20 Окт

Осужденного по делу «крымских террористов» Геннадия Афанасьева, этапированного в сыктывкарскую колонию, поместили в ШИЗО

afanasjev

Геннадия Афанасьева, которого осудили по делу «крымских террористов», вскоре после этапирования в исправительную колонию строгого режима № 25 в Сыктывкаре поместили в штрафной изолятор, рассказал «Медиазоне» адвокат осужденного Александр Попков.

Точной даты помещения в ШИЗО и срока действия этой меры ни он, ни член ОНК Игорь Сажин не смогли назвать.

В колонии членам местной Общественной наблюдательной комиссии сообщили, что в ШИЗО Афанасьева отправили из-за лезвий, которые у него якобы обнаружили. Член ОНК Игорь Сажин рассказал, что сотрудники ИК-25 говорят о наличии видеозаписи обыска. Афанасьев в разговоре с правозащитниками говорил, что ему подбросили лезвие.

При этом жалоб на угрозы или давление со стороны сотрудников ФСИН во время этапирования из Ростовской области в Коми, по словам Сажина, осужденный не высказывал.

Афанасьев и его защитник предполагают, что лезвие крымчанину подбросили, чтобы спровоцировать его перевод на строгие условия содержания. Попков отметил, что узнал о местонахождении своего подзащитного только в пятницу, 16 октября, от местных правозащитников. ФСИН не уведомляла адвоката об этапировании Афанасьева. Как уточнил член ОНК Игорь Сажин, в Сыктывкар Афанасьева доставили еще 8 октября, но сначала его поместили в СИЗО-2.

Афанасьева приговорили к семи годам колонии строгого режима, признав его виновным в терроризме. Дело в отношении него рассматривали в особом порядке, поскольку он дал признательные показания и свидетельствовал против других фигурантов дела. На процессе по делу украинского режиссера Олега Сенцова и антифашиста Александра Кольченко Афанасьев отказался от первоначальных показаний, заявив о пытках при допросе. Он сообщил, что оговорил Сенцова и террористической организации с их участием в Крыму не было.

Источник: Медазона
09 Июл

ХХIV сессия Парламентской ассамблеи Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе приняла резолюцию «Похищенные и незаконно удерживаемые граждане Украины на территории Российской Федерации»

Решение принято 8 июля на ХХІV-й Ежегодной сессии ОБСЕ в г.Хельсинки (Финляндская Республика).
Проект резолюции был инициирован членом Постоянной делегации Верховной Рады Украины в Парламентской ассамблее ОБСЕ, народным депутатом Украины Остапом Семераком и принят подавляющим большинством голосов (без внесения каких-либо поправок и замечаний).

Резолюция решительно осуждает похищение украинских граждан с территории Украины, в том числе, члена парламента Надежды Савченко, кинорежиссера Олега Сенцова и других лиц, как и их незаконное перемещение через украинско-русскую государственную границу и дальнейшее задержание на территории Российской Федерации; считает такие действия Российской Федерации и рассмотрение уголовных дел упомянутых украинских граждан незаконными и нелегитимными, поскольку они грубо нарушают нормы международного права в области прав человека и основных свобод, а также принципов и обязательств в рамках ОБСЕ и при этом противоречат обязательствам Российской Федерации в рамках минских соглашений, заключенных в сентябре 2014 года и феврале 2015 года.
Резолюция также призывает Российскую Федерацию строго придерживаться норм и принципов международного права, принципов и обязательств в рамках ОБСЕ, минских соглашений и безотлагательно освободить Надежду Савченко, Олега Сенцова и других украинских граждан, незаконно удерживаемых в России, а также обеспечить их безопасное возвращение в Украину.

Источник: официальный веб-портал Верховной Рады Украины

admin Опубликовано в рубрике Без рубрики
05 Июн

Бывший заложник: “Не надо осуждать соучастников Олега Сенцова, которые дали показания”

7 мая 2015 года вышел на свободу один из украинских заложников Путина – Юрий Луценко. Портал “Открытая Россия” разместил интервью с ним об обстоятельствах его задержания, условиях пребывания в российских тюрьмах и об освобождении. Говоря о пытках, через которые пришлось ему пройти, Юрий, в частности, рассказал:

“…Они снова посадили меня в микроавтобус, и там опять сидели парни в масках в форме спецназа, опять надели мешок на голову, сзади застегнули наручники, и минут за десять руки полностью немели. Повезли в неизвестном направлении. Я понял: будут пытать. Долго ехали по полевой дороге, завезли в лес — я молился, прощался с жизнью. В уазике сидели оперативник местного УФСБ и два бойца спецназа, одного из них я мог бы узнать — он поднимал маску, и я помню, что у него характерная челюсть.

