23 Апр

Черноморские партизаны

Во вторник Северо-Кавказский окружной военный суд приговорил к семи годам лишения свободы Алексея Чирния — одного из «крымских террористов», которым вменяются поджог окна и двери в Симферопольском отделении «Единой России» и покупка муляжа взрывного устройства, изготовленного под контролем сотрудников ФСБ. Еще двое арестованных по делу — кинорежиссер Олег Сенцов и анархист Александр Кольченко по прозвищу «Тундра» — пока знакомятся с материалами следствия. Егор Сковорода разобрался, как построено обвинение в процессе «диверсионно-террористической группы “Правого сектора”».

 

Олег Сенцов. Фото: Сергей Карпов \ “Медиазона”

Вниз по лестнице Лефортовского суда Москвы конвоиры ведут мужчину в голубых штанах и желтой футболке.
— Привет! — бросает он на ходу и пытается приветственно взмахнуть ладонью, но из-за наручников жест получается скомканным.

Это украинский режиссер Олег Сенцов. Он широко улыбается и не производит впечатления человека, который скоро может получить от 15 лет до пожизненного заключения.

Сенцова и его товарищей-активистов из Крыма обвиняют в терроризме, дело ведут следователи ФСБ, и судить их будет не обычный, а военный суд.

После референдума: поджоги и аресты

Ночь на 14 апреля 2014 года. Прошел месяц после референдума о присоединении Крыма к России. В Симферополе идет мелкий дождь. На улице Карла Либкнехта в центре города мужчина в капюшоне поливает горючей смесью вход в одноэтажный особняк, на воротах которого уже красуется двуглавый российский орел. Еще один человек стоит невдалеке под деревом. Ночь озаряется пламенем.

На следующий день станет известно, что в особняке располагается офис «Русской общины Крыма» — организации, которая активно участвовала в предшествовавших присоединению полуострова событиях и одним из руководителей которой является нынешний глава Крыма Сергей Аксенов (через несколько месяцев в том же здании откроется его общественная приемная). В результате поджога обгорела только кованая решетка на входе.

Ответственность за этот поджог никто не себя не взял. Через несколько дней, в ночь на 18 апреля, неизвестные бросили бутылку с зажигательной смесью в окно местного отделения «Единой России» на улице Аксакова, 7 (раньше там был офис украинской «Партии регионов»). Обгорели окно и бытовая техника на кухне.

Спустя год над заново вставленным окном по-прежнему видны следы копоти, на здании висит флаг «Единой России», а на соседней стене красная надпись «Крым — Украина» перечеркнута жирным «НЕ».

 

Перед зданием «Русской общины Крыма» ночью 14 апреля 2014 года. Кадр оперативной съемки

Ночь на 9 мая. Горбатый пешеходный мост через мелкую и грязную речушку Малый Салгир, которая течет через весь Симферополь. Рядом улица Куйбышева и автомобильный мост, под которым грудами навален мусор; в кустах на берегу на грязных матрасах обычно спят бездомные. По горбатому мосту идет человек в камуфляжных штанах с рюкзаком за спиной. Он спускается к реке и что-то достает из-под моста. Поют птицы. Мимо перебегает собака. Засунув руки в карманы, мужчина начинает неторопливо уходить — и уже через пару мгновений лежит лицом в землю с застегнутыми за спиной наручниками.

«Да стою я, куда я денусь», — говорит мужчина, когда его поднимают с земли. На оперативной съемке видно, что в рюкзаке у него были серая канистра и обмотанная скотчем бутылка. «Обнаружено сыпучее вещество серебристого цвета, порошкообразное», — комментирует найденное голос за кадром и обращается к мужчине.

— Почему канистра с проводами? Почему бутылка с проводами? Что это такое?

— Вот этого я не знаю. Нет, ну, может, какая-то взрывчатка вот.

— Какая-то взрывчатка? То есть вы взяли пакет, да? Из-под моста? И в нем вот находится взрывчатка? Вы осознаёте, что сейчас в присутствии понятых у вас были изъяты, грубо говоря, два самодельных взрывных устройства?

— Да, – кивает мужчина.

Задержанный в камуфляже — 33-летний Алексей Чирний, помощник преподавателя в Крымском институте культуры, искусства и туризма и участник акций протеста против оккупации Крыма российскими войсками. В канистрах — самодельные взрывные устройства, с помощью которых, по версии ФСБ, Чирний и его подельники собирались 9 мая подорвать памятник Владимиру Ленину на привокзальной площади и монумент «Вечный огонь» в парке имени Гагарина в центре Симферополя. На самом деле эти «взрывные устройства» — изготовленный под контролем сотрудников ФСБ муляж, но сам Чирний об этом узнает только во время следствия.

9 мая, середина дня, парк имени Гагарина. По праздничному парку прогуливаются левый активист Павел с девушкой. «Я смотрю, идет какой-то персонаж и за ним еще несколько людей, которые явно спешат. И они начинают ломать этого парня. У нас фотик был с собой, и я начал снимать. Вылезает сбушник, который уже стал фсбшником, он на все наши акции приходил. Он говорит: “Убирай камеру”. В конце концов, я выключаю камеру, прохожу мимо и вижу, что это — [Геннадий] Афанасьев. Он был в капюшоне, его положили лицом вниз, и я его только по татуировкам узнал, они у него были на всю руку», — вспоминает Павел, который просил не указывать его фамилию. С Афанасьевым и режиссером Сенцовым он знаком по той небольшой компании гражданских активистов, которая зимой участвовала в местных акциях в поддержку Майдана в Симферополе, а весной — в митингах против присоединения к России. Эти активисты распространяли листовки, помогали работе журналистов на полуострове, носили еду блокированным «зелеными человечками» украинским военным.

Геннадий Афанасьев. Фото: “Вконтакте”

Геннадий Афанасьев — 24-летний юрист, который некоторое время работал в симферопольской прокуратуре, увлекался модной фотографией, татуировками и был, по словам одного из знакомых, «обычным гламурным парнем». По версии следствия, Афанасьев вместе с Чирнием готовил взрывы у Вечного огня и памятника Ленину. Руководство этой «террористической группой» якобы осуществлял режиссер Олег Сенцов.

«После того как задержали Афанасьева, мы позвонили Сенцову и другим ребятам, предупредили их, что всё, ****** [кранты], начинается движуха серьезная», — говорит активист Петр, который тоже просит не указывать его полного имени. По словам Петра, Сенцов рассказывал, что Геннадий Афанасьев звонил ему примерно через час или два после того, как Павел увидел его поваленным на землю в парке, и настойчиво просил о встрече — Афанасьев не знал, что о его задержании случайно узнали товарищи. Сенцов от встречи отказался.

Олега Сенцова задержали в собственной квартире 10 мая. После этого его доставили в Управление ФСБ по Симферополю, где почти сутки избивали — об этом Сенцов рассказал только в конце месяца, когда его перевезли в Москву (по словам режиссера, оперативники везли его в наручниках на обычном рейсовом самолете), поместили в СИЗО «Лефортово» и наконец-то допустили к нему адвоката.

Адвокат Дмитрий Динзе считает, что его так долго не пускали к подзащитному для того, чтобы «прошли все синяки и иные следы побоев со стороны сотрудников УФСБ». «На него был надет полиэтиленовый пакет, которым его душили до обморочного состояния, ему угрожали изнасилованием и убийством, при этом заставляли сознаться в организации взрывов, поджогах офисов, хранении оружия и взрывчатых веществ», — говорится в заявлении о совершении преступления, которое от имени режиссера подал его защитник.
Синяки на спине, ягодицах и других частях тела Олега Сенцова были зафиксированы работниками ИВС Киевского района Симферополя и СИЗО Симферополя. В октябре 2014 года Следственный комитет России отказался заводить уголовное по факту пыток режиссера. «В материалах постановления говорится, что Сенцов увлекался садо-мазо, и травмы на спине нанесла ему какая-то партнерша незадолго до задержания», – рассказал о решении следователя адвокат Динзе. По его словам, при обыске в квартире Сенцова не было найдено никаких предметов, которые могли бы указать на склонность режиссера к БДСМ: «Нашли одну плеть, и то, вероятно, она была нужна Сенцову для съемок. Но именно так следователи объяснили травмы на спине Сенцова».

Симферополь, 16 мая. Мимо здания на бульваре Ивана Франко, которое еще недавно занимала Служба безопасности Украины, а теперь ФСБ России, идут двое молодых людей. Один из них выделяется среди прохожих высоким ростом. За спиной они слышат торопливый топот, с криками «Лежать, сука!» их валят на асфальт выбежавшие из здания мужчины. «Ну, наконец-то ты попался, мы тебя уже сколько дней ищем. Что ты в Ялте там делал?» — обращается один из них к высокому парню.

Этот парень — 25-летний Александр Кольченко по прозвищу «Тундра», убежденный анархист и антифашист, который принимал участие во всех заметных социальных протестах Симферополя; он работал грузчиком и учился на географическом факультете Таврического национального университета. Когда начались задержания, Кольченко решил на время уехать из города. «Когда Тундра уезжал, его пасли до самой Ялты, только в Ялте он сумел срезаться, ребятки там знали тропы», — вспоминает активист Петр.

«В какой-то момент Тундре было нужно проехать через Симферополь, но, конечно, это была очень большая глупость, что мы с ним пошли по той улице, где находится здание ФСБ, — рассказывает Петр. — Мы идем, налетает толпа людей, человек восемь их было, все на гражданском. Саша справа от меня идет, я слышу “топ-топ”, поворачиваюсь, меня хватают за горло и валят. По вопросу про Ялту стало понятно, что они уже все знали, следили за ним. Меня забрали вместе с ним, только меня потом отпустили, а Тундру нет. Тогда я его в последний раз и видел».

Версия следствия: терроризм и «Правый сектор»

30 мая, когда все четверо уже находились в московском СИЗО «Лефортово», на сайте ФСБ России появился пресс-релиз, согласно которому «на территории Республики Крым сотрудниками ФСБ России задержаны члены диверсионно-террористической группы “Правого сектора”». Именно в эту группу, по мнению следователей ФСБ, входили задержанные в Крыму активисты. «Основной целью преступной деятельности группы являлось совершение диверсионно-террористических актов в городах Симферополь, Ялта и Севастополь, а в последующем уничтожение ряда объектов жизнедеятельности, железнодорожных мостов, линий электропередач», — говорилось в пресс-релизе.

По версии следствия, Олег Сенцов «не позднее 10 апреля 2014 года, находясь в городе Симферополе и действуя по указаниям неустановленных лиц из числа представителей украинского радикального движения “Правый сектор”, создал террористическое сообщество». Целью создания этого сообщества якобы были «дестабилизация деятельности органов власти в республике Крым», а также «воздействие на принятие ими решения о выходе республики Крым из состава Российской Федерации».

В это сообщество, как настаивает ФСБ, вошли Геннадий Афанасьев, Алексей Чирний, Александр Кольченко, а также Энвер Асанов, Никита Боркин, Илья Зуйков и Степан Цириль. Последние четверо задержаны не были, они объявлены в розыск.

Решения о совершении поджогов и взрывов якобы принимал именно Олег Сенцов, который давал указания другим участникам группы. В поджоге двери «Русской общины Крыма», по версии следствия, непосредственное участие принимали Афанасьев, Чирний и Зуйков, в поджоге окна «Единой России» — Афанасьев, Чирний, Кольченко и Боркин.

 

Александру Кольченко предъявлены обвинения в участии в террористическом сообществе (ч. 2 ст. 205.4 УК) и в совершении террористического акта (п. «а» ч. 2 ст. 205 УК). Геннадию Афанасьеву и Алексею Чирнию — в участии в террористическом сообществе (ч. 2 ст. 205.4 УК), совершении двух террористических актов (п. «а» ч. 2 ст. 205 УК), покушении на совершении еще двух терактов (ч. 1 ст. 30 и п. «а» ч. 2 ст. 205 УК), а также в незаконном приобретении взрывных устройств (часть 3 статьи 222 УК). Наказание по статье «Террористический акт» — от 10 до 20 лет лишения свободы.
Олегу Сенцову, которого следствие называет лидером группы, предъявлен самый тяжелый набор обвинений: создание террористического сообщества (ч. 1 ст. 205.4 УК), совершение двух террористических актов (п. «а» части 2 статьи 205 УК), приготовление к совершению двух террористических актов (ч. 1 ст. 30 и п. «а» части 2 статьи 205 УК), а также два эпизода незаконного оборота оружия и взрывчатых веществ (часть 3 статьи 222 УК). Минимальное наказание по статье «Создание террористического сообщества» — 15 лет заключения, максимальное — пожизненно.
Следственную группу по делу «крымских террористов» возглавляет старший следователь по особо важным делам следственного управления ФСБ Артем Бурдин. Со всех адвокатов ФСБ взяла подписку о неразглашении материалов предварительного следствия.

 

ФСБ утверждает, что именно Олег Сенцов «не позднее 10 апреля 2014 года» дал Чирнию и Афанасьеву указание взорвать памятник Ленину возле железнодорожного вокзала Симферополя. Для организации взрыва Сенцов «посредством Афанасьева» якобы передал Чирнию «денежные средства в сумме 200 гривен для приобретения необходимых компонентов самодельного взрывного устройства (СВУ)». Чирний для изготовления СВУ обратился к некоему «Пирогову, имеющему специальные познания в области химии».

«Впоследствии Сенцов в преддверии встреч Пирогова с Чирнием, состоявшихся 29 апреля и 4 мая 2014 года в городе Симферополе, доводил до последнего посредством Афанасьева дополнительные указания об изготовлении СВУ исполнительного механизма, предусматривающего систему замедления взрыва, а также о приискании места, куда впоследствии необходимо было поместить СВУ для временного хранения», — говорится в материалах дела.

После этого Сенцов якобы решил взорвать на 9 мая еще и «Вечный огонь», для чего попросил изготовить второе СВУ. За несколько дней до назначенной даты Чирний дважды получил от Пирогова «предмет, имитирующий исполнительный механизм, изготовленный на основе электронных часов», и отнес их к себе домой по адресу улица Куйбышева, дом 58а.

Этот дом — в двух минутах ходьбы от речки Малый Салгир, под мостом через которую были спрятаны еще «два предмета, имитирующих СВУ». При попытке забрать эту посылку в ночь на 9 мая Чирний и был задержан.

«Пирогов» изначально действовал под контролем ФСБ, а передача муляжей взрывных устройств Алексею Чирнию проводилась «в ходе оперативно-розыскного мероприятия “Оперативный эксперимент”», следует из материалов дела. В двух канистрах, которые Чирний достал из тайника под мостом, была не взрывчатка, а перемешанная с алюминиевым порошком поваренная соль.

Несогласные в Крыму: режиссер и «директор анархии»

Когда начались выступления на Майдане в Киеве, режиссер Олег Сенцов отложил съемки своего нового фильма «Носорог» и отправился в столицу, где участвовал в протестах как активист Автомайдана. Большую часть зимы он провел в Киеве, хотя время от времени и возвращался в родной Симферополь. В конце января, отправляясь в Киев на машине, Сенцов взял с собой несколько местных активистов, в том числе и Александра Кольченко. Теперь эти несколько дней на Майдане фигурируют в обвинении Кольченко как начало его преступной деятельности.

Долговязый Александр Кольченко, которого в среде левых активистов называли Тундра, всегда придерживался антифашистских взглядов. Он участвовал в акциях в поддержку заключенных российских антифашистов, организовал в Крыму показ фильма об убитой нацистами Анастасии Бабуровой, постоянно ввязывался в стычки с местными ультраправыми. За политическую подкованность и пристрастие к чтению теоретиков анархизма Кольченко получил у друзей шутливое прозвище «директор анархии».

«Вот стою я сейчас и вижу, как на встречу нам идет Тундра: в ботинках, начищенных до блеска, в аккуратненько подкатанных голубых джинсах, в подтяжках, выглаженной рубашке. Вот он подходит к нам, достает наушники из ушей, в которых играет ска, регги, может, какой-то ой, крепко жмет руки нам, крепко обнимает и поднимает женщин. Давай, Тундра, выходи уже быстрее, все тебя уже очень ждут», — говорит один из друзей Кольченко, просивший не называть его имени.

 

Олег Сенцов — автор полнометражного фильма «Гамер» (2011), отмеченного жюри Одесского международного кинофестиваля и фестиваля «Дух огня» в российском Ханты-Мансийске, участвовавшего в Роттердамском кинофестивале и конкурсной программе фестиваля GoEast в Германии. С призывами немедленно освободить Сенцова выступали известные европейские режиссеры, в том числе Вим Вендерс, Педро Альмодавар и Агнешка Холланд. Президент берлинской Академии искусств заявил, что та не будет сотрудничать с российскими государственными учреждениями, пока Сенцов находится в заключении. Обращение Национального союза кинематографистов Украины с просьбой к Путину содействовать освобождению Сенцова поддержал даже Никита Михалков. У Сенцова двое детей: 12-летняя дочь Алина и 10-летний сын Владислав, у которого диагностирован аутизм.

 

Анастасия Черная, которая дружила с Олегом Сенцовым и работала у него ассистентом, вспоминает, что тот вернулся в Крым из Киева в конце февраля: «И тут началась аннексия. Само собой, Олег активно помогал украинским военным, журналистам разных изданий и стран, семьям, которые были вынуждены покинуть полуостров, инициативе Крым.SOS. Олег, как человек сильный и действующий, к тому же медийная персона, попал в поле зрения ФСБ, сотрудники которого и похитили Олега 10 мая из его дома, на глазах у его детей, и обвинили в терроризме, за что сейчас и судят».

Черная уехала из Крыма в Украину летом 2014 года. До этого она была знакома и с другими фигурантами дела: «Последний раз я видела Гену [Афанасьева] 8 мая, мы пересеклись в фотостудии. Он сказал, смеясь, что его вечно самооборона останавливает и обыскивает». «Чирния я лично видела один единственный раз и мельком, — вспоминает девушка, — он тоже помогал в Крым.SOS, отправляли его с какой-то группой журналистов. С Кольченко же мы хорошие друзья, знакомы лет семь. Он всегда был сторонником левых и анархических идей, не раз на улицах встревал в драки с неонацистами, поэтому сказки про “Правый сектор” — вообще цирк и абсурд».

