04 Окт

К режиссеру Сенцову 20 дней не допускали адвокатов и родственников

Болгарский юрист, представляющий интересы журналиста Кашина, режиссера Сенцова, участниц PUSSY RIOT и жертв майора Евсюкова, расскаал «БИЗНЕС Online», какую правду по этим делам он ищет в Европейском суде.

Имя болгарского адвоката Йонко Грозева в последнее время все чаще фигурирует в российской прессе. Широко известный в мире правозащитного движения юрист, более 20 лет выигрывающий суды против различных стран в Европейском суде по правам человека, имеет непосредственное отношение к нескольким громким российским процессам, уже рассматриваемым в международных инстанциях.

— Йонко, судя по разговорам, которые пришлось слышать, вы практически легенда в мире правозащитного движения. Благодаря чему удалось добиться такого статуса?

— Я занимаюсь правозащитной работой с начала 90-х годов. Точнее, с 1991 года, когда в Болгарию только пришла демократия и это стало возможно. До этого момента правозащитная деятельность, конечно, приравнивалась к политической и была невозможна. С 1991-го стали появляться первые подобные организации, и я был среди тех, кто создавал одну из таких структур. Сейчас это самая ведущая организация в Болгарии — «Болгарский Хельсинкский комитет». Так как я юрист, в мои функции входила, прежде всего, индивидуальная защита прав граждан в судах. Я занимался этим почти 15 лет, до 2005 года. А потом продолжил работу уже непосредственно как правозащитный адвокат. Теперь я действую самостоятельно, и у меня много международной работы. Занимаюсь обучением, консультациями по различным проектам от Центральной Азии до Юго-Восточной Европы. Но, чаще всего это консультации по делам в Европейском суде по правам человека (далее ЕСПЧ или Европейский суд — прим. ред.). Иногда я сам как адвокат представляю истцов в ЕСПЧ.

Видимо, я долго этим занимаюсь. И есть какие-то успехи. А кроме того, большой опыт подобной работы.

— Когда вы впервые столкнулись с российской судебной практикой и делами россиян в ЕСПЧ?

— Впервые это случилось в 2007 году. Я был здесь в Казани, в Нижнем Новгороде. Это было такое обучение правозащитников. С тех пор у меня сложилось сотрудничество здесь с «Агорой», и я их консультирую по всем делам, которые они ведут в ЕСПЧ. В 2007 – 2008 годах этого у «Агоры» не было, они концентрировались на работе в российских судах, мы обсудили это, и я сказал, что обращение в европейские инстанции будет очень полезным, а я наблюдал за этим опытом и в Болгарии, и во всех других странах Восточной Европы. Стандарты, которые задает ЕСПЧ, — это очень жесткие стандарты. С другой стороны, это минимальные стандарты, но они дают гарантию того, чтобы правосудие работало в интересах слабого. С этой точки зрения, ЕСПЧ очень полезен, потому что он требует, чтобы национальное правосудие действовало в соответствии с общими стандартами справедливости. Мы, юристы, часто находимся в таких «коробках мышления» и руководствуемся ими в своей работе. Это правильно, ведь мы должны следовать четким рамкам закона, но иногда нам не хватает кругозора, и ЕСПЧ здесь нам очень помогает.

Маленький пример. В Болгарии существовала такая практика, если ты подавал в суд на государственные структуры, к примеру, за моральный ущерб, даже на серьезные суммы, то пошлина, которую ты должен был заплатить за участие в процессе, все равно была больше, чем компенсация, которую ты мог выиграть. Болгарские судьи разводили руками, такой закон, что мы можем сделать. А Европейский суд сказал: нет, такого быть не должно.

Поэтому мы с «Агорой» и ее руководителем Павлом Чиковым решили, что для них это будет большой и важный опыт — работа с ЕСПЧ, поскольку они занимаются отстаиванием индивидуальным прав человека в судах.

— По российским делам вы выступали и выступаете в ЕСПЧ только как консультант или же и в качестве стороны в процессе?

— В основном я выступал как консультант, но сейчас идет несколько дел, где я выступаю адвокатом. По всем этим процессам еще не вынесено решений.

+++
— Громкий процесс, в котором вы задействованы, это дело украинского режиссера Олега Сенцова, который был арестован в Крыму по обвинению в терроризме. Сейчас в ЕСПЧ оспаривается его досудебный арест.

