года. А уже Афанасьев представил его Олегу Сенцову.

Тезисы признательных показаний Чирния о его деятельности: 

«Примерно в конце ноября — начале декабря 2013 года на Украине началась многомесячная акция протеста в ответ на приостановку правительством Украины подписания соглашения об ассоциации между Украины и Евросоюзом. Указанная акция в средствах массовой информации получила название ”Евромайдан”. 

По сути, в тот момент народ Украины выбирал между двумя путями развития страны. Первый был направлен на интеграцию Украины с Евросоюзом, а второй — на налаживание международного сотрудничества с Российской Федерацией. Спустя некоторое время, а именно в конце января — начале февраля 2014 года он [Чирний] принял решение посетить г. Киев, так как хотел выразить свою поддержку сторонникам т.н. Евромайдана. 

Пробыв в г. Киеве несколько дней, Чирний А.В. вернулся в г. Симферополь. В марте 2014 года, после того, как стало известно, что в Республике Крым состоится референдум о вхождении в состав Российской Федерации, он принял решение, что будет участвовать во всех протестных акциях и митингах, так как считал, что Республика Крым — неотъемлемая часть Украины, а любые разговоры о вхождении в состав России не что иное как посягательство на территориальную целостность Украины. На одном из мероприятий, состоявшемся 08 марта 2014 года, он познакомился с Афанасьевым Г.С., представленным как координатором одной из групп, так называемой ”десятки”, целью деятельности которых была дестабилизация действующих органов Республики Крым путем проведения митингов, протестных акций, а также различного рода противоправных действий. После знакомства Чирний А.В. вместе с Афанасьевым Г.С., а также другими людьми прошел по Бульвару Розы Люксембург г. Симферополь с украинскими флагами. После этого Чирний А.В. и Афанасьев Г.С. обменялись номерами мобильных телефонов и в следующий раз встретились примерно 09-10 марта 2014 года на берегу реки Малый Салгир.<…>

В следующий раз Чирний А.В. встретился с Афанасьевым Г.С. 12 марта 2014 года неподалеку от школы № 7 г. Симферополь. На данную встречу пришло около 20-30 человек. Афанасьев Г.С. выдал каждому пришедшему около 20 листовок антироссийского содержания ”Танки не выбирают, кого давить!” и “Думаешь, они пришли тебя защищать? Нет! Они пришли за твоей землей!” и дал указание расклеить их по пути следования каждого к своему дому».

Геннадий Афанасьев. Кадр из съемки допроса

Показания Чирния о Сенцове

«<…>Сенцов О.Г., который позиционировал себя как сторонник организации ”Правый сектор”, поддерживающий и пропагандирующий радикальные методы ведения борьбы за выход Республики Крым из состава России. Сенцов О.Г. выступил перед всеми о необходимости вести активную борьбу по дестабилизации деятельности органов власти Республики Крым.<…>

Кроме того, <…> Сенцов О.Г. указал о необходимости совершить взрыв памятника В.И. Ленину и сделать это к 22 апреля 2014 года (день рождения В.И. Ленина), пояснив, что памятник находится на одной из центральных площадей г. Симферополя, и его подрыв, безусловно, привлечет большое внимание властей, прессы и произведет устрашение населения Республики Крым, посеет среди мирных жителей панику и приведет к дестабилизации обстановки. 

<…>Воспринимая Сенцова О.Г. как представителя организации ”Правый сектор”, Чирний А.В., разделяя на тот момент идеи данной организации и их методы осуществления своей деятельности, стал осознавать, что Сенцов О.Г. является создателем и руководителем некоего структурного подразделения организации ”Правый сектор”, действующего на территории Республики Крым, и его указания подлежат исполнению<…>

<…>Сенцов О.Г. в ходе личной беседы с Чирнием А.В. сказал, что ему необходимо изготовить СВУ в кратчайшие сроки, при этом пояснив, что для приобретения компонентов СВУ денежные средства будут передаваться незамедлительно. При этом в обсуждении принимал участие Афанасьев Г.С., который являлся приближенным лицом Сенцова О.Г., отвечавшим за деятельность всех участников созданной последним группы. В тот же день он (Чирний А.В.) от Афанасьева Г.С. получил денежную сумму в размере 200 гривен, которая предназначалась для приобретения необходимых компонентов СВУ. Кроме того, Афанасьев Г.С. пояснил, что это лишь малая часть тех денежных средств, которые будет выделяться на проведения данного взрыва.

<…>В ходе разговора Афанасьев Г.С. пояснил, что от Сенцова О.Г. поступило указание устроить поджог офиса общественной организации ”Русская община Крыма”, расположенного по адресу: Республика Крым, г. Симферополь, ул. Долгоруковская, д. 11/2, с целью устрашения населения и воздействия на принятие решения органами власти Российской Федерации о выходе Республики Крым из ее состава<…>.

<…>Сенцов О.Г. указал Чирнию А.В. о необходимости ускориться с совершением взрыва памятника и соблюдать при этом все меры конспирации. На предположение Чирния А.В. о том, что в случае провала их могут задержать сотрудники правоохранительных органов, Сенцов О.Г. вышел в другую комнату и продемонстрировал пистолет системы Макарова, при этом показав заряженный магазин. Все его действия сопровождались словами: ”Нам есть чем вас защитить!”<…>

<…>В общении Сенцов О.Г. выражал недовольство действиями группы и тем, что вся ее деятельность на территории города нескоординирована и носит беспорядочный характер. При этом он часто говорил фразу: ”Вот я воевал”, при этом имея в виду, как он участвовал в боевых действиях против сотрудников правоохранительных органов в г. Киеве во время так называемого Евромайдана<…>.

<…>Также на встрече Сенцов О.Г. пояснил, что в осуществлении взрыва памятника В.И. Ленину должна будет принимать участие группа людей с разными задачами, при этом непосредственно Чирнию А.В. будет необходимо осуществить закладку СВУ, а кому-то будет поручено осуществлять наблюдение за улицами и обеспечивать отход<…>.

Это только часть показаний Алексея Чирния, которые в четверг на процессе зачитывал прокурор.

Офис общественной организации «Русская община Крыма», 14 апреля 2014 года. Кадр оперативной съемки

30 тысяч рублей ущерба и зловещая визитка Кличко

Сказанное может быть и правдой, и выдумкой следствия.

Доподлинно известно о поджогах двух офисов — «Русской общины Крыма» и «Единой России».

Точно так же известно: памятник Ленину и мемориал Вечного огня никто не взрывал.

Что получается в сухом остатке?

Первое: написанные как под копирку показания Чирния, Пирогова и Афанасьева. Второе: в качестве вещдоков террористической деятельности Сенцова — деньги, изъятые у него в квартире на обыске: 1200 гривен, $100, €50.

Третье: имущественный ущерб от поджога офиса «Русской общины Крыма», судя по смете затрат на строительные работы, составил 30 тысяч рублей.

Показания как будто написаны под диктовку следователя. Как будто выбиты под пытками. Геннадий Афанасьев отказался в суде от своих прошлых показаний, заявив, что они были даны под давлением (похожие слова говорил и Чирний адвокату Илье Новикову). Но на этот случай в деле имеется заключение психофизиологической экспертизы (с использованием детектора лжи) от 26 октября 2014 года: «Согласно заключению, в памяти Афанасьева имеется информация о том, что он в апреле 2014 года получал указание от Сенцова О.Г. о контроле деятельности Чирния по изготовлению СВУ, а также о том, что Сенцов собирал для конспиративных встреч лиц, разделявших идеи выхода Крыма из РФ».