Объявленных в розыск Асанова, Цириля, Зуйкова и Боркина никто из опрошенных «Медиазоной» крымских активистов припомнить не смог. По словам аполитичных знакомых 22-летнего Никиты Боркина из Ялты, в Крыму никто не видел его с середины мая — как раз с того времени, когда начались аресты по делу «крымских террористов».

 

В СМИ появлялась версия о том, что фигурант дела «крымских террористов» Асанов Э.Н. и пропавший, а затем найденный повешенным в Евпатории молодой крымский татарин Эдем Асанов могут быть одним и тем же лицом. Однако у последнего отчество — Азизович, а его родные заявили, что гибель юноши была ненасильственной и что рядом с телом найдена предсмертная записка. Тем не менее, некоторые представители крымских татар сомневаются в версии о самоубийстве, а местные активисты в разговоре с «Медиазоной» допустили, что крымская «самооборона» или силовики могли просто перепутать юношу с предполагаемым «террористом». По непроверенной информации, сейчас фигурирующий в деле «крымских террористов» Энвер Асанов, как и другие фигуранты, которым удалось скрыться, находится на Украине.

 

Во время следствия Геннадий Афанасьев утверждал, что однажды Сенцов пришел на собрание медиков-волонтеров и «представился как организатор с Автомайдана, предложил людям собираться вместе в определенных заведениях, где он начал свою пропаганду, свою работу». Якобы после этого Сенцов и организовал «террористическое сообщество». Местные активисты подтверждают, что несколько встреч в кафе действительно имели место, однако Сенцов был на них лишь рядовым участником — на встречах обсуждали сложившуюся на полуострове ситуацию, тексты листовок, митинги у заблокированных военных частей и поддержку акции «Женщины за мир» в симферопольском парке Шевченко.

«Мне Афанасьев предлагал идти охранять часть, идти на какие-то граффити-акции… Но я параноик сам по себе, может быть, это меня остановило. Видно было, что люди относятся к этому со слишком большой долей максимализма какого-то. Это мешает объективно оценивать вещи и может навредить. Так оно в итоге и оказалось», — говорит активист Петр.

По словам другого активиста, Павла, после ареста Чирния стало известно, что тот по пьяни намекал некоторым знакомым, будто занимается чем-то нелегальным. «В какой-то момент и от Афанасьева был такой базар, который дал понять, что какой-то характер и уровень радикальности повышается или намерен повыситься», — вспоминает активист.

«Мы с Тундрой не раз ругались по поводу того, что не стоит лучше с этими ребятами общаться, — добавляет Петр. — По разным причинам. Но он, видимо, считал, что так просто сидеть нельзя и нужно что-то делать. И вот какое-то отчаяние (от сложившейся в Крыму ситуации — МЗ), может быть, его подтолкнуло на какие-то пересечения с этими людьми. Но в своем письме уже из СИЗО он просил: “Не надо меня выставлять каким-то героем или мучеником святым, я поступил неправильно, сделал ошибку, повелся не с теми людьми, о чем сожалею”».

Гражданство по назначению

— Я был и остаюсь гражданином Украины. Я не признаю аннексии Крыма и военного захвата Крыма Российской Федерацией. И любые договора, которые заключает нелегитимное правительство Крыма, считаю недействительными. Я не крепостной, меня нельзя передать вместе с землей, — настаивал Олег Сенцов во время одного из судов по продлению срока ареста.

— Следователь, к вам вопрос, это гражданин какого государства у нас? — интересовалась судья, продлевавшая арест Александру Кольченко.

— Российского, — после паузы отвечал ей следователь.

После референдума о присоединении Крыма и до своего ареста ни один из четверых обвиняемых не подавал никаких заявлений о смене украинского гражданства на российское. В деле фигурируют только их украинские паспорта, однако следствие все равно называет обвиняемых гражданами России. Все попытки защиты Александра Кольченко оспорить присвоение ему гражданства в российских судах потерпели неудачу, сейчас его жалоба направлена в Европейский суд по правам человека.

Несмотря на то, что Генпрокуратура России признала наличие у Олега Сенцова двух гражданств, российского и украинского, ни к нему, ни к Кольченко в СИЗО консула Украины так и не допустили. Алексея Чирния, который, по словам его адвоката Ильи Новикова, также настаивает на том, что он гражданин Украины, консул смог посетить только в феврале.

Достоверно не известно, успели ли получить российское гражданство судья, прокурор и адвокат по назначению, которые участвовали в заседании Киевского районного суда Симферополя по избранию меры пресечения Кольченко и Сенцову. Не смогли защитники получить от официальных органов и ответ о том, когда переаттестовались и сдали экзамен на знание российского законодательства бывшие украинские судья, адвокат и прокурор. На постановлениях суда об аресте Сенцова и Кольченко все еще стоит печать суда Украины.

Александр Кольченко на акции протеста в Крыму. Фото: личная страница “Вконтакте”

Поджог окна в офисе «Единой России», который вменяется Кольченко, нельзя квалифицировать как террористический акт, говорит его адвокат Светлана Сидоркина. После поджога, который не причинил значительного ущерба, не выдвигалось никаких требований, никто не брал на себя ответственность за них и не угрожал продолжением насильственных акций. Эти действия могут попадать скорее под статью 167 УК (умышленное повреждение чужого имущества) — и именно по этой статье первоначально было возбуждено уголовное дело об инцидентах с «Единой Россией» и «Русской общиной Крыма».

В этой компании активистов мог быть провокатор, который сознательно толкал их на нелегальные действия, уверена Сидоркина. «Мой подзащитный так и считает, собственно говоря, он заявлял в суде, что имеет место провокация», — говорит защитник Сенцова Дмитрий Динзе.

Динзе обращает внимание на то, что оперативники ФСБ осуществляли в отношении активистов оперативно-розыскные мероприятия «Наблюдение» и «Оперативный эксперимент» — именно в рамках последнего Чирний покупал и получал муляжи взрывных устройств.

По словам адвоката, единственные доказательства вины Сенцова, которые предоставляет следствие, — протоколы допросов Чирния и Афанасьева. «Они там указывают на то, что Сенцов являлся организатором, Сенцов давал им какие-то указания, но при этом нет ни одного материального доказательства, которое бы подтверждало их слова. Нет расшифровки телефонных переговоров, которая должна быть, если оперативники за ними следили, должны быть акты оперативных наблюдений, которые тоже необходимо представлять, должны быть хоть какие-то справки от оперативных работников, которые мы, например, по “болотному делу” имели в отношении Гаскарова и других лиц. Здесь ничего подобного нет», — рассказывает Динзе.

«Есть только показания заинтересованных лиц, — продолжает защитник. — А обвиняемые это, как правило, заинтересованные лица, и они не дают подписки о даче заведомо ложных показаний. Мы еще не знаем, применялись к ним пытки или нет, оказывали ли на них психологическое давление, не знаем, каким образом вообще были получены эти показания. Так что показания данных заинтересованных лиц не могут достоверно и объективно указывать на то, что Сенцов вообще мог совершать какие-то преступления».

Точно так же нет ни одного доказательства, которое бы указывало на связь Сенцова с украинским «Правым сектором», добавляет адвокат: «А тогда вообще исчезает мотив действий Сенцова в рамках умысла на террористическую направленность и соответственно на ту деятельность, которую следователь указывает в обвинении».

Уважение и сотрудничество

— Все это игралось на весьма патриотических чувствах. В основном говорилось, что вот, в Киеве погибло больше ста человек, а мы сидели дома и ничего не делали, — говорит Афанасьев на видеозаписи допроса в ФСБ, продемонстрированной по российскому телевидению.

— То есть Сенцов, получается, координировал все эти действия? — уточняет у него следователь.

— Он организовал все это мероприятие, координировал и направлял, корректировал, делал планы, схемы, выслеживал машины, ездил по адресам, смотрел объекты, — подтверждает покрытый татуировками Афанасьев. На видео он одет в черную арестантскую робу и смотрит в камеру немигающим и напряженным взглядом.

Алексей Чирний (третий слева). Фото: личная страница “Вконтакте”

Геннадий Афанасьев и Алексей Чирний сразу после ареста начали сотрудничать со следствием. Именно на их показаниях, в первую очередь, основано обвинение Олега Сенцова и Александра Кольченко.

Сам Кольченко, впрочем, не отрицает, что был той ночью у здания «Единой России», однако настаивает, что ничего не поджигал — стоял в стороне и следил, не появится ли кто на пустой улице. С квалификацией этого инцидента как «террористического акта» Кольченко категорически не согласен; роль Сенцова, который якобы руководил группой, он также не подтверждает.

Поджог Кольченко называет символической акцией протеста. «Я был против войны, против насилия. Мои действия направлены против партии “Единая Россия”, которая голосовала за ввод войск», — пишет он из СИЗО. Кольченко худой и настолько высокий, что кажется, не помещается в судебной клетке. На заседания он обычно надевает клетчатую рубашку.

Олег Сенцов свою вину полностью отрицает и связывает уголовное дело с политическим преследованием активистов, не согласившихся с присоединением Крыма к России. По его словам, дело сфабриковано ФСБ для устрашения несогласных.

— Он был организатором изначально любых радикальных действий. Он выбирал цели, ставил задачи. Он говорит, что у него есть поддержка на Украине. Как я понимаю, это был «Правый сектор», потому что Автомайдан как таковой развалился уже к тому моменту. То есть, он был из «Правого сектора», как я понимаю, — так говорил про Сенцова во время допроса в ФСБ Чирний.

На одном из заседаний по продлению срока ареста одетый в длинное черное пальто Чирний жаловался, что в «Лефортово» к нему не приходит врач. «Сердце болит. Почки время от времени. Это всегда было, а сейчас начало усложняться… как болит, так и болит», — тяжело вздыхал Чирний, который ставит ударение в своей фамилии на последний слог.

 

«Вообще люблю стиль милитари во всем — в стрижке, в одежде — носил военную форму. Я историк по образованию, учился в аспирантуре в Киеве, писал диссертацию на тему “Военно-политическая история Парфии”», — рассказывал Алексей Чирний члену ОНК Зое Световой, посещавшей его в СИЗО.
Увлекавшийся исторической реконструкцией Чирний, возможно, единственный из четверых арестованных, кого можно определенно назвать ультраправым и сторонником идеологии неонацистского «Правого сектора», запрещенного в России. Судя по фотографиям «ВКонтакте», Чирний не только позирует в средневековых доспехах, но и сочувствует германским национал-социалистам и охотно зигует в компании друзей.
Геннадий Афанасьев, по словам симферопольских антифашистов, симпатизировал организации РУН — русскоязычным украинским националистам.
Степан Цириль, который, возможно, также фигурирует в деле, судя по его фейсбуку, как минимум симпатизирует «Правому сектору» и фотографируется с Дмитрием Ярошем. В переписке с «Медиазоной» он, впрочем, утверждает, что в деле «крымских террористов» идет речь не о нем, а о его полном тезке.

 

Следствие утверждает, что именно Олег Сенцов познакомил Геннадия Афанасьева с представителем недавно запрещенного в России «Правого сектора» по имени Степан Цириль. Когда Афанасьев связался с Цирилем по скайпу, тот якобы был недоволен тем, что «акции проходят без человеческих жертв» и рассказал, что у него в Киеве есть «небольшая ракетница, начиненная радиоактивным веществом», которую нужно использовать для нападения на Верховный совет Крыма. «Я с нетерпением жду обнаружения данной ракеты, моих снимков на ее фоне и отпечатков пальцев», — иронизировал в одном из своих выступлений в суде Сенцов.

— Я видел Сенцова и мне нечего сказать, мы просто молчим и… что ему еще можно сказать сейчас? Я думаю, он как режиссер хочет остаться в истории как герой Украины, который боролся за свободу. Вряд ли он признает свою вину когда-либо, — улыбается на записи допроса Геннадий Афанасьев. На щеках появляются ямочки. Взгляд у него бегает.

Приговор Афанасьеву вынесли 17 декабря 2014 года. Московский городской суд приговорил его к семи годам колонии строгого режима — это наказание ниже низшего предела по тем статьям, которые вменялись Афанасьеву. Вероятно, суд учел его признание вины и активное сотрудничество со следствием; дело рассматривалось в особом порядке. Судить Кольченко и Сенцова будет уже военный суд — это связано с тем, что в 2015 году вступили в силу изменения в УПК, согласно которым рассматривать дела о терроризме могут только два суда в стране: Московский окружной военный суд и Северо-Кавказский окружной военный суд в Ростове-на-Дону.

Приговор по делу Чирния, который также признал вину, сотрудничал со следствием и согласился на особый порядок, ростовский суд огласил во вторник, 21 апреля. «Сам Алексей не хочет ломать соглашение со следствием, опасается последствий. Он понимает, что получит, вероятно, от 7 до 10 лет, как ранее Афанасьев. Мы условились, что я выскажу свою позицию, а он не поддержит ее и попросит суд не возвращать дело в прокуратуру, а рассмотреть его сегодня. Суд объявил перерыв, чтобы мы еще раз подумали, чего хотим. Но мы и так знаем. Нельзя же всем быть героями, а тем более, нельзя подстрекать на геройство других. “Вот тебе, Леша, граната, и вот тебе танк”. Чирний не герой, он чувствует себя беззащитным и не верит, что Украина может чем-то ему помочь. Трудно защищать человека в его положении. Но в деле останутся следы моего возражения, посмотрим, может оно еще сыграет», — написал в своем фейсбуке его адвокат Илья Новиков. Усмотрев в столь сложной линии защиты нарушение прав Чирния, суд отстранил Новикова от процесса и приговорил его подзащитного к семи годам лишения свободы в колонии строгого режима.

— Федеральная служба беспредела в вашей стране умеет очень хорошо крупными белыми стежками шить дела… Загремлю на 20 лет — однозначно. Потому что этот срок мне был назван еще в первый день до моего официального задержания, это уже решенный вопрос, об этом постоянно говорится, моим адвокатам намекают, что меня ждет очень тяжелая и интересная жизнь в лагере, если туда вообще доеду. Но я не боюсь угроз и намеков. И этот срок в 20 лет мне не страшен, потому что я знаю, что эпоха правления кровавого карлика в вашей стране закончится раньше, — говорил Олег Сенцов в своей речи на заседании суда в апреле.

В начале апреля ему и Александру Кольченко были предъявлены обвинения в окончательной редакции. Сейчас они начинают знакомиться с материалами дела. Как предполагают защитники, рассмотрение их дела в военном суде в Ростове-на-Дону начнется не раньше июня.

Егор Сковорода (Симферополь — Москва)
Источник: Медиазона

14 Апр

«Террорист» из Симферополя

9 апреля Мосгорсуд продлил на месяц, до 16 мая, арест Александра Кольченко.

По версии ФСБ, он — участник антироссийского подполья в Крыму, и вместе с еще тремя задержанными жителями полуострова обвиняется в терроризме. На каких собранных почти за год доказательствах держится обвинение, каким образом российские спецслужбы заходили в Крым и как симферопольцы относятся к родственникам задержанных — разбирался The New Times

«Сегодня Сашу обвиняют в терроризме, но он — не террорист, и я не мать террориста!» — говорит Лариса Кольченко. «Мой сын вырос буквально на глазах моих сотрудников, после ареста все продолжают ко мне относиться хорошо». Она работает продавцом в продуктовом магазине недалеко от железнодорожного вокзала Симферополя. Говорит тихо и быстро: «На самом деле поджог, в котором их обвиняют, вообще прошел в городе считай бесследно, где-то в новостях промелькнуло, и все — никаких обсуждений, никакой огласки».

При поджоге здания «Русской общины Крыма» в ночь на 14 апреля 2014 года пострадали входная дверь, крыльцо и козырек. Через несколько дней в окно приемной «Единой России» влетел «коктейль Молотова». Ущерб от выгорания пятиметровой кухни оценили в 200 тыс. рублей. Хулиганство? Но 31 марта 2015 года Кольченко обвинили в участии в террористическом сообществе и совершении терракта. Тогда же в Берлине, Бремене, Киеве, Минске, Париже, Страсбурге и Тунисе прошли акции солидарности с задержанным под лозунгом «Верните Тундру в Крым». «Тундра» — прозвище Кольченко в активистской тусовке полуострова.

«Свидания разрешают только тем, кто сотрудничает»
Главарем бандеровских подпольщиков в Крыму, по версии ФСБ, является режиссер Олег Сенцов, который вместе с преподавателем кафедры военной истории Крымского университета культуры Алексеем Чирнием обвиняется по ст. 205 ч.2 УК РФ («Теракт») и по ст. 205.4 ч.2 («Организация террористического сообщества»). В начале февраля Сенцову добавили ст. 222 ч.3 («Незаконный оборот оружия»).

Чирний до ареста увлекался реконструкцией средневековых доспехов, считал себя язычником и пуб-ликовал в соцсетях гитлеровские агитационные плакаты. Сегодня его интересы представляет защитник, назначенный следствием, а дело пройдет в особом порядке в военном окружном суде Ростова-на-Дону.

Кроме повреждения двух офисов, «группу Сенцова» обвиняют в подготовке подрыва 9 мая 2014 года Вечного огня и памятника Ленину. По мнению спецслужб, подследственные также планировали «уничтожение ряда объектов жизнедеятельности, железнодорожных мостов, линий электропередач».

Задержанный 8 мая 2014 года по тому же делу работник прокуратуры Железнодорожного района Симферополя Геннадий Афанасьев пошел на сделку со следствием. Процесс над Афанасьевым прошел в особом порядке, то есть без проведения судебного разбирательства — в этом случае подсудимый имеет право на смягчение наказания. 25 декабря Афанасьева приговорили к семи годам лишения свободы в колонии строгого режима.