— Сейчас Сенцов в тюрьме, ему недавно в очередной раз продлили срок предварительного заключения. Мы там еще в начальной стадии, я только отправил заявление в ЕСПЧ. Самый первый шаг был в отношении того, что у него нет возможности сделать копии документов по своему делу, чтобы отправить жалобу в ЕСПЧ. Оба его адвоката подписали бумагу о запрете разглашать обстоятельства дела, поскольку оно якобы затрагивает государственные интересы России. Но ведь это уголовное дело, значит оно должно быть публичным. И это тоже имеет значение при выборе меры пресечения, оно также должно проходить публично. Здесь же все было формально, раз адвокаты не могли публично обсуждать доказательства, которые выдвинуло обвинение. Судья просто сказал — да, фактов, представленных прокуратурой, достаточно, чтобы продлить сроки ареста Сенцова. А я не могу обратиться в ЕСПЧ и сказать: «Здесь нет доказательств!»

В итоге ЕСПЧ приняло предварительное решение, у него есть такое право, и затребовало документы по делу Сенцова у России. Часть из них я действительно получил от Европейского суда, и это дало мне возможность оспаривать законность его задержания и законность решения судов по мере пресечения.

Будут, видимо, и другие заявления, поскольку Сенцов утверждает, что после задержания его избивали. Причем он детальное описывает то, как происходило это избиение. Его задержали в Симферополе вечером 11-го, ночью избивали, а протокол ареста был составлен только утром 12 мая. Это тоже вопрос произвольного отношения к юридическим процедурам.

Также вопрос: насколько квалифицированными были его адвокат, прокурор и судья в Крыму с точки зрения российского законодательства? Это основной вопрос, поскольку с точки зрения Европейской конвенции, необходимо, чтобы все процедурные гарантии были исполнены: задержанного должны тут же отвезти в суд, суд должен действовать строго в соответствии с законом, у него должен быть квалифицированный адвокат. Вопрос этой квалификации — очень серьезный, поскольку до заседания суда Сенцов никогда с ним не встречался и ему назначил защитника суд. И этот адвокат даже не обжаловал выбранную его подзащитному меру пресечения.

Еще Сенцов указывает в своем заявлении, что у него в течение долгого времени вообще не было никаких контактов с внешним миром, к нему не допускали родственников и близких. И это продолжалось до тех пор, пока его не отправили в Москву, то есть с 11 по 30 мая — 20 дней.

— А в СМИ к этому времени информация о его задержании уже прошла?

— Да, но к нему никого не допускали.

— Эта ситуация как-то объясняется представителями российских властей?

… (разводит руками) Это никак не объясняется. Это одна из самых основных гарантий при содержании человека под стражей, чтобы к нему допускались адвокат, родственники и близкие. У нас есть письма из московского СИЗО о том, что он и там подвергался избиениям, правда, пока не пришли медицинские документы. Российское государство заверило ЕСПЧ, что это будет расследовано, но о подвижках в этом деле мне ничего неизвестно. Если не будет эффективного расследования, то, наверное, будет самостоятельное заявление в Европейский суд и по этой ситуации.

— Посмотрим на эту тему несколько шире. Как европейские структуры будут решать следующую дилемму: Россия присоединила Крым, но для всех остальных стран — это территория Украины. Как жители Крыма смогут защитить свои права в Европейском суде, для ЕСПЧ эта территория находится под юрисдикцией какого государства?

— Вопрос с точки зрения ЕСПЧ будет рассмотрен по-другому. Такой вопрос впервые решался во время конфликта между турецкой и греческой частями Кипра, когда одни захватывали одно, другие — другое. Также подобная ситуация была и в Приднестровье. Подход Европейского суда такой — анализ суда не будет базироваться на том, кому формально принадлежит конкретная территория. Вопрос будет рассматриваться в случае, если структуры государства допустили нарушение прав человека. Это вопрос контроля. И в настоящее время нет никаких сомнений, что российское государство контролирует то, что происходит в Крыму. Поэтому именно Российская Федерация будет нести ответственность за происходящее в этом регионе.

Айрат Нигматуллин
Справка

Йонко Грозев (Болгария) — адвокат, эксперт Совета Европы.

21 год работает по делам в Европейском суде по правам человека, выиграл более 70 дел против Болгарии, Сербии и Македонии, в том числе по делам о превышении полномочий сотрудниками полиции, незаконных обысках и изъятии документов, а также по вопросам справедливого судебного разбирательства, свободы выражения мнений и свободы объединений.

В России обучал практике ЕСПЧ судей Московского городского и Московского областного судов. Работает в Европейском суде по делам Pussy Riot, осужденных по «болотному делу», майора Евсюкова и т.д.

По материалам «БИЗНЕС Online»

admin Опубликовано в рубрике Без рубрики