В деле фигурирует и такое интересное «доказательство» связи Олега Сенцова с «Правым сектором» и персонально Дмитрием Ярошем: документ о том, что 17 мая 2014 года Ярош выступил на дебатах во время президентских выборов. Он тогда заявил: «Наряду с возвращением обороноспособности Украины необходимо разворачивать партизанскую войну и дестабилизировать ситуацию в Крыму». Это программное заявление лидер «Правого сектора» сделал, когда все фигуранты «крымского дела» уже были за решеткой.

О серьезных связях Сенцова с террористическим подпольем в деле свидетельствуют и такие «вещдоки»: несколько билетов «Симферополь—Киев» и обратно, найденные во время обыска у него дома, а также визитные карточки Виталия Кличко и министра спорта Украины Дмитрия Булатова.

И последнее ключевое обстоятельство: все лица, которые фигурируют в обвинительном заключении как участники террористического подполья, находятся в Украине.

Потому допросить их суду не удастся.

Вот и получится, что на одной чаше весов — показания Чирния, оговорившего Сенцова, потому что иначе его самого судили бы как организатора и главного «террориста» (показаниям Афанасьева, которые, когда он называет Сенцова главным организатором, веры мало, потому что уж очень они похожи на показания Чирния).

Александр Кольченко и Олег Сенцов, июль 2015 года. Кадр из видео RFE/RL

А на другой чаше весов — Александр Кольченко, который признает свое участие в одном из поджогов, но не признает Сенцова террористом. И сам Сенцов, который уже год не признает вины, не дает показаний, но заявляет о том, что при задержании его пытали и вкладывали ему в рот пистолет Макарова.

Этот пистолет, кстати, нашли на обыске в одном из домов; на нем обнаружена «часть биологических материалов, происходящих от Сенцова О.Г.» (говоря по-русски, ДНК Сенцова).

Я — Олег Сенцов

Одно можно сказать: если бы в России был справедливый суд, Олега Сенцова и Александра Кольченко точно бы оправдали. Но суда в России нет.

Зачем я все это пишу?

Я очень хочу, чтобы те из российских коллег Сенцова, у кого есть воображение, примерили все эти обстоятельства на себя, приехали бы в Ростов-на Дону, убедились в невиновности Сенцова и Кольченко и открыто выступили в их защиту.

Зоя СВЕТОВА, Открытая Россия
admin Опубликовано в рубрике Без рубрики
31 Июл

Геннадий Афанасьев, осужденный по делу «крымских террористов» отказался от показаний и заявил о принуждении

Геннадий Афанасьев в СИЗО. Кадр оперативной съемки ФСБ

Геннадий Афанасьев в СИЗО. Кадр оперативной съемки ФСБ

Юрист из Симферополя Геннадий Афанасьев, осужденный по делу так называемых крымских террористов на 7 лет строгого режима, отказался давать показания в процессе Сенцова и Кольченко и заявил, что предыдущие показания были получены под давлением.
Об этом сообщает корреспондент «Медиазоны» из зала суда. Подсудимые Олег Сенцов и Александр Кольченко встретили речь Афанасьева апплодисментами.
Сенцов и Кольченко обвиняются в терроризме. По версии следствия, в апреле 2014 года крымский режиссер Олег Сенцов, действуя по указанию украинского «Правого сектора», создал в Симферополе «террористическое сообщество», которое якобы ставило своей целью «воздействие на принятие решений органами государственной власти Российской Федерации о выходе республики Крым из ее состава». Эту группа, по версии следствия, по указанию Сенцова совершили поджоги здания «Русской общины Крыма» 14 апреля и местного отделения «Единой России» 18 апреля.У первого здания обгорела дверь, у второго — окно.
Ранее сообщалось, что Геннадий Афанасьев и еще один обвиняемый Алексей Чирний дали признательные показания и сотрудничали со следствием. Оба получили по 7 лет колонии строгого режима. Сенцов и Кольченко вины не признают. Их дело рассматривает Северо-Кавказский окружной военный суд в Ростове-на-Дону.
Медиазона
admin Опубликовано в рубрике Без рубрики
31 Июл

Пятый день суда над Сенцовым и Кольченко. Трансляция «МедиаЗоны»

Олег Сенцов и Александр Кольченко в зале суда. Ростов-на-Дону, 31.07.2015

Олег Сенцов и Александр Кольченко в зале суда. Ростов-на-Дону, 31.07.2015

В Cеверо-Кавказском окружном военном суде в Ростове-на-Дону продолжается рассмотрение дела украинского кинорежиссера Олега Сенцова и анархиста Александра Кольченко, обвиняемых в терроризме. Сегодня стороны продолжат изучать видео со скрытой камеры, которую сотрудники ФСБ выдали студенту-химику и осведомителю Александру Пирогову – по версии следствия, именно ему «крымские террористы» доверили изготовление СВУ. Затем суд перейдет к допросу еще одного фигуранта дела  – ранее осужденного Геннадия Афанасьева, который признал свою вину и согласился сотрудничать со следствием

16:47

«С Олегом Сенцовым я имел краткосрочное знакомство, я встречал его на общественных мероприятиях в Крыму, он был известной личностью и я подошел к нему познакомиться. Никаких дел я с данным человеком более не имел. Все показания, которые я давал на следствие против этих лиц, это было все по принуждению. Относительно себя я раскаиваюсь», – напоследок отметил Афанасьев. На этом его допрос окончен. Следующее заседание начнется в 10-00 в понедельник.


16:45

Прокурор зачитал протоколы обыска у Афанасьева. Среди прочего, у него были обнаружены 24 капсулы лаперамида, например, а также диазолин, парацетамол, спазмолган, пенталгин и какие-то другие лекарства. Кроме того, сотрудники правоохранительных органов нашли у него два пистолета, о которых Афанасьев пояснил, что они страйкбольные и не являются огнестрельным оружием.

Сидоркина спрашивает, при каких обстоятельствах Афанасьев стал гражданином Российской Федерации. Афанасьев пояснил, что принял его добровольно.

16:36

Суд изучает протоколы опознания по фотографии Сенцова, Боркина и Цириля. Кроме того, прокурор зачитал письмо, которое пришло Афанасьеву в СИЗО от лица девушки по фамилии Голубичная.

письмо, которое пришло Афанасьеву в СИЗО от лица девушки по фамилии Голубичная

16:19

Прокурор зачитывает протокол очной ставки Александра Кольченко и Геннадия Афанасьева. В ходе процедуры последний сообщил следователям, что познакомился с Кольченко в начале марта 2014 года. Он пришел в арт-центр «Карман» вместе с Сенцовым. Кольченко эти слова Афанасьева подтвердил, однако в дальнейшем их данные расходятся – по словам Афанасьева, Кольченко был в курсе планов о поджоге офиса «Единой России», однако Александр эти сведения опроверг. Также он опроверг заявление Афанасьева о том, что он якобы был в курсе готовящегося поджога офиса «Русской общины Крыма». Кольченко заверил, что об этом происшествии он узнал из СМИ.

15:30

Стороны процесса договариваются о заседаниях на следующую неделю. Прокурор сообщает, что ожидается выступление свидетелей Бураковского, Макарова, Чернякова, Команской и других засекреченных свидетелей. Также планируется изучить вещдоки. Пока на заседании объявлен 15-минутный перерыв.