Сенцов отказывается от предъявленного ему обвинения. Кольченко признал, что находился рядом с офисом, но в нападении участия не принимал. Свидетельствовать против остальных отказался. Если их вина будет доказана, оба могут выйти на свободу через двадцать лет. Афанасьев и Чирний станут главными свидетелями обвинения на процессе.

Обвинение утверждает, что Кольченко встречался с Сенцовым на «массовых мероприятиях сторонников нахождения Крыма в составе Украины», где режиссер якобы предложил создать группировку «для совершения в соответствии с идеологией «Правого сектора» нападений». По мнению ФСБ, эта группировка должна была дестабилизировать деятельность только что созданных органов власти «в целях воздействия на принятие ими решения о выходе Республики Крым из состава РФ».

Несмотря на тяжесть обвинения, почти каждое письмо Кольченко начинается со слов — «у меня по-прежнему все хорошо». Поджог он называет символическим жестом протеста, а не попыткой «устрашить население Крыма», и подчеркивает, что в полночь в здании никого не было. «Я был против войны, против насилия. Мои действия направлены против партии «Единая Россия», которая голосовала за ввод войск».

В переписке рассказывает, что следил за «Болотным делом»: «Все-таки как-то не очень сидеть 3,5 года за такое, сквозь призму этого страшно представить, какой срок ожидает меня — перспективы, походу, не очень». Лариса Кольченко переживает, что не дают свиданий: «Мотивируют так — раз отказывается от сотрудничества, то и нечего семье общаться. Свидания разрешают только тем, кто сотрудничает».

«В Симферополе не поймут»

«Сын со школы был правдоискателем, — говорит Лариса. — У него за весь Крым болела душа, участвовал буквально во всем». В леворадикальной тусовке Кольченко оказался благодаря хардкормузыке, которой увлекся еще в школе. Ездил на археологические раскопки, на демонстрации ходил под черно-красными знаменами анархистов. Организовал протест против строительства транспортного терминала на Черном море, был среди инициаторов профсоюза «Студенческое действие», боровшегося против монетаризации образования — всеукраинские митинги начались с Симферополя, затем консультировал уже бастующих сотрудников «Крымтроллейбус».

«Мы его во всем поддерживали, — говорит мать. — Но когда собрался на Евромайдан, в буквальном смысле слова стоял в дверях, а за спиной рюкзак, то я бросилась отговаривать: на площади и людей убивают, и в Симферополе не поймут». В качестве активиста Кольченко, по словам адвоката Светланы Сидоркиной, давно был в разработке. «Он никогда не боялся высказать свое недовольство, всегда открыто афишировал свою позицию — настолько открыто, что и заинтересовал органы», — говорит Лариса Кольченко. Когда стартовала «Русская весна», Кольченко выступил против присоединения, мать с ним солидарна — на референдум идти отказалась. С такой позицией согласилась не вся родня Ларисы. Некоторые родственники перестали общаться с семьей Кольченко.

«Приходит Россия, будем действовать жестче»

«Саша — идейный антифашист, каждый год организовывал пикет в память о убитом адвокате Маркелове и журналистке Бабуровой, она ведь местная — из Севастополя, — говорит Лариса Кольченко. — Но сейчас сына обвиняют в том, что он член «Правого сектора». После арестов, пресс-служба ФСБ отрапортовала о поимке диверсионно-террористической группы запрещенного в России «Правого сектора». «Активисты не принадлежали и не принадлежат к политической партии «Правый сектор», — заявила в ответ пресс-служба запрещенной в России организации. — Однако требуем немедленного освобождения и прекращения политического террора на оккупированной территории».

Позднее защита активиста напрямую обратилась с официальным запросом — аналогичный ответ. «Но сомнительно, что этого достаточно для российского суда, — говорит Лариса. — Славу богу, такое абсурдное обвинение не сыграло роли для людей в Крыму: когда собирали характеристики для суда, то отношение к нему в университете по-прежнему хорошее. В типографии где он работал грузчиком, пока фирма после референдума не двинула на материк, и вовсе коллеги назвали обвинение незаслуженным». Заподозрить Кольченко в симпатиях к националистам трудно — в 2012 году на Тундру и его трех товарищей после показа фильма о Бабуровой напали 30 праворадикалов.

С момента ареста с Кольченко ни разу не пытался связаться никто из официальных представителей украинской стороны. Мать это тревожит: «Как будто забыли о задержанных». Не посещает подследственных и украинский консул в Москве — Россия признала их своими подданными, однако 4 февраля Генпрокуратура РФ неожиданно определила у Сенцова наличие двойного гражданства. Впрочем, в удовлетворении иска Кольченко к УФМС о праве на сохранение украинского гражданства судья отказал, сотрудница миграционной службы предъявила суду форму для получения паспорта с данными Кольченко якобы за его подписью, теперь защита планирует почерковедческую экспертизу. «Его насильно признали гражданином другой страны, — говорит мать. — Он никаких заявлений не писал». В свою очередь Государственная миграционная служба Украины подтвердила в феврале украинское подданство Кольченко, а 27 марта 2015-го года киевская прокуратура наконец-то возбудила дело по факту похищения украинского гражданина Кольченко. Аналогичное дело уже возбуждено и по Сенцову. Адвокат Кольченко Светлана Сидоркина рассказала, что ее подзащитный направил в Европейский суд по правам человека жалобу на принудительное присвоение российского гражданства.

С начала нового учебного года многие вузы Крыма не досчитались студентов, отправившихся доучиваться на Украину. «Часть людей, с кем я был дружен по гражданской активности, свалила, — говорит преподаватель философии в колледже Таврического университета Антон Трофимов. — Я еще удивлялся: неужели все проблемы кончились? Неужели экология уже не беспокоит?» Трофимов — организатор карнавальных шествий «Монстрация», вместе с Кольченко создал студенческий профсоюз. «В итоге множество знакомых уехало — и не зря, — говорит Антон. — И ко мне ФСБ зашли — бывшие сотрудники СБУ — предупредили: приходит Россия, будем действовать по-другому, будем действовать жестче — по российским законам».

«Саша тоже хотел поехать, — говорит мать. — Мы же его отговаривали, не хотела далеко отпускать, все боялись — да не того!» Студент факультета географии Кольченко выбирал между университетами Ужгорода или Львова, но 23 мая его этапировали в московский изолятор «Лефортово». Приятель Кольченко, представившийся Романом, так объясняет причину репрессий: «Всю весну народ пугали боевиками с Майдана, кроме татар никто себя не проявил, и потребовалось показать, что угроза все-таки реальна». «После задержания первой четверки ребят из проукраинского движения ФСБ начало проводить с остальными профилактические беседы, — говорит преподаватель истории Максим Осадчук, приятель Кольченко по левому движению. — Почти все мои знакомые, имеющие хоть какое-то отношение к общественной жизни, уехали. Вопрос стал ребром: или эмиграция, или переход в подполье с учетом большого риска ареста». Сам Осадчук уехал из Крыма за несколько дней до референдума, теперь воюет в составе батальона «Айдар».

Осадчук считает арест четверки предупреждением оставшимся на полуострове активистам умерить пыл: «Угрозами, увещеваниями нам настойчиво рекомендовали или уехать, или прекратить любую детельность».

«Из роскоши — бульонные кубики и кетчуп»

Кольченко не жалуется и предельно лаконичен — в письме из СИЗО сообщает: «У нас с сокамерником накопилось столько вкусностей, что на месяц хватит, — но вкусности не настолько вкусны, какими они могли бы казаться на воле». В другом пишет, что «здесь упал аппетит, мне вполне хватает казенной еды», но мечтает получить научно-популярные журналы, «а из роскоши — бульонные кубики и кетчуп».

Кольченко изучает Ленина, Маркса, Фромма и Ивана Франко — последнего читал на украинском. Сожалеет, что свое знакомство с Россией начал с СИЗО и в одном из писем делится впечатлениями от публицистики Льва Толстого: «Типичный экстремист. Сегодня его наверняка бы могли закрыть по 280-й*: «Что станет с Россией? Россия? Что такое Россия? Где ей начало, где конец? Кавказ со всеми своими народами? Казанские татары? Ферганская область? Амур? То, что эти народы считаются частью России, есть случайное, временное явление. Соединение это держится только той властью, которая распространяется на эти народы».

___________
* Статья 280.1 УК РФ «Публичные призывы к осуществлению действий, направленных на нарушение территориальной целостности РФ».

Дмитрий Окрест
Источник: The new times

08 Апр

Сенцов сидел в “крысиной норе” – правозащитница о методах “убеждения” в Лефортово

Российская правозащитница Зоя Светова регулярно посещает СИЗО, где содержатся заключенные по “крымскому делу” – Сенцов, Кольченко, Афанасьев и Чирний. Она рассказала НВ об их жизни в Лефортово
Всех их задержали весной в Крыму по подозрению в терроризме, вывезли в Россию, присвоив при этом гражданство РФ.

В крымском деле уже появился первый приговор. 17 декабря 23-летнего Геннадия Афанасьева приговорили к семи годам заключения. Он признал свою вину и дал показания против режиссера Сенцова.

Зоя Светова рассказала НВ о том, в каких условиях содержатся крымские заключенные в РФ.

Фото: Зоя Светова via Facebook

– Заключенные по “крымскому делу” находятся в одном и том же месте?

– Да, их четверо. Они содержатся в изоляторе Лефортово. Это бывшая тюрьма КГБ, затем — ФСБ. Несколько лет назад эта тюрьма была передана Министерству юстиции, но она все равно остается в ведении ФСБ. Когда заходишь в административный корпус, там есть дверь, на которой написано Следственное управление ФСБ. То есть тюремная администрация соседствует с управлением ФСБ, они очень тесно связаны. И для тех сотрудников ФСБ, которые ведут все дела, в частности дело Олега Сенцова, это очень удобно. Они могут допрашивать фигурантов своих дел “не отходя от кассы”.

Само здание Лефортово очень старое — построено еще до революции. Исторически так сложилось, что в этой тюрьме как в советское время, так и сейчас содержатся фигуранты самых громких дел государственной важности. Это шпионы, террористы. Там находятся люди, которых обвиняют в экономических преступлениях, но это должны быть какие-то высокопоставленные лица.

– Почему именно в эту тюрьму сажают людей, обвиняемых по самым резонансным делам?

– Потому что это тюрьма с высокой степенью изоляции.

– Что это значит?

– Там нет мобильных телефонов. Во всех московских СИЗО заключенные [нелегально – НВ] покупают мобильные телефоны, для того чтобы поддерживать связь с родными или друзьями. Здесь же это невозможно.

С адвокатами тоже проблема – очень мало кабинетов для встреч с ними — 5 или 7. Это очень маленькая тюрьма. Там сейчас там сидит 186 человек, хотя может поместиться 300. Для того, чтобы попасть к своим подзащитным, адвокаты записываются ночью или в 6 утра. Очередь очень большая, и не всегда можно попасть в СИЗО в тот же день.

– В одном из интервью вы говорили, что Олег Сенцов четыре месяца сидел в угловой камере. Можете рассказать об этой камере и где он содержится сейчас?

– Он сидел четыре месяца в самой плохой камере. Олег называл ее «крысиная нора». 92-я камера находится в углу здания, и в нее попадает очень мало солнечного света. С утра до вечера включен электрический свет. Вообще, камеры очень маленькие, примерно 8 квадратных метров, и в этом крошечном пространстве находятся два человека. Обычно ко всем подсаживают сокамерника —так называемую «наседку»,— который будет все докладывать оперативникам.

В самих камерах может и не быть видеокамер, но сотрудники постоянно наблюдают за тобой в глазок. Камера полностью просматривается. Особенность этой тюрьмы в том, что коридоры устланы коврами. Это сделано для того, чтобы сотрудники могли тихо ходить и подсматривать за заключенными.

– Сенцова перевели в другую камеру или оставили в той же?

– Да, его перевели, потому что это было уже невозможно. Сейчас он находится в нормальной камере в хороших условиях.

– Как часто вы посещаете крымских заключенных?

– Мы посещаем их раз в месяц, иногда два раза. Правда, мы уже месяца два не заходили к Геннадию Афанасьеву, потому что смысла к нему заходить не было никакого, он был всем доволен. Мы, конечно же, не подозревали, что у него будет суд 17 декабря [Афанасьева приговорили к семи годам за терроризм – НВ].

– Суд проходил в закрытом режиме?

– Да. Когда я узнала эту новость, позвонила пресс-секретарю Мосгорсуда, и она мне это подтвердила [что Афанасьеву вынесли приговор – НВ]. Дело в том, что на сайте Мосгорсуда никакого сообщения об этом суде не было. И никто не мог узнать об этом. Он проходил в закрытом режиме, что очень редко бывает. Даже если дело слушается в особом порядке, там все-таки присутствуют журналисты. Это дело о терроризме полностью закрыли. И я вот думаю, что процесс над Сенцовым тоже будет проходить закрыто.

– Показания против Сенцова дал Афанасьев. Кто еще?

– Чирний. К Чирнию мы заходим каждый раз, в какой-то степени его жалко. Это человек, который уже дважды лежал в Институте Сербского. Он проходил судебно-психиатрическую экспертизу, потому что у него появились суицидальные наклонности.

– У Чирния действительно проблемы с психикой?

– Он говорил, что был комиссован из армии именно из-за того, что у него были проблемы с психикой. Трудно сказать. Одно можно сказать наверняка: он не хочет ехать в колонию. Чирний очень нестабильный. Да, он сотрудничает со следствием, говорит, что Сенцов его подговорил совершать какие-то теракты. При этом он признает украинское гражданство и встречался с украинским консулом. Сейчас он попросил, чтобы украинский консул нашел ему нового адвоката. Непонятно, зачем ему новый адвокат, если он будет настаивать на тех же показаниях. Но вообще, он очень одинокий человек.

– Другие встречаются с родными?

– Сенцов — нет. Насколько я поняла, он сам не хочет общаться со своими родственниками, чтобы не расстраиваться. Если он будет общаться с семьей, это его как-то подкосит. Часто люди такого склада, мужчины, которые держатся, не хотят встречаться с семьей, чтобы себя как-то не расхолаживать и не раскисать. Потому что это очень тяжело. Например, когда мы первый раз пришли на свидание к Кольченко и сказали про маму, он заплакал. Он молоденький мальчик, ему очень тяжело.

– Сенцов рассказывал, что его письма не доходят до адресатов. Это так?

– Да, это было. Но когда я навещала его в последний раз, он сказал, что сейчас уже лучше и что письма доходят. Ему много пишут, и он отвечает. Много писем из Украины. Ему очень важна поддержка, он всех благодарит.

– Что нужно делать украинской стороне? Как поддерживать этих людей?

– Начать настоящую кампанию по поддержке Сенцова, Кольченко. Вообще, нужно, конечно, разоблачать это крымское дело, его фабрикацию. Но есть большая проблема, потому что пока у нас нет материалов дела. Адвокаты дали подписку о неразглашении.

– Почему адвокаты дают подписку о неразглашении? Это какое-то специальное требование?

– Да, требуют. Но не все адвокаты на это идут. В этом случае, я так понимаю, они боялись, что их просто выведут из дела.

– Отличаются ли условия содержания крымских заключенных от условий содержания других в Лефортово?

– Нет, конечно. У них те же самые условия. Единственное, что Сенцова вначале посадили в самую плохую камеру. Понимаете, цель Лефортово – довести человека психологически, там не бьют, но там очень сильное психологическое воздействие. Изоляция, давление сокамерников — и, если тебя еще в плохую камеру сажают, люди просто сходят с ума. Для того, чтобы прекратить эту муку, они дают ложные показания. Очень редко и только очень сильные люди отстаивают свою позицию.

Источник: Новое время

admin Опубликовано в рубрике Без рубрики
04 Апр

Поджоги в Крыму сочли направленными на отделение

ФСБ завершила расследование уголовного дела о подготовке серии терактов в Крыму в канун празднования Дня Победы в мае прошлого года. Следователи начали предъявлять его фигурантам, одним из которых является известный украинский режиссер Олег Сенцов, обвинения в окончательной редакции. Еще один обвиняемый, Геннадий Афанасьев, признавший свою вину, получил семь лет заключения в особом порядке.

Первому обвинение в окончательной редакции следователи ФСБ предъявили гражданину Украины Александру Кольченко. “Фабула обвинения осталась прежней — “участие в террористическом сообществе” (ч. 2 ст. 205.4 УК РФ) и “теракт, совершенный организованной группой” (ч. 2 ст. 205 УК РФ)”,— сообщила “Ъ” его адвокат Светлана Сидоркина. При этом, по ее словам, молодому человеку вменяется в вину лишь участие в поджоге офиса “Единой России” в Симферополе в апреле прошлого года. “Кольченко не отрицает, что участвовал в поджоге, но не согласен с квалификацией следствием его действий”,— пояснила госпожа Сидоркина. Дело в том, что ФСБ сочла происшедшее терактом, направленным на отделение Крыма от России. Но, по уверениям защиты, таких целей у молодого человека не было. Не имел он и отношения к признанному в России экстремистским “Правому сектору”, о чем ранее упоминали представители ФСБ. “Кольченко был активистом движения антифашистов, лояльно относился к анархистам, и по большей части он участвовал в мирных акциях — экологических, в защиту прав трудящихся и т. д.”,— говорит Светлана Сидоркина.

Как ожидается, на следующей неделе в суде Александру Кольченко будет продлен срок содержания под стражей. Скорее всего, после этого формально с материалами ознакомятся представители потерпевшей стороны, которой признали организацию симферопольских единороссов. А уже затем настанет очередь самого обвиняемого и адвокатов.

Между тем остальным фигурантам дела об окончании расследования пока не объявили. Так, адвокат Олега Сенцова Дмитрий Динзе заявил “Ъ”, что соответствующих уведомлений от следствия пока не получал. Он также отметил, что пока его клиенту вменяются в вину те же статьи УК, что и Александру Кольченко. Однако, что будет содержать обвинение в окончательной редакции, неизвестно.