Когда меня выбросили из уазика, я получил сильнейший удар в пах. Потом подняли за руку: такая пытка называется «ласточкой» — это когда руки сильно сзади выкручивают.

Когда у тебя на голове мешок, ты не знаешь, куда будет следующий удар, и, например, если тебя бьют в живот, ты не можешь пресс напрячь и смягчить этот удар.

Психологически через 20 минут становится очень страшно, хочется вырубиться, исчезнуть, подписать все что угодно, только чтобы эти пытки прекратилось.

Поэтому не правы те, кто, например, осуждают соучастников Олега Сенцова, которые дали показания: они это сделали, потому что под такими пытками можно любые показания подписать“.

15 Май

Под посольством РФ в Киеве состоялся пикет

Под посольством РФ в Киеве состоялся пикет с требованием немедленного освобождения всех политических заключенных Крыма, которые на данный момент незаконно находятся в российских тюрьмах, сообщает УНН.

На пикет пришли не более десятка активистов. Они держат плакаты с изображением политзаключенных, удерживаемых в России: Олега Сенцова, Геннадия Афанасьева, Алексея Чирния и Александра Кольченко.

Организатор пикета народный депутат из фракции БПП Алексей Гончаренко пытался пройти на территорию посольства, чтобы передать требования о немедленном освобождении украинцев, однако охрана его не пропустила.

“Я в руках держу резолюцию, которую мы передаем послу России в Украине Зурабову с просьбой сообщить о судьбе украинцев, которые пропали в Крыму”, – сказал нардеп.

Участники пикета призвали к решительным действиям со стороны СНБО, МИД Украины и международного сообщества в лице ООН и ОБСЕ по освобождению политических заключенных, граждан Украины, находящихся в Российской Федерации.

Кроме этого призвали присоединиться к расследованию по делам крымчан, которые пропали без вести.

Источник: ПрессОрг

24 Апр

Второй приговор в деле «крымских террористов». Что ждет Сенцова и Кольченко?

Северо-Кавказский окружной военный суд приговорил к семи годам участника протестов против аннексии Крыма Алексея Чирния – фигуранта дела Олега Сенцова и Александра Кольченко. Он заключил сделку со следствием и получил наименьший срок, предусмотренный вменяемыми ему статьями о терроризме. Адвокат Илья Новиков, взявшийся защищать интересы Чирния на суде, утверждает, что его подопечный пошел на самооговор, а сделка со следствием была заключена им в результате давления и пыток.

Присуждение Алексею Чирнию семи лет тюрьмы – это уже второй приговор по делу «крымских террористов». Ранее, 21 декабря, Московский городской суд вынес решение в отношении симферопольца Геннадия Афанасьева, который, по версии следствия, был членом «террористической группы Олега Сенцова». Так же, как и Чирний, Афанасьев пошел на сделку со следствием, признался в совершении террористических актов, а Сенцова называл главой террористического сообщества.

Согласно российскому законодательству, если подозреваемый подписывает соглашение со следователем, его дело выделяется в отдельное производство. Он признается в совершении преступлений, соглашается с их квалификацией, выполняет другие условия следствия, а взамен – получает смягченный приговор. Именно по такому пути пошли Геннадий Афанасьев и Алексей Чирний. В свою очередь, кинорежиссер Олег Сенцов и антифашист Александр Кольченко заявили, что их преследование является политически мотивированным, а обвинение в совершении террактов абсурдно.

Прокурор запросил 12 лет

С момента ареста в Крыму и до вынесения приговора в Ростове-на-Дону интересы Чирния защищал российский государственный адвокат. И уже когда следствие подходило к концу, защищать крымчанина взялся независимый адвокат Илья Новиков.

«Ко мне обратился украинский консул и объяснил, что у семьи нет денег нанять адвоката. Поскольку с консулом мы уже довольно хорошо были знакомы к тому времени по делу Савченко, я согласился прийти и вступить в это дело, что называется, на общественных началах», – сказал Новиков в комментарии для Крым.Реалии.