15:59

Прокурор просит огласить протокол очной ставки Кольченко и Афанасьева и опознание Афанасьевым по фото Сенцова, Кольченко и других. Адвокат Сидоркина против оглашения, поскольку Кольченко еще не допрашивался в суде.

15:22

Прокурор зачитывает допрос Афанасьева от 19 сентября, в котором тот говорит, что он и его товарищи хотели сделать все возможное, чтобы не допустить присоединения Крыма к РФ. Он в очередной раз вспоминает, что после референдума 16 марта он познакомился с Сенцовым, предложившим ему и нескольким другим молодым людям поучаствовать в подрыве офиса организации «Русской общины Крыма», а затем еще в нескольких противоправных акциях.

«Хочу добавить, что я искренне раскаиваются в совершенных преступлениях», – заканчивает читать протокол Ткаченко. Причем эту фразу он впервые, кажется, не пробубнил, а прочел с пафосом и на подъеме. Затем он прочитал протокол допроса Афанасьева от 30 сентября, в котором нет ничего принципиально нового по делу.

15:02

По словам Афанасьева, Сенцов по указанию одного из руководителей «Правого сектора» принимал участие в нападении на автобусы с крымскими активистами «Антимайдана». Такие показания содержатся в протоколе допроса от 15 июля 2014-го. Что именно произошло в феврале того года в Корсунь-Шевченковском районе, доподлинно неизвестно – по словам активистов «Антимайдана», четыре автобуса тогда были сожжены, а десятки крымчан получили ушибы, переломы, ожоги и черепно-мозговые травмы, при этом несколько человек пропали без вести. Между тем, украинским властям каких-либо достоверных сведений о личности людей, о гибели которых заявляли активисты «Антимайдана», найти не удалось. Так или иначе, в обвинительном заключении по делу Сенцова этот эпизод не фигурирует.

14:52

В ходе допроса 15 июня 2014 года Афанасьев отмечал, что вместе с Сенцовым он встречался с украинским военным, пообещавшим выдать местоположение схронов с оружием. Кроме того, Сенцов якобы рассказывал Афанасьеву, что за антироссийские акции он получил 60 тысяч гривен от украинского политика Анатолия Гриценко.

«Также он рассказал мне, что принимал участие в поджоге дома некоего Симоненко – члена коммунистической партии в Украине», – говорил Афанасьев.

14:47

Афанасьев рассказывал следователям о том, что в феврале прошлого года он познакомился с еще одним представителем «Правого сектора» Ермаковым. Через некоторое время Ермаков предложил ему администрировать группу «Вконтакте» «Правый сектор Крым». Активную переписку в группе, по словам Афанасьева, вели примерно 10 человек. При помощи группы «ВКонтакте» Ермаков пытался найти радикально настроенных жителей Крыма, говорил Афанасьев.

14:22

В протоколе допроса от 15 мая речь вновь идет о представителе «Правого сектора» по имени Степан (возможно речь идет о Степане Цириле, объвленном в России в розыск). Степан был в курсе всех поджогов, которые организовывала группа, а также о готовящемся подрыве памятника Ленину. По словам Афанасьева, Степан координировал действия Сенцова.

14:08

Заседание продолжается, прокурор продолжает читать показания Афанасьева на этапе следствия. В них нынешний свидетель рассказывал о Энвере Асанове, также разделявшим идею о том, что Крым должен быть украинским. По словам Афанасьева, именно Асанов, у которого было множество связей с представителями крымских татар, предложил ему провести митинг против проведения референдума о присоединении к России. Афанасьев тогда отказался, однако много раз встречался с Энвером потом, в компании других антироссийски настроенных молодых людей.

«Могу с уверенностью сказать, что Асанов знал обо всех наших поджогах и о готовящемся подрыве памятника Ленину и полностью разделял взгляды нашей группы», – говорил Афанасьев.

13:18

В суде объявлен перерыв до 14-00.

13:08

Помимо прочего, в своих показаниях Афанасьев утверждал, что однажды Сенцов при нем встречался с представителем «Правого сектора» в Крыму по имени Степан.

Афанасьев, находившийся на момент дачи показаний под следствием, утверждал, что Степан, с которым он потом лично связывался по скайпу, был крайне недоволен тем, что акции в Крыму проходят без человеческих жертв.

«По его мнению, только акции с погибшими могут привести к устрашению населения и воздействовать на принятие решения органами власти РФ о выходе республики Крым из ее состава. В ходе общения он (Степан – МЗ) рассказал, что у него в Киеве имеется специальная небольшая ракетница, начиненная радиоактивным веществом, которое я должен буду распылить на здание Верховного совета республики Крым. Степан просил меня осуществить поиск канала, через которую он смог бы передать мне данную ракетницу», – рассказывал Афанасьев следователям.

12:51

Отвечая на вопрос следователя, Афанасьев говорил, что может «с уверенностью» сказать, что Кольченко полностью осознавал, что по указанию Сенцова, он и другие участники акции, идут поджигать офис организации «в целях устрашения пророссийского населения Крыма».

Показания Афанасьева из материалов дела

Показания Афанасьева из материалов дела

12:45

Прокурор читает показания Афанасьева, которые он давал ранее. В них свидетель говорил о том, что при распределении ролей участников поджога офиса общественной организации «Русская община Крыма», Сенцов указал, что Кольченко и Боркин должны будут находиться в резерве. Кроме того, Афанасьев утверждал, что знал Кольченко с марта 2014 года. При этом Сенцов якобы представил Кольченко как человека, «разделяющего идею о необходимости подписания Украины договора с ЕС. Кольченко, по словам Афанасьева, считал, что Крым должен находиться в составе Украины.

12:29

Афанасьев объявил, что он отказывается давать показания. Свидетель поясняет, что всё, ранее сказанное, он говорил под давлением. Сенцов и Кольченко аплодируют.

12:27

В зал завели Геннадия Афанасьева, он в спортивных штанах и футболке с сине-серыми полосками. Суд устанавливает личность свидетеля.

Афанасьев окончил юрфак Творческого национального университета (ТНУ) в Симферополе в 2012 году. Он осужден на семь лет строгого режима.

12:06

Стороны процесса закончили ознакомление с видеозаписью. На суде объявлен 20-минутный перерыв.

11:32

Алексей Чирний, не подозревающий, что его приятель фиксирует их разговор на камеру, прощается с Пироговым.

— Ну тогда, Сань, до связи. Ух, я не знаю, если сейчас все выгорит, то тогда вообще ни хрена делать не надо будет. Больше не придется. Главное – сделать сейчас. Если сейчас все удастся, они в таком кипеше будут.

11:09

— Ну ничего, если все будет хорошо, если доживем до отвоевания Крыма, все дружно получим партийные корочки «Правого сектора», а там и до депутата недалеко, – мечтает Чирний. От «непроверенных людей» он решил отказаться. Говорит, что вначале некто Унчук (эту фамилию он произносит не слишком разборчиво) «посылал меня на Майдан, оплачивал весь проезд, а потом начал крутить носом».

Чирний рассказывает Пирогову, как был на Майдане и «приехал оттуда с флагом и шарфом, у меня уже были контакты с “Правым сектором”», в то время как Кирюша и вся компания «ходили в аквафреше» (уничижительное название российского триколора).