“Мы ничего не знаем о позиции третьего обвиняемого Алексея Чирния, а о приговоре четвертому фигуранту Геннадию Афанасьеву узнали из СМИ”,— сказал адвокат, отмечая, что декабрьским приговором, в рамках которого обвиняемому был назначен семилетний срок, следствие создало преюдицию для осуждения остальных. При этом, по его словам, Олег Сенцов вину не признает, но о более точной позиции своего клиента он говорить не стал, сославшись на подписку о неразглашении.

Напомним, что громкое уголовное дело о подготовке серии терактов в Крыму было возбуждено ФСБ 9 мая прошлого года. По некоторым данным, тогда был задержан Алексей Чирний, преподаватель Симферопольского института культуры. Якобы контрразведчики долго его вели и схватили с поличным при извлечении самодельной бомбы из тайника. Вскоре были схвачены и остальные трое предполагаемых террористов. Дело приобрело большой резонанс, так как одним из задержанных оказался известный на Украине режиссер Олег Сенцов.

Как следовало из заявления ФСБ, все четверо имели отношение к диверсионно-террористической группе “Правого сектора”. Эта группа, по утверждению спецслужбы, готовила теракты в Симферополе, Ялте и Севастополе, а в дальнейшем планировала “уничтожение ряда объектов жизнедеятельности, железнодорожных мостов, линий электропередачи”. Непосредственно в праздник, 9 Мая, диверсанты якобы хотели взорвать памятник Ленину и мемориальный комплекс “Вечный огонь”, но были своевременно обезврежены.

Владимир Баринов
Подробнее: КоммерсантЪ

01 Апр

«Дело Олега Сенцова»: почти финал

Следствие предъявило Александру Кольченко обвинение в совершении террористического акта, а другой фигурант «крымского дела» Алексей Чирний подписал соглашение о сотрудничестве со следствием. Его будут судить в особом порядке — за закрытыми дверями и без свидетелей

Жертвы аннексии Крыма

31 марта старший следователь по особо важным делам Следственного управления ФСБ России майор юстиции Бурдин А.А. предъявил Александру Кольченко, одному из четырех обвиняемых по так называемому «крымскому делу», обвинение в совершении террористического акта.

23-летний уроженец Крыма, антифашист и анархист Александр Кольченко обвиняется в том, что «разделяя идею о необходимости смены действующей власти Украины и протестуя против приостановления правительством Украины подписания соглашения об ассоциации между Украиной и Евросоюзом, в январе 2014 года, более точно время следствием не установлено, в г.Симферополе познакомился с Сенцовым О.Г., с которым в конце января–начале февраля 2014 года выехал в город Киев, где в течение нескольких дней принимал участие в многомесячном митинге сторонников указанных идей, проходивших на Площади Независимости».

Далее в документе говорится, что Кольченко встречался с Олегом Сенцовым на «различных публичных массовых мероприятиях сторонников нахождения данного региона в составе Украины» и узнал, что Сенцов, «позиционирующий себя как представитель организации «Правый сектор», «создал группу для совершения в соответствии с идеологией «Правого сектора» совместных действий, дестабилизирующих деятельность органов власти Российской Федерации, создаваемых на территории Республики Крым, в целях воздействия на принятие ими решения о выходе Республики Крым из состава Российской Федерации, а именно к совершению взрывов, поджогов, а также уничтожению имущества лиц, поддерживающих вступление Республики Крым в состав Российской Федерации».

На трех страницах постановления о привлечении в качестве обвинения описывается всего один эпизод, а именно поджог офиса симферопольского местного городского отделения Крымского регионального отделения «Единой России».

Как известно, при этом поджоге никто не пострадал, площадь возгорания составила пять квадратных метров.

Теракт, которого не было

Следствие оценивает ущерб, нанесенный офису крымских единороссов, в 200 тысяч рублей. И квалифицирует этот вполне себе хулиганский поджог, который тянет на статью 213 УК РФ («хулиганство») или статью 167 УК РФ («уничтожение имущества»), как «участие в террористическом сообществе, то есть устойчивой группе лиц, заранее объединившихся в целях осуществления террористической деятельности, то есть преступление, предусмотренное частью 2 статьи 205.4 УК РФ».

Александр Кольченко свою вину признает частично; признает, что в поджоге участвовал, но никаких указаний от Сенцова не получал, и сам поджог был символическим жестом, чтобы показать отношение к «Единой России».

Кольченко никогда не ставил своей целью «устрашить население Крыма», как это утверждает следствие.

Важно помнить, что поджог офиса «Единой России» происходил после 12 часов ночи: время было выбрано не случайно, чтобы избежать возможных человеческих жертв.

Геннадий Афанасьев, который также участвовал в поджоге офиса «Единой России», уже осужден: его дело слушалось в Мосгорсуде в особом порядке, он подписал соглашение о сотрудничестве со следствием и получил 7 лет лишения свободы.

Два сдавшихся против двух несдавшихся

И наконец, третий фигурант «крымского дела», 33-летний Алексей Чирний, так же, как и Афанасьев, дал признательные показания и указал на Олега Сенцова, как на организатора террористического сообщества. Чирния будут судить в «особом порядке», но не в Мосгорсуде, а в военном окружном суде Ростова-на-Дону.

В ближайшие дни постановление о привлечении в качестве обвиняемого зачитают и Олегу Сенцову. Тогда мы и узнаем, в чем конкретно обвиняют украинского кинорежиссера.

В ближайшие несколько месяцев фигуранты «крымского дела» и их адвокаты будут знакомиться с материалами дела: читать все допросы и экспертизы по делу.

Потом следователь составит обвинительное заключение для каждого фигуранта, отправит его прокурору для утверждения. Если прокурор утвердит, то дело будет передано в суд.

Вероятно, уже летом «крымское дело» в соответствии с законом будет слушаться в военном окружном суде Ростова-на-Дону.

На скамье подсудимых окажутся не признающие свою вину в терроризме Олег Сенцов и Александр Кольченко.

А уже осужденные в особом порядке Геннадий Афанасьев и Алексей Чирний, если он не откажется от своей сделки с правосудием, будут выступать главными свидетелями обвинения.

Ничего нового: дело о террористической организации, которая не совершила ни одного теракта.

Но надежды на то, что «суд разберется», практически нет.

Судя по идеологической составляющей обвинения, следствие очень гордится тем, что нашло «врагов крымского народа», целью которых было «воздействовать на принятие органами власти России решения о выходе республики Крым из состава Российской Федерации».

Вчитайтесь и вдумайтесь в эти слова: четверо членов «подразделения партии “Правый сектор”», куда, по данным следствия, помимо Афанасьева, Кольченко и Чирния, входили Асанов Э.Н., Боркин Н.С., Зуйков И.В., Цириль С.В.(они в розыске. — Открытая Россия) и другие неустановленные лица собирались терроризировать Крым и Россию(!)

Все это могло бы показаться скверным анекдотом, тем более, что «Правый сектор» неоднократно заявлял о том, что Олег Сенцов не является членом этой организации, а следовательно никак не мог бы создать «подразделение “Правого сектора”», но, увы, «крымское дело» движется к развязке, которая дает очень мало поводов для оптимизма.

Согласно Уголовному кодексу России, часть 2 статьи 205.4, по которой обвиняется Александр Кольченко и которую вменяют и украинскому кинорежиссеру Сенцову, предусматривает срок до 20 лет лишения свободы(!)

ЗОЯ СВЕТОВА

Источник: Открытая Россия

admin Опубликовано в рубрике Без рубрики
29 Мар

Олег Сенцов и другие «крымские террористы» – о деле и о себе

https://openrussia.org/post/view/228/

Следственное управление ФСБ России уже больше четырех месяцев расследует так называемое дело о диверсионно-террористической группе «Правого сектора». Материалы его засекречены, адвокаты дали подписку о неразглашении. Член ОНК Зоя Светова встретилась с фигурантами дела в СИЗО

30 мая на сайте ФСБ России появился пресс-релиз о задержании в Крыму «членов диверсионно-террористической группы “Правого сектора”»; ФСБ назвала целью этой группы «совершение диверсионно-террористических актов в городах Симферополь, Ялта и Севастополь» и привела имена задержанных: «Сенцов О.Г., Афанасьев О.Г., Чирний А.В., Кольченко А.А».

По версии следствия, подозреваемые готовили в Симферополе взрывы возле Вечного огня и памятника Ленину в ночь на 9 мая, а также участвовали в поджогах офисов организации «Русская община Крыма» 14 апреля и офиса партии «Единая Россия» 18 апреля. Офисы действительно были подожжены; ущерб, судя по сообщениям прессы, оказался незначительным.

Теракт без ущерба
Согласно формулировке статьи 205 УК РФ, «террористический акт – совершение взрыва, поджога или иных действий, устрашающих население и создающих опасность гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба либо наступление иных тяжких последствий в целях дестабилизации деятельности органов власти или международных организаций либо воздействия на принятие ими решений, а также угроза совершения указанных действий в тех же целях».

После отъезда пожарных о поджоге офиса «Русской общины Крыма» на улице Карла Либкнехта 14 апреля напоминали лишь покрытая копотью входная дверь, сгоревший козырек да несколько обгоревших проводов.

18 апреля, когда в окно симферопольского офиса «Единой России» на улице Аксакова кто-то бросил бутылку с зажигательной смесью, площадь возгорания составила 5 кв. метров, а пожар быстро потушили.

Оба поджога cлучились ночью, когда в помещениях не было людей; ни одна организация публично не взяла на себя ответственность за них; ни политики, ни общественные деятели не связывали эти события с протестами против присоединения Крыма к России. После того, как ФСБ отрапортовала о раскрытии террористической ячейки «Правого сектора», эта организация выпустила пресс-релиз, в котором заявила, что ни один из задержанных не имел к ней никакого отношения.

Первый
О 33-летнем кандидате исторических наук, преподавателе кафедры военной истории Симферопольского института культуры Алексее Чирнии известно немногое, и это само по себе показательно.

По информации из источников, близких к следствию, Чирний заключил «сделку с правосудием» и дал показания против Олега Сенцова, которого он назвал руководителем террористической организации. Похоже, что в обмен на нужные для следствия показания Чирнию пообещали особый порядок рассмотрения дела, а это значит, что он может рассчитывать на существенное сокращение тюремного срока. Согласно особому порядку, срок наказания не может превышать две трети максимально возможного (по 205-й статье УК – участие в террористическом сообществе – это 20 лет лишения свободы).

Чирний признал свое участие в поджогах обоих зданий в Симферополе и в подготовке к взрыву памятника Ленину.

Источники, близкие к следствию, говорят, что фигурантов дела «пасли», с ними установили контакт и агенты ФСБ, которые теперь проходят свидетелями по делу. Не исключено, что кто-то из засекреченных свидетелей по делу «террористов» и занимался вместе с Чирнием изготовлением бомбы, предназначенной для символического подрыва памятника.

Задержали Чирния в ночь на 9 мая, в тот момент, когда он доставал бомбу из тайника. Что было дальше – неизвестно.

«Я бомбу готовил», – говорит обритый налысо Алексей. Сейчас он содержится в психиатрической больнице СИЗО «Бутырка». Заключенные называют это заведение «Кошкиным домом»; у него дурная слава. Там почти год провел фигурант Болотного дела Михаил Косенко. Сюда привозят заключенных из всех московских тюрем – как правило, это те, кто не выдерживает заключения, пытается покончить с собой или просто сходит с ума. Чирний, по словам его сокамерника в Лефортовском следственном изоляторе, говорил о самоубийстве – поэтому он и оказался в «Кошкином доме».

«Я не хотел ничего этого делать. Говорили, что взрыв будет ночью. Люди бы не пострадали», – говорит Чирний монотонным голосом, как будто повторяет заученную речь. Спрашиваю, правда ли, что он был членом «Правого сектора»; он отвечает что-то невразумительное: скорее нет, чем да.

Следователь уже направлял Чирния на судебно-психиатрическую экспертизу в Институт имени Сербского – его обследовали и признали вменяемым. Алексей с этим не согласен, ему кажется, что врачи к нему отнеслись невнимательно и не поняли, что с ним происходит. Уверяет, что проблемы с психикой у него были и раньше – даже с армейской службы по этой причине комиссовали. После ареста и предъявления тяжкого обвинения он чувствует себя одиноким и никому не нужным, в колонию ехать, по его словам, боится.

В московской тюрьме Чирний оказался в полной изоляции, защищает его назначенный следствием адвокат, с которым у арестанта, кажется, нет контакта. Следователь вроде бы готов разрешить ему свидание с родителями, но ни мать, ни отец в Москву не приехали. Мать даже на письмо не ответила, жалуется Алексей, – только костюм по его просьбе прислала. Чирний наденет его на очередной суд по продлению меры пресечения (его волнует, как он выглядит, ведь процесс показывают по телевизору). А еще его беспокоит, что к нему не допускают украинского консула: он по-прежнему считает себя украинским гражданином и возмущается, что в Лефортовском суде судья назвала его россиянином.

В Бутырской психиатрической больнице никаких следственных действий с Чирнием не проводили; ему давали нейролептики, чтобы купировать острое состояние. Когда я впервые увидела его в «Кошкином доме», он показался мне странно заторможенным: с трудом понимал, о чем его спрашивают, говорил, что «голова как в тумане».

«Жизнь моя на том закончена: не будет никакого будущего, нет той страны, в которой я жил», – повторял он.

Через неделю Чирний почувствовал себя уже лучше: попросил линованную бумагу, чтобы писать стихи, и книги своего любимого автора фэнтези Анджея Сапковского.

После частых визитов членов ОНК Чирния еще до окончания лечения вернули из психиатрической больницы в «Лефортово». Там следователь пообещал ему, что направит на повторную судебную экспертизу в институт Сербского. Чирний надеется, что, может быть, во второй раз его признают невменяемым, и тогда не придется ехать в колонию.

Но вряд ли такой поворот устроит следствие: Чирний – «козырной» свидетель по делу. Он дал развернутые показания против остальных фигурантов, и он обязательно должен быть на суде – вменяемым и дееспособным.

Второй
Задержанный 9 мая 23-летний Геннадий Афанасьев, который, как и Чирний, дал признательные показания, ни на что не жалуется: сидит в чистой, недавно отремонтированной камере, читает книги, учит английский и итальянский, передачи приносят знакомые из Москвы, на свидание приезжали родственники из Крыма.

До ареста Афанасьев работал в прокуратуре Железнодорожного района Симферополя, был активным сторонником единой Украины. Но после ареста его взгляды резко поменялись: Афанасьев отказался от украинского гражданства, и, согласившись стать российским гражданином, де-факто признал присоединение Крыма к России.

По словам Сенцова, они были знакомы, Афанасьев звонил ему за сутки до своего задержания, предлагал встретиться, но Сенцов не захотел.

Третий
Украинского кинорежиссера Олега Сенцова задержали 10 мая, хотя в официальных документах стоит другая дата – 11 мая. О самых первых допросах в бывшем здании СБУ, где к нему применялись пытки, сам Сенцов рассказал на заседании Лефортовского суда 7 июля 2014 года. В подробностях о том, как пытали его подзащитного, журналистам сообщил адвокат Сенцова Дмитрий Динзе.

«Олег рассказал, что к нему применяли пытки – его били по спине, потом с него сняли штаны, трусы, кинули его на пол лицом вниз, взяли палку, били по ягодицам и угрожали сексуальным насилием, что они его изнасилуют этой палкой. После этого один из оперативных сотрудников ФСБ три часа сидел рядом с Сенцовым и бил его ногой по голове периодически, когда ему не нравились ответы», – рассказывал Динзе.

Защитник направил в СК заявление с требованием возбудить уголовное дело по факту применения к Сенцову пыток и других незаконных методов воздействия; результат пока нулевой.

Своей вины Сенцов не признает. Его двоюродная сестра Наталья, которая живет в Москве и активно участвует в кампании по его защите, рассказала мне, что с начала событий на Майдане он почти полностью забросил кино, хотя собрал деньги на новый фильм «Носорог» и вот-вот должен был приступить к съемкам. Вместо этого режиссер стал активистом «Автомайдана», часто ездил в Киев, а уже после присоединения полуострова к России помогал вывозить семьи украинских военных на материк. Друзья Сенцова не исключают, что именно этой деятельностью он и привлек к себе интерес российских спецслужб.

«Я не признаю себя виновным в организации указанных преступлений, считаю дело сфальсифицированным и политическим, так как оно основывается на показаниях двух подозреваемых, которые были получены вначале под пытками, а сейчас они не могут отказаться от этих обвинений – им обещаны маленькие сроки. Ко мне тоже применялись пытки, избиение, унижение с целью получения признательных показаний и показаний против руководства Майдана и Украины, что они были заказчиками этих преступлений. После отказа мне было сказано, что я буду назван организатором этих преступлений в суде, и мне будут квалифицированы более тяжкие статьи», – заявил Сенцов в Лефортовском суде 7 июля.

И правда: если сначала Сенцова обвиняли только в подготовке к совершению терактов, то сейчас ему предъявлено обвинение в организации террористического сообщества.

«Следователь сказал, что я буду сидеть 20 лет, – сказал Олег членам ОНК, когда мы в очередной раз посещали его в камере Лефортовской тюрьмы. – Что ж, буду сидеть».

Сотрудники СИЗО, которые присутствуют при всех беседах правозащитников с арестантами и фиксируют их на видеорегистратор, не разрешают говорить с о подробностях уголовных дел; поэтому мы говорим о быте.

«Мне принесли список книг из библиотеки, я отметил себе книги, которые раньше не читал, и думаю, мне до Нового года хватит», – делится своими мелкими радостями Сенцов. И смеется: «Вот подписали на “Новую газету” – я поразился, что там пишут. Знаете, здесь в “Лефортово” много свободных камер. Думаю, скоро они сюда заедут. Я вообще удивлен степенью свободы слова в России, по моим прикидкам у вас – 16%, а у нас на Украине – 67%».