После первой встречи с Чирнием адвокат понял, что его подопечный пошел на самооговор и зря согласился на квалификацию его действий «террористический акт». Кроме того, консул сообщил Новикову, что Чирния избивали в Крыму после ареста. По словам адвоката, он условился с Алексеем, что на суде он заявит о факте ложных показаний, данных Чирнием под давлением.

«Он сказал, что действительно заключил соглашение со следствием, но не в полной мере согласен с тем, что ему вменяют, потому что, по условиям сделки, от него потребовали, чтобы он признал в полной мере террористическую направленность своих действий и действий других – в том числе Сенцова. Но он не считает возможным оспаривать это, потому что полностью зависит от следствия, и, сорвав сделку, он ожидает серьезных плохих последствий», – рассказал Новиков.

По словам адвоката, Чирний не отрицал своего участия в поджогах офисов «Русской общины Крыма» и «Единой России» и планов взорвать памятник Ленину. Однако и он сам, и Новиков не считают эти действия терактами.

Суд состоялся 21 апреля. В ходе заседания Новиков заявил, что усматривает самооговор в словах Чирния. Он попросил приобщить к делу ходатайство, в котором указывалось, что имели место не теракты, а уничтожение и повреждение чужого имущества.

«Уже был прецедент, когда в Петербурге взорвали памятник Ленину, и там была огромная дырка в памятнике. И это квалифицировали как умышленная порча имущества», – пояснил Новиков.

При этом сам Чирний, чтобы не нарушать соглашение со следствием, высказался против ходатайства. Его государственный адвокат Тамази Нодиа также был против. После этого под предлогом того, что позиция Новикова нарушает право Чирния на защиту, суд постановил вывести его из дела. Оставшуюся часть заседания он наблюдал за процессом уже в статусе зрителя.

«Прокурор запросил для Чирния 12 лет. Для него это судя по всему было шоком, потому что он рассчитывал, что будет максимум 7, как у Афанасьева. В итоге после трехчасового перерыва суд вынес приговор 7 лет», – сказал Новиков.

При этом, по условиям соглашения со следствием, в дальнейшем Чирнию придется свидетельствовать против Олега Сенцова и Александра Кольченко. Новиков уточнил, что Алексей не сможет отказаться от этого, поскольку в противном случае его приговор может быть пересмотрен.

Динзе: Сенцов может выйти только после приговора

В деле Чирния остались документальные подтверждения того, что его защитник возражал против признательных показаний. По словам Новикова, это может быть использовано защитой Олега Сенцова и Александра Кольченко в суде.

Адвокат Кольченко Светлана Сидоркина сообщила, что заявления Новикова будут ею использоваться для защиты своего доверителя. По ее словам, Александр не отрицает, что он принимал участие в поджоге офиса «Единой России». Однако Кольченко не согласен с тем, что его действия следует квалифицировать как совершение террористического акта.

«Это была форма протеста. Российские войска вошли на территорию Крыма с согласия российских партий. И поджог офиса – это символическое действие, направленное против войны в Украине. Тем более, что он привел только к порче имущества, ни один человек не пострадал», – сказала Сидоркина.

Она считает, что формально суды не имеют права ссылаться на приговоры Афанасьева и Чирния. Но, по ее прогнозам, судьи будут использовать их как основание для обвинения Сенцова и Кольченко.
«Скорее всего, у следствия не очень с доказательствами. Поэтому они таким образом пытались закрепить квалификацию. Потому что, когда дело рассматривается в особом порядке, доказательства не исследуются», – отметила она.

Адвокат Сенцова Дмитрий Динзе в комментарии для Крым.Реалии сообщил, что для него не был сюрпризом приговор Чирнию.

«Он, как и Афанасьев, заключил досудебное соглашение, шел в рамках него на особый порядок и, соответственно, в рамках особого порядка был осужден. Адвокат Новиков раньше сообщал, что Чирний якобы готов был отказаться от особого порядка и судиться в общем порядке. Я не знаю, что там поменялось. Но я не думаю, что сотрудники ФСБ дали бы Чирнию соскочить с особого порядка. Потому что это сломало бы все их планы по поводу доказывания этими приговорами вины Сенцова и Кольченко», – сказал Динзе.

Адвокат считает, что на справедливое разбирательство в Северо-Кавказском окружном военном суде рассчитывать не стоит.
«Вопрос в сроке, который отмерит наше правосудие. А учитывая, что военные суды – это очень специфические суды, а Сенцова будет судить именно военный суд, и исходя из ранжированности судов и исполнения прямых приказов от командования, я не думаю, что будет справедливое судебное разбирательство и справедливый приговор», – отметил адвокат.