—Они звонили, говорили: «Приезжай», – вспоминает он. Чирний предполагает, что если бы тогда они с Унчуком поехали в Киев, то «в активную фазу бы попали». Он объясняет, что сейчас с Унчуком никто не общается, «потому что он допрыгался до того, что потерял весь свой актив».

11:04

Пирогов и Чирний беседуют о бытовых проблемах, не относящихся к делу. Последний говорит, что хочет, чтобы ему «обувняк пошили» и сделали «типа немецких пустынных».

Обсуждают, кому куда идти, Пирогов предлагает зайти на рынок попить.

— Можно пройтись, если хочешь, а то у меня денег на проезд нет ни фига, – предлагает Пирогов. Через динамики слышно, как Пирогов громко пьет воду. На фоне слышна реклама магазина: «Лови момент! Цен ниже не бывает! Гипермаркет “Лимпопо!”».

Приятели жалуются на холодную погоду. Чирний говорит: «Ну что ты хочешь, весна».

10:48

Чирний уточняет у Пирогова, почему тот «так резко» уезжает.

—Ну ты чеcтно скажи – боишься?

—Ну если честно, побаиваюсь, да, Знаешь, у меня две статьи было. Да и в принципе пригласили уже на (неразборчиво). Да не, не думай, на парад не пойду. Просто покупаться.

Приятели обсуждают, будут ли в связи с праздниками усилены меры безопасности, в том числе — охрана памятников.

— Просто я ни разу не видел, чтобы менты лазили и памятники смотрели. Как шел, так и пошел себе дальше.

Чирний хотел приурочить взрыв к празднованию Дня Победы, чтобы «у них в мозгах было не 9 мая».

10:40

На видеозаписи товарищи обсуждают работу механизма, который Пирогов принес с собой, чтобы показать Чирнию. Последний отмечает, что главное – «с руками остаться и не долго возиться – пришел, прилепил и ушел».

Чирний объясняет Пирогову, что для организации подрыва ему нужна будет помощь. Пирогов отвечает, что не сможет помочь.

—Я уезжаю. Меня уже просто пригласили.

—А как же я без тебя ее установлю-то?

—Ну, мое дело в принципе заказ. Я не обещал тебе.

10:25

На изучаемом в суде видео студент-химик Пирогов гуляет со своим другом Алексеем Чирнием, не сообщая товарищу, что у него есть скрытая камера. Из их разговора следует, что к моменту съемки Чирний уже порвал отношения с некоей группой, совершавшей поджоги офисов, и далее планировал действовать в одиночку и более решительно. Бывших товарищей Чирний критикует за непрофессионализм и неорганизованность, не называя при этом их имен.

Заседание началось. Суд продолжает изучать видеозапись. На видео Чирний и Пирогов идут по лесу, вокруг поют птицы.

— Лучше вообще ничего не употреблять, – говорит Чирний. Пирогов признается, что нейродепрессанты у него «депресняк вызывают». Чирний рассказывает, что читал, как первый бокал вина «вызывает положительные моменты в крови — но маленькая доза, сухаря, к примеру».

— А когда ты начинаешь дальше накачиваться, начинается ******[проблемы с кровью – говорит Чирний.

Товарищи идут мимо водоема. Чирний объясняет, что в воде «косяк идет, смесь карася» и какой-то другой рыбы, а когда он учился, там было болото, а еще раньше на этом месте паслись овцы.

— А я, блин, закончить никак не могу, в свое время ******* [безответственные люди] про меня на районе накрутили и что чуть ли не бандитизмом я занимался. Это сакура, да? ****** [обалдеть]!

 

Геннадий Афанасьев. Фото- личная страница «ВКонтакте»

Геннадий Афанасьев. Фото- личная страница «ВКонтакте»

10:04

За четыре месяца до вынесения приговора Чирнию — в декабре 2014 года — другой обвиняемый по делу «крымских террористов» Геннадий Афанасьев был осужден на такой же срок лишения свободы. Как и Чирний, после ареста он заключил соглашение со следствием и полностью признал свою вину. В четверг Афанасьев также был доставлен в суд, однако допросить его пока не успели: суд изучал видео со скрытой камеры, при помощи которой студент-химик Александр Пирогов фиксировал по просьбе оперативников ФСБ свои доверительные разговоры с Чирнием.

10:01

Накануне в суд был доставлен еще один фигурант дела – уже осужденный Алексей Чирний. В вынесенном Чирнию приговоре отмечается, что он действовал в составе возглавляемого режиссером Сенцовым «террористического сообщества», целью которого было «воздействие на принятие решений органами государственной власти Российской Федерации о выходе республики Крым из ее состава». Чирний, согласившийся на сделку со следствием, был осужден на семь лет колонии.

На суде над Сенцовым и Кольченко Чирний отказался отвечать на вопросы, сославшись на 51 статью Конституции. При этом он отметил, что подтверждает все данные на стадии следствия показания. Суд согласился заслушать их из материалов дела.

Медиазона
30 Июл

Четвертый день суда над Сенцовым и Кольченко. Трансляция «МедиаЗоны»

Cеверо-Кавказский окружной военный суд в Ростове-на-Дону продолжает рассматривать дело украинского режиссера Олега Сенцова и анархиста Александра Кольченко. Следствие называет обоих террористами, действовавшими в Крыму по заданию «Правого сектора». Интернет-портал «МедиаЗона» вел трансляцию из зала суда.

— Для меня вот здесь духи, даже в такой побитой цивилизации, в природе. Боги — они вот здесь живут, в каждом кусту, в каждой капле этой воды, воздуха. Но культура заключается в христианстве узаконенном, и *** (нет) поклоничеству 9 мая, этой так называемой победе. Для меня это антикультура, в моей культуре это противоречит в корне. У них это основа, поэтому у меня с ними ничего общего и близко нет. Разве что язык, — рассуждает Чирний, прогуливаясь по роще.

Беседа переходит в обсуждение крымских татар, ислама, джихада и противостояния американской империи. «Хоббитам», говорит Чирний, «***** (без разницы), они воюют там на стороне за деньги. Пирогов вспоминает, как разговаривал с «хизбами», и пришел к выводу, что их единственный интерес — «борьба с кафирами» и «построение халифата в Крыму». «Да хоть халифат, только б не москали», — отрезает Чирний. Пирогов громко пьет воду. Собеседники пускаются в воспоминание о том, какая вода в речке раньше была холодная.

Затем вновь начинают обсуждать СВУ. Чирний жалуется, что перестал общаться «с этими»: «У них был выход на кучу бензина и масла».

— ***** (черт), меня взбесило, когда был такой уговор, когда, если мы выходим, кто-то не выходит. Не вышли аж два человека, значит мы звоним, и подъезжает типа главный, типа: «А что-что, я слышал, типа, вам не нравится, типа, я ничего не делаю, руковожу?». Я, глядя в глаза говорю этому нашему, типа, старшему, малолетке. «Не, не, ему не будем звонить, типа, нельзя». Ага, нельзя, значит, нас забрать на автобусе и машине нельзя, и ему приехать нельзя, и вообще, непонятно. Зато потом перед Киевом он потом будет отчитываться, что это он сделал. Да? А у меня ***** (лицо) обгорело, потому что кто-то не пришел, коктейли выкинули в свое время туда, куда не надо, и вообще, брать их было не надо, тем более залезли, ударил, не доделал вот такой пролет. Вот, чтобы пролить, чтоб ты понял, нужно сделать вот так, то аж внутрь залазит рукой. Я залез, у меня перчатка, понятно, двойной комплект одежды, чтобы рука, но оно же пошло резко, там бензин, смешанный с маслом, дает ******** (сильный) эффект. Ведь огонь разный бывет. Огонь, который в костре, то совсем другой огонь. Там бешеный эффект. А я ж разворачивался боком. Видишь, у меня части бровей нет?