Сенцов пишет сценарий нового фильма – сюжет никак не связан с его новым опытом – и говорит, что сейчас у него нет никаких жалоб. На заседании суда в июле он заявлял, что в тюрьме ему угрожали, но с тех угрозы прекратились. В случае чего он молчать не станет, заверяет Сенцов.

«Я сидел с разными людьми: с нациком, с бээсником (б.с., бывший сотрудник правоохранительных органов. – Открытая Россия), со сталинистом, и со всеми находил общий язык, – говорит режиссер.– Сталинист, кстати, почитав мое обвинительное заключение и сказал, что это “фонарь” (безнадежное дело – Открытая Россия)».

Сенцов с интересом слушает новости о том, кто и как его поддерживает на воле: о нем говорили на Венецианском фестивале, президент Порошенко наградил его орденом. Но по-настоящему его трогает самая последняя новость: московский «Театр.doc» собирается ставить его пьесу «Номера».

«Вот это действительно круто», – говорит он и радуется, как ребенок.

Ни коллеги Сенцова, ни кинокритики, ни люди из его ближнего окружения не верят в то, что он мог замышлять теракт и тем более организовать подпольную группу. Его двоюродная сестра Наталья считает, что сотрудники ФСБ, задерживая Сенцова, просто не знали, кто он такой и чем занимался до Майдана: на роль террориста режиссера выбрали исключительно из-за возраста и той активной роли, которую он играл в крымском движении за единую Украину.

Четвертый
Александра Кольченко задержали самым последним – 17 мая. Ему 24 года, он анархист, участник студенческих и экологических инициатив в Крыму. Окончил колледж по специальности «менеджер по туризму», подрабатывал грузчиком на почте; активист ездил в Киев на Майдан, не признал аннексию Крыма и не отказался от украинского гражданства. При обыске у него якобы нашли канистры с краской и плакаты «Правого сектора». Но приписываемой ему причастности к этой организации Кольченко говорит с усмешкой: «Ну какой я националист? я ведь – антифашист». Он признает факт своего участия в поджоге офиса «Единой России», но не считает этот инцидент терактом. Показаний против других фигурантов Кольченко не давал и по другим эпизодам дела вины не признал.

Дело без теракта
В следственную бригаду по «крымскому делу» входит больше сорока следователей и экспертов. Проведены экспертизы по боеприпасам и оружию, найденному в ходе обысков; сейчас обвиняемых знакомят с результатами этих экспертиз. Работа кипит.

Адвокаты Сенцова и Кольченко дали подписку о неразглашении и никакой информации прессе не дают, защитники Чирния и Афанасьева – тем более. Можно предполагать, что следствие продлится как минимум до Нового года, а судебный процесс, скорее всего, пройдет в Симферополе.

В Украине много говорят о Сенцове: его поддерживают и коллеги, и политики; периодически заявляют о его возможном обмене на пленных сепаратистов. С юридической точки зрения это, впрочем, маловероятно: во-первых, Сенцов не военнообязанный, а во-вторых, если обменять его, что делать с остальными фигурантами «крымского дела»?

Обсуждается и другой сценарий: чтобы избежать неприятного международного резонанса, дело могут переквалифицировать в «хулиганку», а украинского режиссера, в защиту которого уже выступили Педро Альмадовар, Вим Вендерс и Кшиштоф Занусси, отпустить за недоказанностью вины. Но и это маловероятно – ведь тогда следствию придется признать, что обыски и оперативные мероприятия проводились зря, а признательные показания других фигурантов получены незаконно. А чекисты, как известно, не ошибаются.

Зоя Светова

28 Мар

Украинские заложники Путина поимённо

gordonua.com/specprojects/hostages.html

“ГОРДОН” изучил истории украинцев, которые попали в российские СИЗО после аннексии Крыма и начала конфликта на Донбассе. Среди тех, кого называют узниками Кремля, есть военные, активисты, сторонники “Правого сектора” и обычные работники колхоза. МИД говорит, что политзаключенных – девять, российские правозащитники – что в разы больше.

ИСТОРИИ ДЕВЯТИ ПЛЕННЫХ УКРАИНЦЕВ

Официально их девятеро. Украинцев, которых по политическим мотивам в своих СИЗО удерживает Россия. Надежду Савченко и Олега Сенцова уже знает вся страна, фамилии других лишь изредка появляются в комментариях украинского МИД. Все они были задержаны в 2014 году, большинство – по подозрению в терактах и убийствах. Их защитники и украинские дипломаты утверждают, что обвинения беспочвенны, а в основе всех дел – политика. “ГОРДОН” решил подробно рассказать читателям об этих людях. Истории пленных украинцев приводим в порядке их задержания.

НИКОЛАЙ КАРПЮК

Представитель центрального штаба “Правого сектора”, 50 лет

Дата и место рождения: 24 мая 1964 года, село Великий Житин Ровенского района Ровенской области.

Гражданство: Украина.

В начале 90-х Карпюк (прозвище – Карпо) участвовал в вооруженных конфликтах в Приднестровье и Абхазии, в 2001–2004 годах сидел в тюрьме за участие в акциях “Украина без Кучмы”.

Был членом и одним из руководителей украинской националистической партии УНА-УНСО, с началом Евромайдана присоединился к “Правому сектору”. Соратник убитого в марте 2014 года члена УНА-УНСО Александра Музычко (Сашка Билого).

Долгое время жил в Ровно, несколько лет назад перебрался в Киев.

Женат, есть 9-летний сын Тарас. На парламентских выборах 2014 года жена Карпюка Елена баллотировалась в народные депутаты по спискам партии “Правый сектор”, но в парламент не попала.

Дата задержания: предположительно 21 марта 2014 года.

Суть обвинений: бандитизм.

Какой тюремный срок грозит: от 12 до 20 лет.

Об обстоятельствах задержания Карпюка точной информации нет. По данным его соратников, в 20-х числах марта 2014 года (предположительно 21 марта) его похитили сотрудники ФСБ и вывезли в Россию. Последний раз Елена Карпюк видела мужа 17 марта 2014 года, он сказал, что едет в командировку в Черниговскую область. После этого связь с ним прервалась.

В комментарии “ГОРДОНу” лидер УНА-УНСО, народный депутат от Радикальной партии Юрий Шухевич сообщил, что до сих пор у родных Карпюка нет достоверных данных, где именно он был похищен. “На нашей территории его похитили или, как кто-то говорит, на границе с российской стороны, где у него якобы была важная встреча, – точной информации нет. Но я сомневаюсь, чтобы Карпюк со своим паспортом, – а они там знали, кто он такой, – открыто поехал на ту сторону”, – сказал Шухевич.

По словам нардепа, сейчас Карпюк находится в изоляторе в Ессентуках. Его якобы обвиняют в отправке наемников в Чечню. Всю информацию родные получают от адвоката, которого ему предоставила российская сторона. “В конце концов, мы даже не знаем, жив ли он. Поскольку консула к нему не допустили, а адвокат, которого ему предоставили… Вы сами понимаете, что все данные, которые поступают от него, очень сомнительные”, – сказал Шухевич.

Еще один член УНА-УНСО, Игорь Мазур (Тополя), уточнил, что Карпюк никогда не был в Чечне. “Его дело привязано к Северному Кавказу. Карпюк там проходит как человек, который убил десятки россиян. Так вот, Карпюк был в Абхазии, но в Чечне никогда не был”, – сказал Мазур на митинге возле посольства РФ в Украине в декабре прошлого года.

Согласно уведомлению, которое родные Карпюка получили от следственного комитета России по Северо-Кавказскому федеральному округу, украинца обвиняют по ч. 1. ст. 209 Уголовного кодекса РФ (создание устойчивой вооруженной группы (банды) в целях нападения на граждан или организация и руководство ею). Карпюку грозит до 20 лет лишения свободы. Срок содержания политика под стражей неизвестен.

30 декабря 2014 года МИД Украины сообщил, что к Карпюку не пустили украинского консула.

https://www.youtube.com/watch?feature=player_embedded&v=saSgt8hznps

Дмитрий Ярош: Нам удалось внести Карпюка в списки по обмену пленными

В октябре прошлого года, еще до парламентских выборов в Украине, лидер “Правого сектора” Дмитрий Ярош сообщил, что Карпюк внесен в списки по обмену пленными между Украиной и Россией.

“Николай – мой побратим. ФСБ провела качественную спецоперацию по его нейтрализации, его захватили в плен. Нам удалось внести Николая в списки по обмену пленными, об этом говорил и председатель СБУ Валентин Наливайченко. Пока что результатов это не дало, но мы ищем “жирного” пленного, на которого можно было бы поменять Карпюка”, – сказал Ярош.

ЮРИЙ ЯЦЕНКО

Студент, 24 года

Дата и место рождения: 7 октября 1990 года, город Львов.

Гражданство: Украина.

Учится на юридическом факультете Львовского национального университета им. Франко.

Холост.

Дата задержания: 6 мая 2014 года.

Суть обвинений: контрабанда и незаконное хранение взрывчатых веществ.

Какой тюремный срок грозит: от 2 до 7 лет.

Был задержан 6 мая 2014 года во время проверки документов в гостинице города Обоянь Курской области (Россия), куда приехал с другом, тоже львовянином, Богданом Яричевским. Официальная версия задержания – в миграционной карточке украинцы неправильно указали цель пребывания: “личная” вместо “туризм”.

Местное издание “Житье” написало, что в Курской области украинцы искали детали самодельного устройства видеослежения, которое запустили из Харьковщины. Львовяне утверждали, что на территории России не занимались шпионажем (на видео не нашли никаких запретных кадров), а аэростат запустили “ради любопытства – узнать, сработают ли на него пограничные службы” (это цитата из полицейского протокола, выдержки из которого привело российское издание “ОВД-Инфо”).

8 мая за нарушение режима пребывания в России Обоянский райсуд принял решение взыскать с украинцев штраф и выдворить из РФ. Но их не отправили домой, а поместили в специальное учреждение для иностранцев. В конце мая, со слов украинцев, сотрудники ФСБ вывозили их в лес, пытали, требовали признаний в причастности к “Правому сектору” и намерениях устроить взрывы в России. 23 мая украинцы нанесли себе увечья (Яценко порезал вены и живот, а Яричевский – только живот), чтобы избежать дальнейшего насилия и получить возможность связаться с родными и адвокатом.

Позже против Яценко открыли уголовное дело по ч. 1 ст. 226.1 (контрабанда взрывчатых веществ) и ч. 2 ст. 222 (незаконное приобретение и хранение взрывчатых веществ, совершенное группой лиц) Уголовного кодекса России. По данным следствия, в ноябре 2013 года, когда львовянин в предыдущий раз приезжал в Россию, он якобы оставил на хранение таксисту свою сумку, в которой практически спустя год нашли 40 г пороха. Яценко грозит до семи лет лишения свободы. По этому делу Яричевский проходил как свидетель, в августе он вернулся в Украину.

На данный момент Яценко содержится в СИЗО в Белгороде. Его защищает российский адвокат Петр Заикин (когда-то он представлял участницу российской панк-группы Pussy Riot Марию Алехину), которого наняли родители. Срок меры пресечения, избранной студенту, истекает 14 января 2015 года, но, скорее всего, суд его продлит.

С Яценко встречался украинский консул. Родители видели сына на судебных заседаниях по избранию и продлению меры пресечения, дважды общались с ним во время свиданий в СИЗО.

Адвокат Петр Заикин: Что именно собирался взрывать Юрий 40 граммами пороха? Собачью будку?

– Правонарушение, которое вменяется Юрию, не выдерживает никакой критики. Якобы в ноябре 2013 года Юрий попросил таксиста, услугами которого он воспользовался, взять на хранение его сумку. Таксист согласился, после этого вместе со своим знакомым осмотрел сумку на предмет наличия в ней чего-то криминального. Судя по их собственным объяснениям, они там ничего не нашли. Потому положили сумку на склад, где она хранилась полгода. И вдруг в июне сотрудник ФСБ, осматривая сумку, обнаружил в ней сорокаграммовый тюбик с надписью “порох”. То есть два человека смотрели специально и ничего не нашли, а сотрудник ФСБ – нашел. Что именно, по мнению ФСБ, собирался взорвать Юрий 40 граммами пороха, даже если предположить, что этот порох действительно принадлежал ему? Собачью будку?

Из интервью газете “День“, 29 августа 2014 года

Друг Остап Куманский: Сотрудники российских правоохранительных органов в масках били Юрия по голове и гениталиям

– 22 мая за Юрием приехали работники правоохранительных органов в масках, забрали его из спецучреждения и повезли машиной в неизвестном направлении. На заднем сиденье его неоднократно били по голове, гениталиям, проводили незаконный допрос. После этого вывезли в лес, выбросили из машины и начали провоцировать на разные темы относительно нашего Майдана и “Правого сектора”. Ребята, слава Богу, выдержали и не подписали никаких документов. Но после этого они порезали вены и животы, чтобы получить доступ к консулу и адвокату.

Из брифинга в Украинском кризисном медиа-центре, 8 августа 2014 года

Отец Сергей Яценко: Адвокат говорит, что дело против Юрия сфабриковано от начала и до конца

– В конце августа нам сообщили, что Юру и его друга Богдана выдворяют из России. Мы с отцом Богдана поехали их встречать на границу. Видели ребят издалека – они сидели в автобусе. Нам сказали, что нужно время для оформления документов. Мы ждали, но, как выяснилось, их из России не выпустили. Ребят увезли обратно. Богдана потом отпустили. Он проходит как свидетель, а на нашего Юрия открыли уголовное дело. Адвокат говорит, что дело сфабриковано от начала и до конца. 12 января Юру должны были ознакомить с делом. Меру пресечения ему пока определили до 14 января. Чувствует он себя вроде бы нормально, передачи передаем через адвоката.

Из интервью “ГОРДОНу“, 8 января 2015 года

https://www.youtube.com/watch?feature=player_embedded&v=Opp_YJnOYTA

Друг Богдан Яричевский: Нас заставляли дать показания, что руководство Украины – это “военная хунта”

После освобождения и возвращения в Украину Богдан Яричевский рассказал, что российские спецслужбы пытались разными способами уличить студентов в связи с “Правым сектором”. “Поскольку мы жители Львова, то, по их мнению, мы обязательно являемся представителями “Правого сектора”, – сказал Яричевский.

По словам львовянина, 10 сотрудников ФСБ два дня допрашивали их с Яценко о том, не подослал ли их в Россию лидер “Правого сектора” Дмитрий Ярош. “В центре для иностранных граждан нам делали предложения как с угрозами, так и с попытками подкупа. Предлагали дать показания, что руководство Украины – военная хунта, которая незаконно пришла к власти, и публично попросить политическое убежище в России”, – рассказал он.

Перечислить родным деньги на адвоката. Счет в “ПриватБанке”: 5168755394603753 (Пастух София Федоровна – тетя Яценко).

АЛЕКСЕЙ ЧИРНИЙ

Преподаватель, 33 года

Дата и место рождения: 21 марта 1981 года, село Красновка Симферопольского района.

Гражданство: российские власти заявляют, что Чирний автоматически получил гражданство России, поскольку не подал заявление об отказе от него после аннексии Крыма. Сам Чирний продолжает считать себя гражданином Украины.

О Чирнии известно меньше, чем о других фигурантах так называемого крымского дела. В соцсети “Вконтакте” он указал, что учился в Таврическом национальном университете им. Вернадского. Преподавал историю в Крымском институте культуры, являлся кандидатом исторических наук.

По данным издания “Алушта“, Чирний был участником симферопольского клуба исторических реконструкторов “Сэн-Дэни”, о чем свидетельствуют также его фотографии в соцсети.

В конце 2013-го – начале 2014 года во “ВКонтакте” крымчанин активно репостил статусы со страницы “Правого сектора”, размещал видео с Дмитрием Ярошем и картинки о том, что Крым – это Украина.

Один из знакомых Чирния рассказал “ГОРДОНу”, что преподаватель принимал участие в акциях против аннексии полуострова.

Холост, детей нет.

Дата задержания: 9 мая 2014 года.

Суть обвинений: терроризм, незаконное приобретение и хранение взрывчатки.

Какой тюремный срок грозит: от 5 до 20 лет.

Был задержан первым из четырех фигурантов “крымского дела” в ночь на 9 мая 2014 года в Симферополе со взрывным устройством. Российские телеканалы показали кадры задержания. Во время допроса Чирний сообщил, что представители какой-то украинской националистической организации (“Названия не знаю, они не представлялись; может, и “Правый сектор”, хрен его знает”) поручили перенести пакеты (их содержимое ему якобы было неизвестно) из одного места в другое. По данным следствия, в пакетах оказались два самодельных взрывных устройства.

В конце мая Чирния этапировали в московское СИЗО “Лефортово”. В России он внесен в список лиц, в отношении которых имеются сведения об их причастности к экстремистской деятельности или терроризму.

Крымчанина обвиняют по нескольким статьям Уголовного кодекса РФ: п. “а” ч. 2 ст. 205 (террористический акт, совершенный организованной группой), ч. 1 ст. 30 – п. “а” ч. 2 ст. 205 (приготовление к теракту, совершаемому организованной группой) и ч. 3 ст. 222 (незаконное приобретение и хранение взрывчатки организованной группой). Ему грозит до 20 лет лишения свободы.

По версии следствия, Чирний входил в “диверсионно-террористическую группу “Правого сектора”, которой якобы руководил кинорежиссер Олег Сенцов и которая осуществила в Крыму два теракта: 14 апреля в Симферополе подожгла офис организации “Русская община Крыма”, а 18 апреля – офис партии “Единая Россия”. Эти поджоги действительно были, но ущерб от них, судя по фотографиям (тут и тут), был незначительный. Кроме того, следствие утверждает, что эта группа готовила еще два взрыва в Симферополе, возле Вечного огня и памятника Ленину, а затем – теракты в Ялте и Севастополе. В самом “Правом секторе” утверждают, что историк и трое других крымчан, которые проходят по этому делу (Сенцов, Геннадий Афанасьев и Александр Кольченко), не имеют к организации никакого отношения.

Чирний сотрудничает со следствием, признал свое участие в поджогах обоих зданий и подготовке к еще двум взрывам, а также дал показания против Сенцова, назвав его руководителем террористической организации. Российский журналист и правозащитник Зоя Светова предполагает, что теперь он может рассчитывать на существенное сокращение тюремного срока.

В своем материале для издания “Открытая Россия” Светова, ссылаясь на источники, близкие к следствию, сообщила, что фигурантов “крымского дела” “пасли”, с ними установили контакт агенты ФСБ, которые теперь проходят по делу свидетелями. “Не исключено, что кто-то из засекреченных свидетелей по делу “террористов” занимался вместе с Чирнием изготовлением бомбы, предназначенной для символического подрыва памятника”, – написала правозащитница.

В Лефортово, по данным Световой, Чирний говорил сокамернику о самоубийстве. По словам Чирния, он боится ехать в колонию. В конце 2014 года он дважды проходил судебно-психиатрическую экспертизу в институте им. Сербского и был признан вменяемым, некоторое время лечился в Бутырской психиатрической больнице. Когда Светова с ним общалась, то, по ее словам, он с трудом понимал, о чем его спрашивают, говорил, что “голова как в тумане”.

Защищает Чирния назначенный следствием адвокат. В комментарии “ГОРДОНу” Светова отметила, что крымчанин попросил правозащитников обратиться к украинскому консулу в Москве, чтобы ему нашли другого адвоката, и очень ждет писем с поддержкой. По ее словам, однажды к нему на свидание приезжал отец.

В конце декабря прошлого года суд продлил Чирнию арест до 9 апреля 2015 года.

https://www.youtube.com/watch?feature=player_embedded&v=GZE0qr3dnHA

Как задерживали Чирния

Российский телеканал Russia Today опубликовал видео задержания Алексея Чирния в ночь на 9 мая.

Во время задержания у него были с собой сумка и пакет, в которых оперативники нашли взрывчатку.

Написать Чирнию письмо с поддержкой по адресу: 111116, Россия, г. Москва, ул. Лефортовский вал, 5, СИЗО-2 “Лефортово”, Чирнию Алексею, 1981 г.р. В письмо желательно вложить чистый конверт для ответа (это касается всех арестованных, не только Чирния).

Подписать петицию на сайте Amnesty International Ukraine к российскому генпрокурору и главе ФСБ с призывом вернуть Чирния в Крым и снять с него все обвинения, связанные с правом человека на свободу выражения своих взглядов.

ГЕННАДИЙ АФАНАСЬЕВ

Фотограф, 24 года

Дата и место рождения: 8 ноября 1990 года, город Симферополь.

Гражданство: по данным российских СМИ, отказался от украинского гражданства, согласившись получить российское.

Афанасьев окончил юридический факультет Таврического национального университета им. Вернадского, некоторое время работал в прокуратуре Железнодорожного района Симферополя. Затем увлекся свадебной фотографией (работы можно посмотреть здесь). Занимался йогой, изучал иностранные языки, путешествовал.

С началом российской агрессии в Крыму участвовал в проукраинских митингах. Перед незаконным референдумом 16 марта записал видео в поддержку Украины – прочитал стихотворение Василя Симоненко “Де зараз ви, кати мого народу?”. На странице крымчанина в “ВКонтакте” до сих пор размещен статус “Любовь к родине – первое достоинство цивилизованного человека. Наполеон Бонапарт”.

Холост, детей нет.

Дата задержания: 9 мая 2014 года.

Суть обвинений: терроризм, незаконное приобретение и хранение взрывчатки.

Какой тюремный срок грозит: осужден на 7 лет.

Афанасьев был задержан в Симферополе сразу после Чирния – 9 мая 2014 года. В конце мая его перевели в Москву, в СИЗО “Лефортово”. В России внесен в список лиц, в отношении которых имеются сведения об их причастности к экстремистской деятельности или терроризму.

Сообщалось, что ему предъявлено обвинение по п. “а” ч. 2 ст. 205 (террористический акт), ч. 2 ст. 205 (участие в террористическом сообществе) и ч. 3 ст. 222 (незаконное приобретение и хранение взрывных устройств) Уголовного кодекса России. Афаньсьеву грозило до 20 лет заключения. Российское следствие обвиняло крымчанина в участии в террористической группе “Правого сектора”, двух поджогах в Симферополе и подготовке к двум взрывам. Афанасьев якобы участвовал в координации действий при изготовлении бомб.

Крымчанин практически сразу дал признательные показания, причем не только на себя, но и на Сенцова, назвав его организатором террористической группы, отказался от независимых адвокатов и украинского гражданства. “После первого и второго поджога у него (Сенцова. – “ГОРДОН”) появились более масштабные планы, и он захотел устроить подрыв памятника Ленину на железнодорожном вокзале в Симферополе. Он считал, что данный подрыв приведет к еще большему резонансу”, – сказал Афанасьев на допросе, видео которого опубликовал телеканал НТВ.

Позже он дал интервью телеканалу “Россия 24”, в котором сказал, что Сенцов “играл на патриотических чувствах”.

Говорил, что, вот, в Киеве погибло больше 100 человек, а вы сидели дома, ничего не делали. Он организовал все это мероприятие, направлял, корректировал. Делал планы, схемы, выслеживал машины, ездил по адресам и осматривал объекты.

Из интервью Геннадия Афанасьева телеканалу “Россия 24”, 1 июня 2014 года

В “крымском деле” историю фотографа выделили в отдельное производство. Слушания проходили без прессы, какие-либо подробности не разглашались. Только перед самым Новым годом стало известно, что 17 декабря Московский городской суд признал Афанасьева виновным в терроризме и приговорил к семи годам лишения свободы, что почти в три раза меньше максимального срока по инкриминируемым ему статьям. Отбывать наказание он будет в колонии строгого режима, где именно – пока неизвестно.

Предположительно Афанасьев до сих пор находится в “Лефортово”. По данным издания “Открытая Россия“, в СИЗО он сидел в чистой, недавно отремонтированной камере, читал книги, учил английский и итальянский. Ему приносят передачи знакомые из Москвы, а на свидание приезжали родственники из Крыма.

“ГОРДОН” попытался договориться об интервью с мамой Афанасьева, но на письмо редакции она не ответила.

https://www.youtube.com/watch?feature=player_embedded&v=xHNJ8aBoGIs

Афанасьев читает стихотворение “Де зараз ви, кати мого народу?”

Перед незаконным референдумом в Крыму в марте 2014 года жители полуострова организовали патриотический флешмоб – записали видеостихи украинских поэтов. В проекте поучаствовал и Афанасьев, который декламировал стихотворение Василия Симоненко.

Подписать петицию на сайте Amnesty International Ukraine к российскому генпрокурору и главе ФСБ с призывом вернуть Афанасьева в Крым и снять с него все обвинения, связанные с правом человека на свободу выражения своих взглядов.

ОЛЕГ СЕНЦОВ

Кинорежиссер, 38 лет

Дата и место рождения: 13 июля 1976 года, город Симферополь.

Гражданство: российские власти заявляют, что Сенцов автоматически получил гражданство России, поскольку не подал заявление об отказе от него после аннексии Крыма. Крымчанин настаивает, что является гражданином Украины.

Окончил Киевский государственный экономический университет. Посещал кинематографические курсы в Москве. В 2008 году стал соучредителем кинокомпании “Край Кинема”. В том же году начал снимать короткометражки.

В Симферополе Сенцов владел одним из компьютерных клубов, в 2011 году на собранные деньги выпустил первый полнометражный фильм – “Гамер” (трейлер можно посмотреть здесь), который получил несколько кинонаград в Украине и за рубежом. Затем приступил к работе над новой лентой – “Носорог”, повествующей о детях 90-х, но так и не закончил ее. Съемки были приостановлены в начале прошлого года из-за событий в Украине.

Сенцов приезжал на Евромайдан в Киев, был активистом Автомайдана. В Крыму участвовал в акциях за единство Украины. Во время агрессии РФ развозил продукты в украинские воинские части, заблокированные на полуострове россиянами.

Женат, но с супругой не проживает. Сам воспитывает двоих детей: дочь Алину (2002) и сына Владислава (2004), у которого аутизм.

Награжден орденом “За мужество” III степени.

Дата задержания: 10 мая 2014 года.

Суть обвинений: организация террористической группы, терроризм, незаконное приобретение и хранение взрывчатки.

Какой тюремный срок грозит: от 5 до 20 лет.

10 мая 2014 года Сенцов участвовал в акции протеста в Симферополе. В тот же день к нему домой пришли сотрудники ФСБ и на глазах у детей задержали по подозрению в терроризме. В конце мая кинорежиссера перевезли в Москву, в СИЗО “Лефортово”, где он находится до сих пор.

Сенцову выдвинуты обвинения по нескольким статьям Уголовного кодекса РФ: ч. 1 ст. 205.4 (создание террористического сообщества), п. “а” ч. 2 ст. 205 (совершение террористических актов группой лиц по предварительному сговору), ч. 1 ст. 30 и п. “а” ч. 2 ст. 205 (подготовка к новым терактам) и ч. 3 ст. 222 (незаконное приобретение взрывных устройств). Ему грозит тюремное заключение сроком до 20 лет. В России внесен в список лиц, в отношении которых имеются сведения об их причастности к экстремистской деятельности или терроризму.

По версии следствия, именно Сенцов организовал “диверсионно-террористическую группу “Правого сектора”, которая подожгла в Симферополе два здания и готовила новые теракты в столице Крыма, Ялте и Севастополе. Кроме Сенцова в эту группу якобы входили Чирний, Афанасьев, Кольченко и еще четверо фигурантов, судьба которых до сих пор неизвестна.

Чирний и Афанасьев во всем сознались и дали показания против Сенцова. Сам кинорежиссер все обвинения отрицает, говорит, что показания против него дали под давлением. По словам адвокатов, он даже слабо знаком с фигурантами “своей группы”.

Защищают Сенцова два российских адвоката: Владимир Самохин и Дмитрий Динзе, нанятые родственниками.

По словам двоюродной сестры кинорежиссера Натальи Кочневой, он отказался от свиданий с родными. “Говорит, что ему так легче. Он как бы закрылся. Но мы с ним общаемся через адвокатов и переписку”, – сказала в октябре прошлого года в комментарии “Крым.Реалии” Кочнева.

Освободить Сенцова требуют международные правозащитные организации и известные режиссеры, среди которых Анджей Вайда, Педро Альмодовар, Вим Вендерс и Кшиштоф Занусси.

В конце прошлого года суд продлил Сенцову арест до 11 апреля 2015 года.

Адвокат Дмитрий Динзе: Сотрудники ФСБ били Сенцова по спине, потом с него сняли штаны, взяли палку и угрожали сексуальным насилием

– Он рассказал, что к нему применяли пытки. Били по спине, потом сняли штаны, трусы, бросили на пол лицом вниз, взяли палку, были по ягодицам и угрожали сексуальным насилием, что они его изнасилуют этой палкой. После этого один из оперативных сотрудников ФСБ, который находился в СБУ в Крыму (речь идет о том периоде, когда Сенцов еще не был этапирован в Москву. – “ГОРДОН”), в рамках трехчасового допроса сидел рядом с ним и бил его ногой по голове периодически, когда ему не нравились ответы Сенцова.

Из интервью адвоката Дмитрия Динзе телеканалу “Дождь“, 24 июня 2014 года

Четыре цитаты Сенцова:

– Я не знаю, Государственная дума приняла закон, запрещающий смеяться в цирке? Она может это сделать. Но я не могу понять, почему вы с серьезными лицами воспринимаете то, что здесь происходит. Это представление.

– Из новостей, которые проскальзывают, – что я хотел выпустить ракету по Верховному совету Крыма с радиоактивной начинкой. Я с нетерпением жду обнаружения данной ракеты, моих снимков на ее фоне и отпечатков пальцев – ну, чтобы все было красиво.

– Вы, государственные служащие, считаете, что система, построенная на такой тотальной лжи, будет держаться вечно. Даже ваши руководители, которые еще бегают по палубе тонущего корабля и надувают щеки, делая вид, что все хорошо, не понимают, что он уже идет медленно ко дну.

– Могу пожелать России скорее выйти из этого мрака и стать наконец-то свободной. А все, у кого совесть нечиста, могут начинать учить, как правильно пишется слово “люстрация”.

Из выступления в Лефортовском райсуде Москвы, 29 ноября 2014 года

https://www.youtube.com/watch?feature=player_embedded&v=NnZfNKl3e9M

Сенцов: Я не крепостной, чтобы передать меня вместе с землей

На судебном заседании 7 июля 2014 года Олег Сенцов заявил, что не признает себя виновным в организации уголовных преступлений и считает, что все показания против него дали под давлением. “Я не признаю себя виновным в организации указанных преступлений, считаю дело сфальсифицированным и политическим, так как оно основывается на показаниях двух подозреваемых, которые были получены под пытками, а сейчас они не могут отказаться от этих обвинений – им обещаны маленькие сроки”, – сказал Сенцов.

Кроме того, он подчеркнул, что является гражданином Украины. “Я не признаю аннексии Крыма и военного захвата Крыма Российской Федерацией. И любые договора, которые заключает нелегитимное правительство Крыма с РФ, считаю недействительными. Я не крепостной, меня нельзя передать вместе с землей”, – отметил кинорежиссер.

Написать Сенцову письмо с поддержкой по адресу: 111116, г. Москва, ул. Лефортовский вал, 5, СИЗО-2 “Лефортово”, Сенцову Олегу, 1976 г.р.

Перечислить деньги для оплаты услуг адвоката. Банковские реквизиты сестры Сенцова Натальи Кочневой указаны на сайте кинокомпании “Край Кинема”.

Подписать петицию на сайте Amnesty International Ukraine к российскому генпрокурору и главе ФСБ с призывом вернуть Сенцова в Крым и снять с него все обвинения, связанные с правом человека на свободу выражения своих взглядов.

АЛЕКСАНДР КОЛЬЧЕНКО

Общественный активист, 25 лет

Дата и место рождения: 26 ноября 1989 года, город Симферополь.

Гражданство: российские власти заявляют, что Кольченко автоматически получил гражданство России, поскольку не подал заявление об отказе от него после аннексии Крыма. Защита судится за сохранение гражданства Украины.

Кольченко (прозвище – Тундра) окончил симферопольский колледж по специальности “менеджер по туризму”. На момент ареста учился на географическом факультете Таврического национального университета им. Вернадского (заочно), подрабатывал грузчиком на полиграфии.

Кольченко – известный в Крыму активист, участник левого и антифашистского движения. Организатор экологических и студенческих акций. Сайт “Автономное действие“, который поддерживает Кольченко, утверждает, что он “неоднократно подвергался нападениям ультраправых боевиков”.

Весной 2014 года участвовал в симферопольских акциях против вторжения России в Украину.

Не женат, детей нет.

Дата задержания: 16 мая 2014 года.

Суть обвинений: терроризм, незаконное приобретение и хранение взрывчатки.

Какой тюремный срок грозит: от 5 до 20 лет.

Задержан 16 мая 2014 года на улице в центре Симферополя сотрудниками ФСБ в штатском. 23 мая был этапирован в Москву, в СИЗО “Лефортово”, где находится до сих пор.

Обвиняется по трем статьям Уголовного кодекса РФ: п. “а” ч. 2 ст. 205 (террористический акт), ч. 2 ст. 205.4 (участие в террористическом сообществе) и ч. 3 ст. 222 (незаконное приобретение взрывных устройств). Кольченко грозит до 20 лет лишения свободы. В России внесен в список лиц, в отношении которых имеются сведения об их причастности к экстремистской деятельности или терроризму.

Кольченко обвиняют в участии в деятельности диверсионно-террористической “группы Сенцова”. По версии следствия, ночью 18 апреля Кольченко участвовал в поджоге здания симферопольского отделения “Единой России”. Активист признал, что в ту ночь действительно находился возле здания, но, по его словам, в поджоге не участвовал и не считает инцидент терактом. Показаний против других фигурантов дела не дал и вины по другим эпизодам не признал. Связь с “Правым сектором” категорически отвергает, говорит: “Ну какой я националист? Я ведь антифашист”.

Родственникам не дают разрешения на свидание с активистом.

Защищает Кольченко российский адвокат Светлана Сидоркина, которая, в частности, вела дела “узников Болотной”. В конце прошлого года ему продлили арест до 16 апреля 2015 года.

Пять цитат Кольченко:

– Больше всего не хватает свободы общения с родственниками и друзьями. Скучаю даже по работе, по коллективу, в котором работал. Я не привык находиться в состоянии бездействия.

– Очень хочу послушать музыку – в частности, ямайские мотивы регги, ска. Я люблю музыку, и в свое время именно она была одним из факторов моего сближения с анархистами и антифашистами.

– Я не могу знать, какую “истину” имеет намерение установить следствие. По моему личному мнению, исходя из анализа того, как события в Украине освещались в российских СМИ, думаю, что им нужен был “Правый сектор” в Крыму, чтобы обосновать присоединение Крыма к России. Хотя лично я к “Правому сектору” никакого отношения не имею.

– Я считаю себя гражданином Украины. Единственным документом, удостоверяющим мою личность, является паспорт гражданина Украины. Российского паспорта я не получал.

– Очень скучаю по Крыму.

Из интервью “Украинской правде“, 13 ноября 2014 года

https://www.youtube.com/watch?feature=player_embedded&v=Al0wThsG8xY

Друзья сняли фильм о Кольченко: Мы в шутку называли его “директором анархии”

Написать Кольченко письмо с поддержкой: 111020, Россия, г. Москва, Лефортовский вал, 5, п/я 201, Кольченко Александру, 1989 г.р.

Подписать петицию на сайте Amnesty International Ukraine к российскому генпрокурору и главе ФСБ с призывом вернуть Кольченко в Крым и снять все обвинения, связанные с правом человека на свободу выражения своих взглядов.