— Да.

— У меня левая сторона выгорела по этой. У меня начала плавиться балаклава, прям на физиономии. Естественно, я ее сорвал, мог под камеру попасть, но, учитывая, что ко мне приехали не сразу, последнее время, значит нормально, как-то обошлось.

— Ну значит да.

— Ну, по глупости я еще и спалился, мог спалиться, и в прямом, и в переносном смысле. Поэтому я решил, что ***** (к черту), ребята. А в итоге еще кому-то что-то не понравилось, недостаточно хорошо. Хотел сказать: «Идите ***** (к черту), ребята».

— Это эти? С «Правого сектора»?

— А они не «Правый сектор». Там вообще непонятно. Тот, который руководит, он говорит, что он — «Автомайдан».

Чирний говорит, что если сделать какую-либо «эффектную» акцию, то может появиться вероятность, что его начнут искать сотрудники ФСБ. «Но как они меня будут искать? Опять же, с такой же вероятностью могут искать и «Правый сектор», как человека, который что-то делает в Крыму, понимаешь?», — делится он своими соображениями. Продолжают прогуливаться, вскоре видят бревно и присаживаются на него.

— Я не боюсь попасться, чего там. Если будут деньги, я, первое, сразу буду ствол покупать и броник, чтобы можно было отстреливаться, или, там, застрелиться, если вдруг попытаются взять. Но вот единственное, что я боюсь, как бы сказать, опасаются, так это чтобы мне моей же бомбой не оторвало руки или голову. Вот это меня больше беспокоит, чем меня типа повяжут или посадят. Это меня совершенно не беспокоит. Потому я этого как бы, не знаю, эту тематику, логично, если я с вами буду работать дальше. Я научусь этому и сам, мне это интересно, — объясняет Чирний.

Обсуждают технические детали: где именно в СВУ должно быть расположено вещество, а где сам детонатор, и как разбежаться в разные стороны после взрыва. Объясняя, почему идея со взрывом памятника у вокзала кажется ему привлекательной, Чирний называет себя нацистом: «[…] Я считаю, что это весьма символично. Во-первых, смотри какая штука, во-первых, сколько Лениных… Все мы бывшие, врать не буду, я не бывший скин, я, скорее, нацист, в чистом виде. Во-вторых, это центральная, это, как это, это вокзал, понимаешь, вокзал, куда все эти уроды будут ехать. […] по факту такое, что это не два сожженных офиса, это намного серьезнее.

Вдруг Пирогов обращает внимание на растущие в лесу цветы — «Скоро еще ромашка пойдет, надо пособирать, ромашки, и всякую херню… Может, клинику свою открою, фито». Но быстро возвращается к основной теме разговора: «Главное, чтобы, если серьезно, то серьезно там».

Дойдя до места, испытывают петарду, однако сразу ее поджечь не получается. «А, сама петарда просрала… Да ладно, ты ж знаешь, я бессмертный», — говорит Пирогов. «Мощность взрывов я помню вашу, неплохая!», — обращается к петардам Чирний. Раздается взрыв. После недолгого обсуждения вновь приходят к тому, что СВУ должно быть детонировать от электричества. Продолжают прогуливаться по роще. Пирогов вспоминает, что можно сделать промежуточный инициирующий взрыватель, и тогда тротил будет детонировать от электричества, но для этого нужно хотя бы «в количестве 0,2 гремучей ртути по весу».

— А ее нету? — спрашивает Чирний.

— Да, видишь.

— Нет, ну если она где-то есть, но нет денег, то деньги я достану, это уже теперь исключительно мой проект, как ты понимаешь.

Потом пускаются обсуждать жизнь в Крыму после референдума. «Если вам пофиг, я не представляю, правда, как может быть пофиг то, что сейчас происходит в Крыму. Для меня это просто верх хамства и тихого ужаса. Как можно залезть на чужую территорию и просто вот так, планомерненько, время перевести, бабло… Вчера пошел за пивом, уже в рублях. Я говорю: «А сколько на гривны буедт». А посчитайте, там три и восемь. Пошли вы на *** (к черту), зачем мне их вообще считать!», — негодует Чирний.

Обсуждают оружие.

— Хочешь, «Беретта» золотой есть, — предлагает Чирний.

— Беретта? А, это то, что я переделать отел.

— Я не знаю, что ты там хотел переделать. Я думал, что у тебя уже боевой вариант.

— Откуда у меня боевой вариант?

— А хер его знает.

Прогуливаясь, Чирний и Пирогов встречают прохожих, которые слушают музыку на мобильном, и просят угостить их сигаретой. Затем продолжают рассуждать: как часто нужно устраивать акции и как дорого это будет стоить.

— Сезон какой-никакой будет, но тысячу другую я буду иметь в сезон. Соответственно, я буду пускать их именно на это. Не как они, по 10 мероприятий в месяц. Одно мероприятие в месяц. Например, в августе одно мероприятие, в июле другое. Чтобы не расслаблялась сволота. И каждое мероприятие, естественно, должно планироваться, необязательно в Симферополе. Он должен быть разнесен. Я могу в Ялту уехать или в Севастополь.

— Как бы планируешь на срыв курортного сезона?

— Да. Сделать для начала наш вокзал, а потом и по регионам прокатиться, индивидуально. Знаешь, чтобы… Ну, в общем, да, план такой — срыв курортного сезона. Чтобы сволота не расслаблялась. А деяка сволота да не лизла бы сюда що вбьютъ. Вони ж дуже бояться за свои дупы.

Начинается просмотр видеозаписи длительностью 34 минуты. На ней Пирогов и Чирний общаются в лесопарковой зоне днем 24 апреля. При встрече Чирний жалуется на неудачный поджог офиса «Единой России»: «Та шо, эти придурки ж, блин, меры не знают, все у них через **** (спустя рукава) делается. Я почему же и забил. Вообще залег на 21-22. Потому что дело с ними иметь не хочу. Должно было шесть человек быть, было четыре человека. Должно было быть чем поджигать, а поджигать не было. Должны были разбить и разлить с дорожкой. Не разбили. В итоге у Леши сгорело пол-***** (лица) и все замечательно […] Да экшен. Грубо говоря, как экшена чуть-чуть осталось на шее. Шимага прилипла, плавиться начала, ****** (попала) на физиономии».

Затем Чирний объясняет Пирогову суть своей просьбы: хотя он думает «работать сам», для подрыва памятника Ленину ему нужно еще три человека: кто-то должен «на стреме постоять», кто-то в случае непредвиденных обстоятельств сделать отвлекающий маневр, например, начать колотить в двери продуктового киоска. Двое других предполагаемых участников — «Дюс» и «Кирюша». На прошлом заседании Пирогов объяснил, что Кирюша — это человек, который познакомил его с Чирнием в 2012 году, а Дюс — брат Кирюши. В ответ на вопрос о дальнейших планах Чирний объясняет: «Все остальное там уже Кирюша с Дюсом…Предлагали мосты, блин, линии электропередач. Это вот будем делать сами. Уже деньги я буду искать на этом сам. Но с этими ********** (недоумками) я дела иметь не хочу. У них все не профессионально. Они фактически подставляют задницы чужие, сами ничего не делая. Мне это страшно не нравится. Как бы, грубо говоря, вот ходить два раза, отходили пешком, бегали. Нет, чтобы за углом машину поставить. У одного из них есть машина, который листает бабло».