НАДЕЖДА САВЧЕНКО

Штурман боевого вертолета Ми-24 из 16-й отдельной бригады армейской авиации, народный депутат от “Батьківщини”, 33 года

Дата и место рождения: 11 мая 1981 года, город Киев.

Гражданство: Украина.

С детства мечтала стать военной. После окончания школы получила специальность модельера-дизайнера, затем поступила по контракту в ряды Вооруженных сил Украины. В 2004–2005 годах участвовала в миротворческой миссии в Ираке.

В 2009 году после нескольких отчислений и восстановлений закончила Харьковский университет воздушных сил. Служила в 16-й отдельной бригаде армейской авиации (дислоцируется в городе Броды Львовской области), имеет звание старшего лейтенанта.

С началом военных действий взяла отпуск и отправилась на Донбасс в качестве добровольца батальона “Айдар”. Участвовала в боях за поселок Металлист вблизи Луганска.

На парламентских выборах 26 октября 2014 года, уже находясь в плену, по спискам партии “Батьківщина” была избрана народным депутатом Украины.

Не замужем, детей нет.

Награждена орденом “За мужество” III степени.

Дата задержания: 17 июня 2014 года.

Суть обвинений: пособничество в убийстве, осуществленное по мотивам политической ненависти.

Какой тюремный срок грозит: от 8 до 20 лет.

17 июня 2014 года под Луганском попала в плен к боевикам из “ЛНР”. На следующий день в сети появилось видео допроса Савченко (прозвище – Пуля), во время которого она говорит, что находится на Донбассе, поскольку давала присягу защищать территориальную целостность Украины. Некоторое время о Савченко не было никакой информации, но 8 июля стало известно, что она находится в воронежском СИЗО.

По данным украинских властей и защиты Савченко, в Россию летчицу вывезли незаконно, против ее воли.

Следственный комитет РФ открыл против Савченко уголовное дело по двум статьям Уголовного кодекса РФ: ч. 5 ст. 33 – п. “а”, “б”, “е”, “ж”, “л”, ч. 2 ст. 105 (пособничество в убийстве двух и более лиц в связи с осуществлением служебной деятельности, общеопасным способом, по мотивам политической ненависти, совершенное группой лиц). Савченко грозит до 20 лет лишения свободы.

По данным Москвы, военная причастна к гибели вблизи Луганска двух российских тележурналистов – Игоря Корнелюка и Антона Волошина. Вместе с тем, как отмечают адвокаты Савченко, пеленг ее телефона доказывает, что она оказалась в плену за час до убийства сотрудников ВГТРК.

Освобождения Савченко требуют многие страны и международные организации. Почти месяц назад, 13 декабря, летчица объявила голодовку и заявила, что не прекратит ее до момента возвращения в Украину. За это время она потеряла 12 кг, ей уже начали ставить капельницы с глюкозой.

На данный момент Савченко находится в одном из московских СИЗО. До этого ей проводили психиатрическую экспертизу в институте им. Сербского и признали здоровой.

Савченко защищают три адвоката из РФ – Марк Фейгин, Николай Полозов и Илья Новиков, которые ранее не раз представляли в судах российских оппозиционеров. Все они были наняты украинской стороной. По словам родственников Савченко, их услуги оплачивает партия “Батьківщина”.

Следователи не пускают к Савченко родных, последние месяцы ей не передают письма. По данным сайта “Открытая Россия“, у нее было лишь одно свидание с мамой в институте им. Сербского.

В декабре суд продлил арест Савченко до 13 февраля 2015 года.

Лидер крымско-татарского народа Мустафа Джемилев: Надежду мы обязательно спасем, но я бы посоветовал ей прекратить голодовку

– Мы обязательно спасем Надежду. Но надо учитывать, что мы имеем дело с государством, которое даже хуже советского. Поэтому человеческий фактор там роли не играет. В советское время я сам держал голодовку 303 дня с целью привлечь внимание общественности. Тогда меня убедил прекратить голодовку академик Сахаров. Он передал мне записку со словами: “Ваша смерть обрадует наших врагов”.

Поэтому я бы посоветовал Надежде голодовку прекратить. Она уже привлекла внимание к своему делу. Через 45 суток голодовки в организме начинают происходить необратимые процессы.

Украина делает все возможное, чтобы Надю спасти. Но голодовкой в ее случае ничего не добиться. Это вопрос политический. Россия будет держать украинских пленных и заложников для того, чтобы менять на своих бандитов. Кардинальное решение проблемы в другом, и Россия к нему приближается. Этому государству, я думаю, придется понести расплату.

Из интервью “ГОРДОНу”, 5 января 2015 года

Сестра Вера Савченко: 31 декабря пограничники не пустили меня в Москву к Наде, поскольку я якобы представляю угрозу российскому народу

– С Надей мы не виделись и не общались семь месяцев. 31 декабря я прилетела в Москву, чтобы повидаться с ней, но в Домодедово пограничники меня не пропустили как человека, который подпадает под статью об угрозе российскому народу. Точную формулировку сейчас не вспомню. Я везла ей передачу, но пришлось отдать ее адвокату. Попадет ли она к Наде, не знаю, потому что до 12 января в связи с праздниками СИЗО для посещений закрыто. А выстаивать длинные очереди, которые каждый день выстраиваются перед СИЗО, у адвокатов времени нет.

Мне передали от Нади записку. Пишет, что ей хотели колоть глюкозу, но она отказалась (9 января стало известно, что Савченко начали вводить глюкозу. – “ГОРДОН”). Уровень сахара в крови и температура у нее в норме. Сестра намерена выдержать голодовку до 26 января, чтобы попасть в Страсбург на заседание ПАСЕ, куда ее делегировала Украина. По всем договоренностям Надя должна там быть.

Когда сестру захватили, я думала, что мы всем “Айдаром” пойдем и освободим ее. Я лично вела переговоры с Болотовым, который тогда в “ЛНР” был главным, с их начальником контрразведки Громовым. Я ему говорила: “Коломойский может заплатить, сколько скажете, только отдайте мою сестру”. Он ответил, что доложит начальству, а потом перезвонил и сказал: “Нет, мы с Коломойским говорить не будем”. Но они понять не могли, кто Надя такая, что из-за нее столько шума. Поэтому ее отдали Кремлю – за оружие или за деньги. Скорее всего, за оружие.

В ее деле 360 страниц, при этом следствием опрошены, как они утверждают, 17 тысяч человек! Там есть показания какого-то местного батюшки из “ЛНР”, который утверждает, что айдаровцы очень жестоко допрашивали пленных. Но в его показаниях нарушена хронология. Он называет такие даты, когда “Айдара” не существовало, а Надя еще находилась в Бродах. Так что следователи круто поработали, ничего не скажешь, но дело-то дырявое.

Из интервью “ГОРДОНу”, 5 января 2015 года

https://www.youtube.com/watch?feature=player_embedded&v=6GWePLY1T-M

Фильм “Военного телевидения Украины” о Савченко

В 2011 году на экраны вышел фильм о военнослужащей Савченко, снятый “Военным телевидением Украины”. Она рассказала, как училась в университете, о миротворческой миссии в Ираке, а также о том, как на службе складываются отношения с коллегами-мужчинами.

Написать Савченко письмо с поддержкой по адресу: 109383, Россия, г. Москва, ул. Шоссейная, 92, СИЗО-6 “Печатники”, Савченко Надежде, 1981 г.р.

СТАНИСЛАВ КЛИХ

Журналист, 40 лет

Дата и место рождения: 25 января 1974 года, город Киев.

Гражданство: Украина.

Окончил исторический факультет Киевского национального университета им. Шевченко. По информации родителей, преподавал историю в техникумах, как независимый журналист писал для различных изданий.

Еще в студенческие годы участвовал в “Народном Рухе Украины”, но потом отошел от активной политической деятельности, искал себя. Увлекался вейкбордингом.

“Зимой Стас несколько раз был на Майдане. Но он не был активным протестующим, ходил туда, только чтобы увидеть исторические события”, – сообщила мама Станислава Тамара Клих в интервью газете “Факты и комментарии” в сентябре прошлого года.

Не женат, детей нет.

Дата задержания: 11 августа 2014 года.

Суть обвинений: неизвестно.

Какой тюремный срок грозит: неизвестно.

Обстоятельства и причины задержания Клиха до сих пор неясны. В начале августа 2014 года он отправился в город Орел (Россия) к своей девушке Виктории, с которой познакомился годом ранее на одном из черноморских курортов. Со слов матери киевлянина Тамары Клих, россиянка якобы сообщила Станиславу, что беременна. 11 августа Клих должен был вернуться в Киев, но в тот день его родственникам позвонили и сообщили, что он задержан и находится в орловском СИЗО. Сказали, что Стасу нужен адвокат.

В конце августа Клиху удалось связаться родителями по телефону. Он сообщил, что его переправляют в другое место – возможно, в Чечню. Через несколько дней он позвонил и сказал, что находится в СИЗО в Ессентуках. За что задержан – не знает, обвинение не предъявлено, ищут связь с “Правым сектором”. На следующий день прислал смс из изолятора Пятигорска (Северо-Кавказский федеральный округ). После этого известий от него не было.

Знакомым Клиха в России удалось выяснить, что он якобы был задержан за неповиновение милиции в одном из отелей Орла на 15 суток. На каком основании его удерживают до сих пор и в чем его обвиняют – неизвестно.

Усилия родителей Клиха по выяснению хоть какой-то информации о нем пока безрезультатны. Они связывались с разными людьми, включая адвоката в Пятигорске, которые готовы были проявить участие, но после нескольких разговоров телефоны этих россиян оказывались недоступны или же их увольняли с работы.

30 декабря 2014 года украинский МИД сообщил, что к Клиху не пустили украинского консула.

Мама Тамара Клих: Каждый раз молю Бога, чтобы Стас мне приснился. Мне кажется, я теряю в памяти его облик

– Мы написали запрос в СИЗО Пятигорска, но ответа не получили. Недавно из генерального консульства Украины в Ростове-на-Дону мне сообщили, что им на запрос ответили. Теперь я знаю, что мой сын находится в Ставропольском крае, как и украинец Николай Карпюк.

Каждый раз молю Бога, чтобы Стас мне приснился. Мне кажется, я теряю в памяти его облик. Не представляю, как он там, в тюрьме, выдерживает.

Он очень интеллигентный человек, очень добрый. Я смотрю по телевизору, как освобождают наших ребят из плена боевиков. А как же мой сын? Он у меня единственный, очень хороший, даже словом никогда не обидел. Его все любили, уважали… Я ему в детстве столько внимания уделяла, а в последние годы сил стало меньше. Говорила: “Ищи девушку, которая тебя будет понимать, сумеет выслушать”. А сейчас так жалею, что мало общались. Эти пять месяцев для меня – целая вечность.

Из интервью “ГОРДОНу”, 7 января 2015 года

СЕРГЕЙ ЛИТВИНОВ

Работник колхоза из села Камышное Луганской области, 31 год

Дата и место рождения: 8 марта 1983 года, село Камышное Станично-Луганского района Луганской области.

Гражданство: Украина.

В начале октября российские СМИ опубликовали видео допроса Литвинова. Он сообщил, что родился в Камышном (село находится практически на границе с Россией), где живет до сих пор. Окончил семь классов, работал скотником в колхозе, в армии не служил.

Российские СМИ сообщили, что с началом боевых действий на Донбассе Литвинов якобы пошел в батальон “Днепр”, воевал на территории Луганской области. Эту информацию украинские власти опровергли. По словам народного депутата от “Народного фронта”, советника главы МВД Антона Геращенко, бойца Сергея Литвинова в “Днепре” никогда не было. Более того, как уточнил Геращенко, этот батальон находился в Донецкой области и не выполнял никаких задач в Луганской. О том, что Литвинов “никогда не был бойцом никаких батальонов”, в соцсети “ВКонтакте” написал также один его знакомый.

Литвинов женат, у него есть 14-летняя дочь.

Дата задержания: в период между 12 августа и 1 октября 2014 года.

Суть обвинений: убийство, применение запрещенных средств и методов ведения войны.

Какой тюремный срок грозит: от 8 до 20 лет.

О дате задержания Литвинова достоверной информации нет. Первые сообщения о нем в российских СМИ появились 1 октября 2014 года. По версии Литвинова, перейти украинско-российскую границу его заставила зубная боль. Якобы жена настояла, чтобы он обратился к стоматологам в Ростовской области. В больнице, по версии российских журналистов, Литвинов рассказал, что воевал в “Днепре”, что и стало основанием для задержания.

По данным следственного комитета России, украинец признался в убийстве мирных жителей Луганской области. Кроме того, он якобы дал показания, что за это регулярно получал денежные вознаграждения от днепропетровского губернатора Игоря Коломойского. На видео допроса, которое опубликовали российские СМИ, всех этих признаний нет.

Литвинову было предъявлено подозрение по двум статьям Уголовного кодекса России: ч. 2 ст. 105 (убийство) и ч. 1 ст. 356 (применение запрещенных средств и методов ведения войны). Ему грозит до 20 лет лишения свободы.

В ноябре прошлого года с Литвиновым встретился украинский консул. В беседе с дипломатом, по данным украинского МИД, житель Камышного опроверг предъявленные ему обвинения, в том числе свою принадлежность к батальону “Днепр”, и сообщил о пытках.

Где сейчас находится Литвинов и есть ли у него адвокат, уточнить не удалось. Срок его содержания под стражей неизвестен. Есть сведения, что в ноябре его привозили в институт им. Сербского в Москву на психиатрическую экспертизу. О ее результатах не сообщалось. В сельсовете “ГОРДОНу” сказали, что семья Литвинова не совсем благополучная, якобы его судьбой никто не интересуется и за прошедшее после задержания время никто ни разу не обратился за помощью.

P.S. Уже после публикации этого спецпроекта редакция получила официальный ответ от МИД Украины. В нем ведомство уточнило, что Литвинов был задержан 22 августа 2014 года в Ростовской области. Сейчас он находится в московском СИЗО-5. Литвинова защищает назначенный следствием адвокат.

В октябре прошлого года суд продлил украинцу арест до 13 февраля 2015 года. Украинские дипломаты дважды виделись с Литвиновым – в ноябре и декабре прошлого года. “Во время встречи с консульскими должностными лицами Украины Литвинов не жаловался на условия содержания”, – сказано в ответе МИД.

Литвинов сообщил украинскому консулу о пытках

– Во время встречи (с украинским консулом. – “ГОРДОН”) Литвинов сообщил о грубых нарушениях его прав при задержании и о применении к нему физического насилия, пыток и психологического давления со стороны должностных лиц компетентных органов РФ. В частности, во время пребывания Литвинова в больнице в Ростовской области к нему в палату зашли сотрудники ФСБ РФ в масках, которые вывезли гражданина Украины с мешком на голове в лес для “допроса”, в ходе которого ему наносились удары в грудь и в живот, применялись другие меры физического насилия с целью получения соответствующих показаний. Такие же средства применялись к нему и в пенитенциарных учреждениях Ростовской области.

Из сообщения МИД Украины, 12 ноября 2014 года

Гражданская жена Литвинова Елена: Он себя оговорил, признался, что воевал в украинской армии, но это неправда

– Я ничего не знаю о судьбе Сергея. В ноябре по телевизору слышала, что он в Москве на психиатрической экспертизе. У него зуб разболелся, а у нас больница не работает. Я ему сказала: “Иди в Россию к врачу”. Тут же у нас все рядом. Это было 12 августа. Потом от людей слышала, что его в России закрыли, потом куда-то перевезли. Вроде бы он себя оговорил, признался, что воевал в украинской армии, но это неправда. Он ни писать, ни читать не умеет, ни деньги сосчитать. И дорогу сам не может найти – я всюду с ним ездила, документы за него заполняла. У него и братья такие же, и мать. За что его могли задержать? Я никуда не обращалась, у нас тут и почта не работает. Жду сама не знаю чего.

Из интервью “ГОРДОНу”, 8 января 2015 года

https://www.youtube.com/watch?feature=player_embedded&v=MGXr1wXmlXI

Фрагмент допроса Литвинова

Во время допроса, фрагменты которого опубликовали российские телеканалы, Литвинова спросили, как, по его мнению, чувствует себя человек, который во время боевых действий убивает детей.

“Плохо. Я думаю, что это очень плохо. И это несанкционированный человек… Под наркотическими эффектами действует”, – сказал житель Луганской области.

То есть на видео он не сказал, что убивал людей, а лишь дал оценку подобным действиям. Вместе с тем большинство российских СМИ сообщили, что украинец сознался в массовых убийствах мирных жителей.

Написать Литвинову письмо с поддержкой по адресу: 125130, Россия, г. Москва, ул. Выборгская, 20, СИЗО-5, Литвинову Сергею, 1983 г.р.

РОССИЙСКИЕ ПРАВОЗАЩИТНИКИ: ЗАДЕРЖАННЫХ В РФ УКРАИНЦЕВ МОЖЕТ БЫТЬ БОЛЬШЕ

Задержание девяти граждан Украины, о которых “ГОРДОН” сообщил выше, официально подтвердили украинские власти. Вместе с тем, по данным российских правозащитников, в изоляторах РФ может находиться от нескольких десятков до 1000 украинцев – военных и мирных жителей, задержанных уже после российской агрессии в Крыму и на Донбассе. Елена Васильева, правозащитница из Мурманска и основатель Facebook-группы “Груз 200”, утверждает, что у волонтеров есть неопровержимые доказательства того, что похищенные украинцы находятся не только в российских СИЗО, но и в больницах по всей стране. Васильева сообщила нашей редакции фамилии троих украинских военных, которые, по ее данным, могли быть вывезены в Россию (их истории ниже). Официального подтверждения этой информации нет. Все они, по данным родственников, считаются пропавшими без вести. Вместе с тем в Совете нацбезопасности и обороны Украины назвали данные Васильевой некорректными. Как отметил спикер ведомства Владимир Полевой, раненные граждане Украины, которые проходят лечение на территории РФ, – это пророссийские боевики из Луганской и Донецкой областей.