Взрыв нужно сделать на день рождения Ленина, говорит Чирний, и объясняет свою задумку: постамент состоит из двух плит, между которыми есть стык, в который и будет удобно заложить ВСУ. На вопрос Пирогова о примерном времени взрыва в случае его участия Чирний отвечает, что этот вопрос нужно обсудить с Кирюшей и Дюсом.

— Ну вот смотри, вам же не главное, чтобы, как бы, там, жертвы и ***** (ужас) была?, — задается Пирогов.

— Да нет, как раз, в данном случае, жертвы какие, ну тут они минимальные.

— Я имею ввиду человеческие, то есть ночь?

— Главное, чтобы ты задержку поставил. Как бы детонатор не ***** (среагировал). Негоже к Одину без рук и головы идти, ну ты пойми, Саня! Да еще в качестве одного убитого врага иметь себя.

Затем обсуждение переходит к тому, стоит ли пытаться привлекать к акции посторонних людей.

— […] То есть тебе как бы легче с теми, кого, ну, как бы знаешь, да?, — спрашивает Пирогов.

— Конечно, я Дюса, Кирюшу и тебя, я уже знаю черт знает сколько. Я знаю, что вы умеете работать вместе, я видел, как вы с Дюсом работали. И для вас с взрывчаткой вообще не надо работать, у вас другие задачи, но, тем не менее, вы друг друга знаете, друг другу доверяете, а я доверяю вам. Вот такая фигня, и в данном случае на этом мероприятии как раз и нужно, максимум четыре человека. Больше не нужно.

В это время они прогуливаются по лесу.

— Смотри, земляника скоро будет! — восторгается Пирогов.

— Да, ее у меня на даче целя поляна…

— Интересно, если ее выкопать, приживется?

«Можно шишек насобирать, думаю, дерево не обидится. Это ж хрень хорошая, на спирту настаиваешь и колени, понял, протираешь… — между делом советует Пирогов — Шишки ******** (отличные), пахнут хорошо. Прополис прямо».

Обсудив шишки, возвращаются к разговору о грядущих взрывах.

— Вообще, на будущее у меня есть идейка по поводу вокзалов, — вспоминает Чирний.

— На вокзале хочешь что-то провести?

— Да, и на нашем, в частности, несколько точек сделать. Причем пройтись днем, и сделать это именно днем.

— То есть ты с жертвами хочешь? Да?

— Да, я хочу, чтобы москали почувствовали ужас.

Потом возвращаются к вопросу о детонаторах, и решают, что все же лучше, когда они есть.

— В костер кинуть, нас пеплом не присыплет? — спрашивает Пирогов.

— Я и думаю, а куда бы отойти сразу.

— Да я ***** (брошу) к забору.

— Ты как бы… Ты… Мне главное принцип детонации интересен. Не как вы с Дюсом тогда, отпрыгивали и куртками накрывались!

— Когда меня пнем чуть не прибило?

— Я не помню, я помню, что первый отпрыгивает Дюс. Такой аж ***** (ничего себе), потому через полторы секунды ты в яму ныряешь. На Новый год.

— *** (черт) его знает, может на Новый год… Я точно не помню.

— Какой-то электронный детонатор нужен, или там сам думай.

В суде появился человек с автомобильным колесом: вкатил его внутрь, приставы возражать на стали. Вместе с колесом мужчина отправился в зал, где судят экс-мэра Махачкалы Саида Амирова и его подельников.

Судья готовится к просмотру видеозаписи с разговорами Чирния и Пирогова, в частности, решается вопрос о том, транслировать ли материал на экран в коридоре — он содержит нецензурную брань. В итоге судья запрещает трансляцию.

16:00
10

Прокурор вернулся к первому тому — теперь он читает протокол обследования участка местности от 9 мая 2014 года. Это тайник под мостом через речку Малый Салгир, где лежали муляжи СВУ. Затем переходит к протоколу обыска в жилище Чирния от 9 мая 2014 года: в нем говорится о компонентах СВУ, шарфе с надписью «Слава Украiнi! Героям слава!», и патронах различных калибров. После зачитывается протокол осмотра всех предметов, обнаруженных в квартире Чирния, и протокол проверки его показаний на месте.

Протокол проверки показаний на месте от 10 мая 2014 года: Чирний показывает дом, в котором якобы проводились организованные Сенцовым конспирологические встречи, и тайник в нише пешеходного моста на улице Воровского, где хранились зажигательные смеси и «орудия для разбивания окон». Протокол проверки показаний на месте от 12 мая 2014 года: Чирний показывает офисы «Русской общины Крыма» и «Партии регионов», и объясняет, как производились поджоги.

Очередь доходит до протокола опознания Чирнием Афанасьева по фотографии. Адвокат Самохин говорит, что ему непонятно, по каким основаниям опознание проводилось по фотографии, а не лично, хотя Афанасьев, как и Чирний, на тот момент уже был задержан. По его словам, предъявленные для опозания люди на фотографиях абсолютно не похожи друг на друга. Тем не менее, прокурор зачитывает аналогичные документы по фотографиям Сенцова, Никиты Боркина, Кольченко, Степана Цириля.

Читают протокол допроса от 7 ноября 2014 года. В нем Чирний рассказывает о подготовке к поджогам, в большей мере уделяя внимание фигуре Сенцова. Например, там встречается такая фраза: «Воспринимая Сенцова как представителя организации «Правый сектор» я, разделяя на тот момент идеи данной организации и их методы осуществления своей деятельности, стал осознавать, что Сенцов является создателем и руководителем некоего структурного подразделения организации «Правый сектор», действующей на территории республики Крым, и его указания подлежат исполнению».

Рассказывая о подготовке к взрывам на 9 мая, Чирний упоминает, что Афанасьев передал ему контакт Цыриля в скайп, пояснив, что этот человек может сделать СВУ с исполнительным механизмом с системой замедления и переслать его из Киева по почте. Однако через неделю после разговора устройство все еще не было готово. «5 мая 2014 года мне позвонил Афанасьев и передал трубку Сенцову, который, угрожая мне физической расправой, приказал мне не ждать посылки с исполнительным механизмом из Киева, а стараться справиться своими силами», — говорится в протоколе.

Следующий допрос — от 10 февраля 2015 года. Он практически целиком повторяет предыдущие показания, объединяя их.

9

Заседание возобновилось. Прокурор зачитывает протокол дополнительного допроса в качестве обвиняемого от 15 октября 2014 года. В нем Чирний рассказывает, что Сенцов «позиционировал себя как сторонник организации «Правый сектор», поддерживающий и пропагандировавший радикальные методы ведения борьбы за выход республики Крым из состава России».

Самого Чирния Афанасьев якобы представлял как активиста, «участвующего в различных протестных акциях в Симферополе, целью которых было выразить недовольство вступлением республики Крым в состав Российской Федерации». Затем Чирний рассказывает, как Сенцов распределял роли для поджога «Русской общины Крыма», отмечая, что «перед совершением поджога в отсутствии в офисе людей никто из нас не убедился».

В этом протоколе допроса Чирний постоянно подчеркивает, что группа, в которую он входил, была создана именно Сенцовым, и что именно он отдавал распоряжения и распределял роли.

Следующий протокол — дополнительного допроса обвиняемого от 29 октября 2014 года. В нем следователь предъявляет Чирнию лампочку от карманного фонаря с припаянными к ней проводами, которая была изъята у него дома, и спрашивает, что это. «Внимательно ознакомившись с данной лампочкой, могу пояснить, что она, насколько я понимаю, является одним из элементов исполнительного механизма, который был передан мне Пироговым примерно 8 мая 2014 года. Данный исполнительный механизм был необходим для приведения в действие изготовленного Пироговым самодельного взрывного устройства», — отвечает он.

Затем следователь предъявляет ему часы KENKO с прикрепленными источниками тока, которые Чирний также опознает как часть исполнительного механизма, аммиачную селитру, которую он опознает как вещество, используемое им в качестве удобрение, и сверток газеты «Объявления Крыма», пропитанный аммиачной селитрой. «Внимательно ознакомившись с данным предметом могу пояснить, что он представляет собой так называемую дымовую шашку», которую мне передал н одном из митингов, проводимых в городе Симферополе, человек по имени Алексей, более о котором мне ничего не известно. Данную шашку он передал мне для возможного использования в боевых столкновения с сотрудниками правоохранительных органов при проведении антироссийских митингов», — отвечает обвиняемый.

На опознание Чирнию также предъявляется шарф с эмблемой «Правого сектора», который он якобы купил в Киеве, поскольку «на тот момент разделял идеи» этой организации, и с десяток патронов от различных пистолетов — обвиняемый говорит, что хранил их у себя исключительно в качестве сувениров.

Переходят к еще одному дополнительному протоколу допроса подозреваемого, теперь от 12 мая 2014 года.

В нем Чирний рассказывает об обстоятельствах двух поджогов: штаба «Русской общины Крыма» и офиса «Партии регионов» в Симферополе. 14 апреля ему позвонил Геннадий Афанасьев и позвал к тайнику у моста на улице Воровского, «который использовал Олег». На встрече был Илья «Лекан», должен был, по словам Афанасьева, также присутствовать Никита, но он не пришел. Афанасьев якобы передал указание Сенцова поджечь «Русскую общину Крыма» и выдал емкость с бензином, распределив роли. Чирний и Зуйков должны были обливать жидкостью и поджигать, а Афанасьев контролировать ситуацию.

Получив инструкции, они пешком дошли офиса,подожгли его и убежали, потом встретились на берегу реки Малый Салгир и выбросили маски. Через пару дней встретились по инициативе Олега с общим знакомым по имени Энвер (Асанов – МЗ). «В ходе нашей встречи Сенцов выражал крайнее недовольство нашими действиями по поджогу офиса. Говорил, что мы действуем не организованно, поэтому наш поджог не приобрел значимого эффекта […] он постоянно упоминал фразу «Вот я воевал…», при этом имея ввиду, как он участвовал в боевых действиях против сотрудников правоохранительных органов в Киеве», — говорится в протоколе.

18 апреля Геннадий снова позвонил и позвал к тайнику, где они встретились с Никитой (Боркиным – МЗ) и Александром «Тундрой» (Кольченко – МЗ). На встрече речь шла о том, что от Сенцова якобы поступило указание на совершение поджога «Партии регионов». У Чирния не получилось разбить окно кувалдой, помог Никита, но поджег не очень удачно, и у Чирния оплавилась балаклава.

По просьбе Самохина прокурор зачитывает отношение Чирния к воинской обязанности — комиссован по состоянию здоровья. Затем зачитывают протокол допроса обвиняемого от 4 июня 2014 года, который почти полностью совпадает с показаниями, данными в качестве подозреваемого. В этом протоколе Чирний четко говорит, что именно Сенцов спрашивал у всех участков встречи про знакомых пиротехников, и что именно он дал свидетелю указание изготовить СВУ для подрыва памятника Ленину.

Посреди заседания в зал вводят Афанасьева и его адвоката. Афанасьев в футболке с синими полосками, правая рука полностью в татуировках — цветами, чешуей, узорами и маленькими рунами. Прокурор прерывает чтение. Афанасьев представляется, говорит, что родился 8 ноября 1990 года и имеет высшее юридическое образование. Судья уведомляет его о том, что сегодня допросить Афанасьева, скорее всего, не получится, а также просит уточнить его позицию по отношению к адвокату, Светлане Волковой. Афанасьев отвечает, что адвокат ему не нужен, после чего приставы уводят его.

Судья объявляет обеденный перерыв до 14:10.

Сенцову задают вопрос: «Оспариваете данные показания?» «Да, конечно, всю свою позицию я оглашу в конце всего процесса», — отвечает он.

Затем читают протокол дополнительного допроса подозреваемого от 10 мая 2014 года. В нем Чирний уточняет, что во время встречи проукраинских активистов на речке Малый Салгир Геннадий, которого до этого свидетель видел в группе «ВКонтакте» «правый сектор Крыма», раздавал инструкции «в случае вступления в столкновения со сторонниками действующей власти в республике Крым». Тогда же, по словам Чирния, он рассказывал о порядке использования противогазов и баллончиков.

Спустя два дня была еще одна — у школы №7 Симферополя. На ней, вспоминает Чирний, собрались около 20-30 человек, а Геннадий выдавал каждому пришедшему листовки «явно антироссийского содержания» : «Танки не выбирают, кого давить!» и «Думаешь, они пришли тебя защищать? Нет! Они пришли за твоей землей!». Позже, на встрече 10 апреля на речке Малый Салгир, когда Геннадий познакомил Чирния с Олегом, тот показался ему «военным или представителем спецслужб». Геннадий якобы отметил, что с ним можно связаться через организацию «Крым-SOS». «На данном собрании Олег указал, что необходимо устроить показательную акцию, а именно устроить взрыв памятника Ленина и сделать это к 22 апреля 2014 года (день рождения Ленина), пояснив, что памятник находится на одной из центральных площадей Симферополя и его подрыв, безусловно, привлечет большое внимание властей, прессы и произведет устрашение населения республики Крым, посеет среди мирных жителей панику и приведет к дестабилизации обстановки», — говорится в протоколе дополнительного допроса.

«В середине апреля 2014 года, по инициативе Олега, он на своем автомобиле встретил меня, Геннадия, Никиту и моего знакомого по прозвищу Лекан, и отвез в частное домовладение, где на встретил наш общий знакомый по имени Энвер. Как я понял, данное домовладение было специально арендовано, либо приобретено Олегом для конспиративных встреч. На данной встрече Олег призывал ускориться с проведением взрыва памятника и соблюдать при этом все меры конспирации. На мое предположение о том, что в случае провала нас могу сотрудники правоохранительных органов (взять), он вышел в другую комнату, и продемонстрировал пистолет системы Макарова, показал магазин заряженный, как мне показалось, боевыми патронами, и сказал: «Нам есть чем вас защитить!». В общении он выражал явно недовольство нашими действиями и тем, что вся наша деятельность на территории города не скоординирована и носит беспорядочный характер. При это он часто гоорил фразу: «Вот я воевал…», при этом имея ввиду, как она участвовал в боевых действиях против сотрудников правоохранительных органов в городе Киеве во время так называемого «майдана»», — рассказывал Чирний. «Также на встрече Олег пояснил, что в осуществлении взрыва должна будет принимать участие группа людей с разными задачами. Мне будет необходимо осуществить закладку СВУ, кто-то будет осуществлять наблюдение за улицами, а кто-то обеспечивать отход», — уточнял он.