P.S. В ответе украинского МИД, который редакция получила уже после публикации этого спецпроекта, сказано, что министерство и дипломатические учреждения Украины делают все возможное для проверки информации российских правозащитников, отправляя запросы в российские МИД, Федеральную миграционную службу, Министерство здравоохранения, Федеральную службу исполнения наказаний и ФСБ. “По состоянию на сегодняшний день, меры, которые предпринимают дипломатические и консульские учреждения Украины в РФ для проверки этой информации, результатов не дали”, – сказано в документе.

Солдат из 30-й механизированной бригады, 27 лет

ЛИЧНОЕ ДЕЛО

Дата и место рождения: 4 ноября 1987 года, село Орепы Новоград-Волынского района Житомирской области.

Гражданство: Украина.

Веремийчук по специальности – тракторист-механик, работал в колхозе. В последнее время выезжал на заработки в Россию.

10 марта 2014 года был мобилизован рядовым, служил в 30-й механизированной бригаде (дислоцируется в Новограде-Волынском).

Холост.

ИСТОРИЯ ИСЧЕЗНОВЕНИЯ

Последний раз звонил родным 10 августа. После этого связь оборвалась. Родственники утверждают, что видели в YouTube запись допроса украинских военнослужащих боевиками “ДНР”. На этом видео Роман сидит за столом в футболке камуфляжной расцветки, перед ним стоит стакан с водой.

В ноябре сестре Романа Майе звонили с российского номера, ей показалось, что она услышала голос Романа, но разговор сразу же прервался.

Мама Людмила Веремийчук: У него оба деда вернулись с войны в звании Героя Советского Союза, а мой мальчик неизвестно где

– Ездил в Россию на заработки, вернулся, я была в больнице. Я даже не видела его. Вечером приехал – рано утром мобилизовали. Он мне позвонил, сказал, что его забрали в армию на 10 дней, хотя брать не должны были. Я вдова, здоровья нет. У меня высокое давление, малокровие. Чужие люди помогают картошку копать. Дочь далеко.

У него оба деда вернулись с Великой Отечественной войны в звании Героя Советского Союза. Мой отец – Мефодий Веремийчук, свекор – Павел Плотницкий. А мой мальчик неизвестно где.

Я – человек верующий. Говорила сыну: “Ты хоть не стреляй ни в кого, это большой грех – убивать”. Он отвечал: “Мама, я не стреляю. Сижу в машине”.

В последний раз я с ним разговаривала 10 августа около 10 вечера, он был в Степановке Донецкой области. А 11 числа связь прервалась. 13 августа я увидела в интернете запись, как наших военных допрашивали боевики “ДНР”.

Из интервью “ГОРДОНу”, 6 января 2015 года

Сестра Майя Чабанюк: Нам говорят, что он погиб 11 августа. Но как это могло произойти, если 13 его снимали боевики во время допроса?!

– Сначала нам позвонили, сообщили, что Романа в Степановке Луганской области разорвало выстрелом из “Града”. Потом сказали, что он вместе с другими ребятами успел заскочить в погреб, но там все задохнулись и сильно обгорели. 14 августа я ездила на опознание Романа в морг больницы им. Мечникова в Днепропетровск. Но ни там, ни в 4-й больнице я брата не нашла. Три месяца подряд мне звонил начмед, настаивал на том, чтобы мы ехали забирать тело. Но я не опознала брата. Кого же тогда мы должны были забирать?

Документы Романа почему-то оказались в Мариуполе. Тело, как утверждает начмед, перевезли в Днепропетровск, а как документы оказались в Мариуполе, неизвестно. Мне документы прислали, но на них нет никаких повреждений, хотя бумага должна была бы тоже сгореть вместе с телом. Они даже не испачканы ничем, запаха гари тоже нет.

Сказали, что нужно прислать анализ ДНК по почте. Но я хочу сама присутствовать при этом, потому что слишком много запутанного в его истории.

Нам говорят, что он погиб 11 августа. Но как это могло произойти, если 13-го его снимали боевики во время допроса?! Я позвонила в Центр освобождения пленных, к Рубану (офицер-переговорщик Владимир Рубан. – “ГОРДОН”). Они сказали, что Роман есть в списках пленных. А потом вдруг он из списков исчез. Есть в интернете Книга памяти. Там написано, что он погиб и похоронен в Виннице. Почему в Виннице, если мама живет в Житомирской области?! В Счастье вообще выдали бумагу, что он погиб от выстрела неизвестного 3 августа. Как это возможно, если мы с ним 10 августа говорили по телефону? Кому верить?

Из интервью “ГОРДОНу”, 6 января 2015 года

Солдат из днепропетровской в/ч А1314, 23 года

ЛИЧНОЕ ДЕЛО

Дата и место рождения: 15 июля 1991 года, город Барвенково Харьковской области.

Гражданство: Украина.

Солодовник – солдат-контрактник, служил в армии еще до начала боевых действий на Донбассе. Был прикомандирован к днепропетровской в/ч А1314 (6-й армейский корпус).

Холост.

ИСТОРИЯ ИСЧЕЗНОВЕНИЯ

Последний раз выходил на связь с родными 28 августа. Говорил, что звонит из района Старобешево Донецкой области.

Из воинской части сообщили, что во время выхода из окружения попал под обстрел. Дальнейшая судьба Солодовника неизвестна. Официальный ответ: “Пропал без вести”. Отец военного, Олег Солодовник, в комментарии “ГОРДОНу” сказал, что, по его мнению, сына никто толком и не искал.

По информации российских правозащитников, может находиться в одном из московских СИЗО. В украинском МИД “ГОРДОну” сообщили, что Солодовник внесен в список украинцев, пребывание которых на территории РФ проверяется в связи с заявлениями Васильевой.

Боец батальона “Кривбасс”, 38 лет

ЛИЧНОЕ ДЕЛО

Дата и место рождения: 15 ноября 1976 года, город Николаев.

Гражданство: Украина.

До войны работал региональным менеджером в Кривом Роге, прежде служил в милиции.

16 мая был мобилизован. Служил в в/ч 2603 (40-й батальон территориальной обороны “Кривбасс”), старшина.

Был заместителем командира разведки батальона, который попал в плен еще в самом начале военных действий под Иловайском Донецкой области, поэтому Шиян взял командование на себя.

Женат, есть дочь и сын.

ИСТОРИЯ ИСЧЕЗНОВЕНИЯ

По словам родных, последний раз с Шияном они общались 28 августа. Он был под Иловайском, где батальон “Кривбасс” находился с 9 августа.

С конца августа новостей о нем нет.

Жена Катерина Шиян: Никогда не обращалась к экстрасенсам, но теперь за любую возможность хватаюсь. Все говорят, что Андрей жив и что он не в Украине

– Андрей считал, что идет защищать меня и детей. Понимал, что, возможно, попадет в плен. Он очень умный человек, сказал: “Если будут требовать выкуп, не ведись. Ты мне ничем помочь не сможешь”.

Три свидетеля, которые были с ним в машине, уверяют меня, что он погиб, но совпадений ДНК нет. Очевидцы рассказывают, что, когда они двигались колонной из Кутейниково на Старобешево, уазик с разведчиками шел впереди и попал под обстрел. Андрею навылет прошило ноги выше колен. Минут через 20 в селе Победа они попали в засаду. Говорят, что снаряд попал в лобовое стекло, за которым сидел Андрей.

Я общалась с волонтерами, которые занимаются сбором останков, но никто точно ничего сказать не может, потому что это тайна следствия.

В следственном управлении мне советуют подать в суд на признание Андрея погибшим. Мол, следствие может идти еще очень долго, неизвестно, когда обнародуют доказательства ДНК. Неопределенность может затянуться на годы. А без этого мы не можем оформить пенсию, льготы. За 4,5 месяцев я уже не знаю, кому верить.

Никогда не обращалась к экстрасенсам. Но теперь за любую возможность хватаюсь. Все мне говорят, что Андрей жив и что он не в Украине.

Из интервью “ГОРДОНу”, 6 января 2015 года
Елена Васильева рассказала, что информацию об арестованных в РФ украинских военных получила в том числе от российских военнослужащих.

– В течение последних четырех месяцев к нам в группу “Груз-200” и мне на почту приходило много писем от родственников украинских военнослужащих. Они не могли по своим каналам ничего узнать о своих близких. Постепенно российские военнослужащие начали присылать мне информацию о том, куда этапируют украинских военных. Я эту информацию собирала, передавала поисковикам. А уже к середине декабря стали точно известны имена тех, кого из Ростова перевели в Москву. Я начала искать и других – по СИЗО и гауптвахтам в разных городах. Кроме того, в распоряжении наших волонтеров есть неопровержимые доказательства того, что похищенные украинцы находятся в больницах Ейска, Таганрога, Волгограда, Курска, Питера и Москвы. Некоторые из них контуженные или с повреждением позвоночника, попавшие в плен под Иловайском. Если даже представить, что Россия хотела оказать Украине гуманитарную помощь и вылечить раненых, чтобы потом вернуть их на родину, то почему за четыре месяца так и не вернула? На многих пленных, содержащихся в СИЗО, заведены уголовные дела, кому-то грозит длительное заключение. Им зачем-то меняют имена и фамилии. С какой целью?

В Киеве я встретилась с Юрием Тандитом, переговорщиком из Центра содействия освобождению пленных и заложников при СБУ, передала ему данные, которые удалось собрать. У него в офисе я услышала цифру – 600. Шестьсот человек, о которых известно, что они находятся в России. Но это только примерная цифра. Украинские военные считают, что их больше тысячи, включая заложников из мирных жителей.

Мы с российскими правозащитниками стали искать выход из этой ситуации и решили, что составим список из фамилий начальников СИЗО, где находятся украинские военнослужащие, и следователей, которые ими занимаются, и обнародуем его на своих страницах в социальных сетях. Таким образом, мы заставим российских силовиков либо признать свои преступления, либо содействовать нам в поиске пленных.

Мы создали электронный адрес: gruz300-1@ukr.net. Будем просить писать всех, кто может рассказать о местонахождении украинских военнослужащих в России. Даже если кто-то не отважится писать напрямую, может сделать это через посредника.

Из интервью “ГОРДОНу”, 5 января 2015 года

ЭКСПЕРТЫ: К СПАСЕНИЮ АРЕСТОВАННЫХ УКРАИНЦЕВ НУЖНО ПРИВЛЕКАТЬ ПРОСТЫХ ГРАЖДАН И МЕЖДУНАРОДНОЕ СООБЩЕСТВО

Украинские и российские политики, правозащитники и юристы, с которыми “ГОРДОН” общался в начале января, считают, что решить судьбу украинских пленных в России, используя лишь юридические механизмы, невозможно. Вопрос их освобождения должен подниматься на самом высоком уровне, во время переговоров руководителей двух стран. Вместе с тем дипломаты и правозащитники отмечают, что для спасения украинцев нужно задействовать все инструменты, включая активность обычных граждан и международного сообщества.

Богдан Яременко: Для украинцев спасение заложников должно стать делом всего народа, а не только активистских групп.

– Мне кажется, Украина делает все возможное для освобождения украинских заложников, которые находятся на территории России. Но мы имеем дело со страной, наплевавшей на международное право, на правовые принципы. Для украинцев эта проблема должна стать делом всего народа, а не только активистских групп. Взять для примера Надежду Савченко, похищенную и вывезенную в Россию, – для всех нас это не только повод посочувствовать, но и действовать, обращаться от имени украинцев к российской власти, к международному сообществу. Некоторое время назад было опасение, что дело Савченко станет единственным, показательным. Но теперь и МИД Украины, и президент говорят о группе людей, оказавшихся в заложниках на российской территории. Хотя, что бы мы ни делали, мы не сможем решить проблему без активной поддержки разных стран. Потому что решать ее не хочет только один человек на свете – президент России.

Из интервью “ГОРДОНу”, 8 января 2015 года

Богдан Овчарук: У нас ограниченные ресурсы, поэтому мы занимаемся только теми делами, которые являются самыми показательными, как в случае с Надеждой Савченко и Олегом Сенцовым.

– Все эти дела достаточно сложные, поскольку информация по ним ограниченная, а исследовать и проверять ее тяжело. Одно дело, когда наши исследователи выезжают в Крым или Донецк, где могут пообщаться с человеком, свидетелями, правоохранительными органами и медицинскими сотрудниками, и совсем другое, когда человек непонятно каким образом оказывается в совершенно другой стране.

Из тех людей, чьи истории описаны вами, мы занимались делами Надежды Савченко, а также Олега Сенцова и компании – Александра Кольченко, Геннадия Афанасьева и Алексея Чирния. Например, в июне по Сенцову мы запускали международную “Акцию срочной помощи”: наши сторонники по всему миру – а их около семи миллионов – писали письма властям России с требованием провести расследование относительно сообщений о применении к Сенцову пыток, предоставить ему возможность встретиться с украинским консулом и снять обвинения, которые касаются права на мирное выражение взглядов. Кроме того, мы требовали вернуть этих людей в Крым. Потому что в данном случае, исходя из международного гуманитарного права, страна, которая оккупирует другую, не имеет права как завозить, так и вывозить людей из оккупированной территории. Эта петиция до сих пор есть на нашем сайте. Ее можно подписывать и таким образом помогать создавать международное давление на Российскую Федерацию, с тем чтобы ее власти освободили или как минимум перенаправили этих людей на территорию полуострова. Дела троих крымчан – Кольченко, Афанасьева и Чирния – идут в пакете с делом Сенцова, они очень похожи, поэтому петиция их тоже касается.

Если говорить о Савченко, то там ситуация намного сложнее. Для нас самым непонятным является то, каким образом она оказалась на территории России. Мы до сих пор ожидаем объяснений от российской стороны. А вот по поводу законности расследования по ее делу, – здесь, к сожалению, мы не располагаем полной информацией. Но то, что происходит в России, выглядит так: Савченко пытаются судить за убийство российских граждан на территории другой страны, вне зоны ведения войны. Но если бы она и была причастна к убийству, то судить ее надо было бы на территории Украины, а не в России. Все очень непросто, поэтому в данном деле мы менее активны. Но, безусловно, призываем к тому, чтобы любые обвинения имели под собой правовую основу.

Что касается других описанных вами дел – у нас ограниченные ресурсы. Amnesty International – международная правозащитная организация, которая не может заниматься всеми делами. Мы берем только самые показательные, которые демонстрируют тенденцию нарушения прав человека.

Универсальных рецептов, как помочь всем этим людям, нет. Задействование других стран и международных организаций – это прерогатива адвокатов. Например, в деле Савченко избран путь освобождения через делегацию в ПАСЕ. По другим делам можно обращаться и в Европейский суд по правам человека, и в отдельные комитеты ООН – например, против пыток или незаконного содержания. Но нельзя сказать, что один какой-то путь будет панацеей. Как правило, использовать нужно все методы и инструменты.

Безусловно, чем большее давление будет на международном уровне, тем лучше. Чем чаще украинские власти будут поднимать проблему этих заключенных на встречах с представителями других государств и международных структур, тем лучше. Все международные площадки, которые можно использовать, Украина должна активизировать. По большому счету, единственное, что может помочь всем этим людям, – это международное давление на Российскую Федерацию.

Из интервью “ГОРДОНу”, 12 января 2015 года

23 Мар

Сенцов за ґратами багато жартує та пише нові сценарії, – сестра українського режисера

Вже у квітні українському режисеру Олегу Сенцову мають винести обвинувальний вирок за статтею “тероризм”. Кримчанина хочуть судити, як росіянина, хоча Олег категорично відмовляється від цього громадянства, бо вважає себе українцем. Найбільшою підтримкою для Олега стала його двоюрідна сестра Наталія Каплан, яка живе у Москві. “Сніданку з 1+1” вона розповіла, як себе почуває Олег та його родина, передає ТСН.

Після того, як Олега запроторили за ґрати, Наталія стала єдиним зв’язковим режисера зі світом. Хоча навіть із нею він спілкується тільки за допомогою пошти та адвоката.

“Багато політв’язнів відмовляються від побачень, бо їм треба триматися і не можна розкисати. Він там багато жартує”, – розповіла сестра режисера.

Ділиться із сестрою Олег і тюремними буднями. За ґратами пише нові сценарії, займається спортом та вивчає англійську. Не здаватися йому допомагають листи від дітей. До ув’язнення режисер самостійно виховував 13-річну доньку Аліну та 9-річного сина Влада. Зараз діти разом зі своєю мамою живуть у Криму.

“Діти зараз у Криму. Там їх ніхто не ображає та ніхто не каже, що їхній тато терорист”, – додала Наталя.

Дружина Сенцова час від часу ділиться фотографіями малечі у Мережі. Наталя каже, дітей від поганих новин оберігають, а маленькому Владику навіть не сказали, де зараз тато.

“Він думає, що тато поїхав далеко та надовго. Їх намагаються відгородити від зайвої інформації, а російських каналів не вмикають”, – розповідає Наталя.

Вже у квітні Олегу мають винести вирок. Стаття передбачає до 20 років позбавлення волі. Та сестра Олега каже, навіть найбільшого терміну він не боїться. Бо вірить, що вільний вітер повіє і в Москві.

“Не хвилюйся, бо і у вас з’явиться такий свіжий вітер, люди не можуть довго терпіти таку атмосферу”, – пише Олег сестрі у листах.

Олега Сенцова затримали співробітники ФСБ Росії 11 травня в Криму. За версією ФСБ, режисер входив до складу диверсійно-терористичної групи “Правого сектору”, яка нібито планувала теракти в Криму, зокрема в Сімферополі, Ялті і Севастополі. Сенцову загрожує до 20 років позбавлення волі. Адвокат режисера раніше повідомив, що в кримському СІЗО його підопічного катували.

Нагадаємо, Росія висунула режисеру Сенцову нові звинувачення.

Джерело: NEWSru.ua

admin Опубликовано в рубрике Без рубрики