Контакты «Гриши» (Степана Цириля, находящегося в розыске — МЗ) в скайпе, который может помочь с исполнительным механизмом для СВУ, проконсультировать или переслать его, согласно показаниям Чирния передал именно Геннадий. На этом моменте адвокат Чирния снова говорит, что тот со всеми показаниями на следствии согласен, и поддерживает их в полном объеме. «Да-да», — говорит Чирний. — «Никаких новых показаний я давать не буду»

Первым оглашается допрос в качестве подозреваемого от 9 мая 2014 года — эти показания Чирний дал сразу после задержания. Начинается протокол так: «Свою вину в совершении инкриминируемых преступлениях (часть 2 статьи 205.4, часть 1 статьи 30 и пункт «а» части 2 статьи 205, часть 3 статьи 30 и часть 3 статьи 222 УК — МЗ) признаю полностью, желаю сотрудничать со следствием и давать правдивые показания».

Чирний рассказывает следователю, что в конце января прошлого года приехал на неделю на Майдан в Киеве, чтобы «познакомиться с новыми людьми», разделяющими его «антироссийские взгляды», и «посмотреть, какова там ситуация». В столице он жил в квартире своего знакомого Максима Шелова. По возвращению в Симферополь он познакомился со Станиславом Ермаковым, «активно пропагандирующим антироссийские взгляды», а 8 марта посетил вместе с ним проукраинский митинг — тогда колонна людей с украинскими флагами шла по бульвару Розы Люксембург.

На этом мероприятии Чирний, согласно его показаниям, познакомился с неким Геннадием (Афанасьевым), молодым человеком с большой челкой. Тот передал ему три противогаза, а также баллончики с неизвестным веществом. После референдума о присоединении Крыма Геннадий позвонил и свидетелю и назначил ему встречу на речке Большой Салгир. Там было много людей, выступавших против присоединения к России, рассказывает Чирний. В ходе общения Геннадий якобы интересовался у каждого участника встречи, есть ли у них знакомые-пиротехники.

«Вспомнив, что у меня есть знакомый Пирогов Александр по прозвищу Пингвин, я высказал это Гене. Услышав это, Гена указал о необходимости изготовления СВУ для взрыва памятника Ленина, и передал мне на приобретение необходимых компонентов 200 гривен», — говорится в показаниях. Там же Чирний познакомился с «Олегом» (Сенцовым — МЗ), участником Автомайдана. Геннадий и Олег, по словам Чирний, постоянно интересовались ходом создания СВУ и контролировали его. Допрос прерывается на том, что 9 мая, когда Чирний извлек из тайника два СВУ, к нему подошли сотрудники ФСБ России.

После небольшого перерыва судьи возвращаются в зал: заявленный отвод прокурора Олега Ткаченко удовлетворению не подлежит, поскольку его участие в процессе против Чирния не может свидетельствовать о его заинтересованности в исходе процесса против Сенцова и Кольченко.

Адвокат Сидоркина просит уточнить, является ли Чирний гражданином Украины. Свидетель встает и отвечает судье — он гражданин Украины. Тогда Сидоркина спрашивает, каким образом, проживая в Крыму, ему удалось сохранить российское гражданство. «Потому что я написал заявлени об отказе от российского гражданства», — отвечает Чирний.

Поскольку Чирний отказался от дачи показаний по 51 статье Конституции, но не стал опровергать данные ранее показания, прокурор просит огласить их и различные процессуальные материалы, а также посмотреть в присутствии свидетеля видеозаписи его встреч с Пироговым, расшифровки с которых были оглашены в суде накануне.

Всего прокурор просит огласить порядка 90 листов материалов дела, плюс просмотреть видеозапись, которая длится около трех часов. Судья отмечает, что, скорее всего, огласить все материалы только за сегодняшнее заседание не получится. Адвокат Чирния говорит, что не против оглашения.

Адвокат Сенцова Самохин говорит о заинтересованности прокурора Ткаченко, поскольку тот участвовал в процессе против Чирния и имеет заинтересованность в исходе дела, и просит судью об отводе.

Чирний отказывается от дачи свидетельских показаний по 51 статье Конституции. При этом он отмечает, что подтверждает все данные ранее показания. Судья уходит на решение об отводе прокурора.

Как и накануне, адвокат Кольченко Светлана Сидоркина выходит с ходатайством о присутствии свидетеля Александра Пирогова при допросе Чирния. Она отмечает, что во вчерашнем выступлении Пирогова было много противоречий относительно действий и мотивов Чирния, поэтому защите будет необходимо задавать вопросы им обоим.

Судья Сергей Михайлюк ходатайство отклоняет — поскольку Чирний еще не допрашивался, пока все доводы о наличии противоречий в его показаниях остаются предположениями.

Чирний будет допрошен первым. Сегодня на заседании отсутствует адвокат Дмитрий Диндзе: Кольченко защищает Сидоркина, а Сенцова — Владимир Самохин. В ожидании начала допроса обвиняемые о чем-то шутят друг с другом и смеются.

В ходе предыдущего заседания в среду, 29 июля, стороны допросили ключевого свидетеля по делу Сенцова-Кольченко — студента-химика Александра Пирогова, который про просьбе еще одного фигуранта дела — Алексея Чирния — должен был изготовить самодельные взрывные устройства для подрыва памятника Ленину и Вечного огня в Симферополе и других несостоявшихся терактов.

По словам Пирогова, получив от Чирния такое предложение, он рассказал о нем своим знакомым из «самообороны», а те посоветовали обратиться в ФСБ, что он и сделал. В рамках «оперативного мероприятия “Оперативный эксперимент”» химик передал Чирнию изготовленные специалистами спецслужбы муляжи взрывных устройств; при извлечении одного из них из тайника Чирний и был задержан с поличным.
В настоящее время Пирогов находится под государственной защитой и на заседание суда в Ростов прибыл с сопровождающим. Также в среду суд заслушал находящиеся в материалах дела расшифровки бесед Чирния с Пироговым, которые последний записывал при помощи скрытой камеры, выданной ему оперативниками ФСБ. В этих разговорах Чирний сетует на нерешительность и неорганизованность своих неназванных товарищей и предлагает Пирогову участвовать в задуманной им кампании настоящего террора — «это не сожженные два офиса, это намного круче. (…) Это уже исключительно мой проект, как ты понимаешь».
После задержания Чирний, в разговорах с Пироговым высказывавший намерение купить пистолет, чтобы иметь возможность «отстреливаться или застрелиться», согласился на сотрудничество со следствием и дал признательные показания; его дело рассматривалось в особом порядке; он осужден на семь лет лишения свободы. Ожидается, что Северо-Кавказский военный суд допросит его в качестве свидетеля по делу Сенцова в четверг.

За четыре месяца до вынесения приговора Чирнию — в декабре 2014 года — другой обвиняемый по делу «крымских террористов» Геннадий Афанасьев был осужден на такой же срок лишения свободы. Как и Чирний, после ареста он заключил соглашение со следствием и полностью признал свою вину. Сегодня также ожидается его выступление.