По его мнению, освобождение кинорежиссера из-под стражи возможно только после вынесения приговора и только в том случае, если украинская сторона сможет договориться о его выдаче.
«Потому что уже очень много было процедур запущено. Президент России Путин говорил, что следственные и судебные органы должны разобраться, вот и будут разбираться. А когда будет приговор, там уже, соответственно, будут какие-то процедуры введены», – заявил Динзе.
А Светлана Сидоркина считает, что Кольченко и Сенцов могут оказаться на свободе только в случае значительных политических изменений, связанных со статусом Крыма.

«Тут должен ставиться вопрос о том, насколько вообще обоснована вся эта ситуация с Крымом. Если ситуация с Крымом разрешится, то и ситуация с нашим уголовным делом разрешится. А до тех пор, пока Украина не будет предпринимать каких-то решительных действий по этому поводу, сложно на что-то рассчитывать», – сказала Сидоркина.

Защита Сенцова и Кольченко сообщила, на данный момент дела их подзащитных все еще находятся на стадии досудебного расследования. Динзе предполагает, что уже на следующей неделе следственные действия закончатся и обвиняемым предоставят материалы дела для ознакомления. Однако процесс, по словам адвоката, движется непредсказуемо, и дальнейшие этапы следствия предсказать очень сложно.

Алексей Скрыпник

Источник: Крым.Реалии

23 Апр

Черноморские партизаны

Во вторник Северо-Кавказский окружной военный суд приговорил к семи годам лишения свободы Алексея Чирния — одного из «крымских террористов», которым вменяются поджог окна и двери в Симферопольском отделении «Единой России» и покупка муляжа взрывного устройства, изготовленного под контролем сотрудников ФСБ. Еще двое арестованных по делу — кинорежиссер Олег Сенцов и анархист Александр Кольченко по прозвищу «Тундра» — пока знакомятся с материалами следствия. Егор Сковорода разобрался, как построено обвинение в процессе «диверсионно-террористической группы “Правого сектора”».

 

Олег Сенцов. Фото: Сергей Карпов \ “Медиазона”

Вниз по лестнице Лефортовского суда Москвы конвоиры ведут мужчину в голубых штанах и желтой футболке.
— Привет! — бросает он на ходу и пытается приветственно взмахнуть ладонью, но из-за наручников жест получается скомканным.

Это украинский режиссер Олег Сенцов. Он широко улыбается и не производит впечатления человека, который скоро может получить от 15 лет до пожизненного заключения.

Сенцова и его товарищей-активистов из Крыма обвиняют в терроризме, дело ведут следователи ФСБ, и судить их будет не обычный, а военный суд.

После референдума: поджоги и аресты

Ночь на 14 апреля 2014 года. Прошел месяц после референдума о присоединении Крыма к России. В Симферополе идет мелкий дождь. На улице Карла Либкнехта в центре города мужчина в капюшоне поливает горючей смесью вход в одноэтажный особняк, на воротах которого уже красуется двуглавый российский орел. Еще один человек стоит невдалеке под деревом. Ночь озаряется пламенем.

На следующий день станет известно, что в особняке располагается офис «Русской общины Крыма» — организации, которая активно участвовала в предшествовавших присоединению полуострова событиях и одним из руководителей которой является нынешний глава Крыма Сергей Аксенов (через несколько месяцев в том же здании откроется его общественная приемная). В результате поджога обгорела только кованая решетка на входе.

Ответственность за этот поджог никто не себя не взял. Через несколько дней, в ночь на 18 апреля, неизвестные бросили бутылку с зажигательной смесью в окно местного отделения «Единой России» на улице Аксакова, 7 (раньше там был офис украинской «Партии регионов»). Обгорели окно и бытовая техника на кухне.

Спустя год над заново вставленным окном по-прежнему видны следы копоти, на здании висит флаг «Единой России», а на соседней стене красная надпись «Крым — Украина» перечеркнута жирным «НЕ».

 

Перед зданием «Русской общины Крыма» ночью 14 апреля 2014 года. Кадр оперативной съемки

Ночь на 9 мая. Горбатый пешеходный мост через мелкую и грязную речушку Малый Салгир, которая течет через весь Симферополь. Рядом улица Куйбышева и автомобильный мост, под которым грудами навален мусор; в кустах на берегу на грязных матрасах обычно спят бездомные. По горбатому мосту идет человек в камуфляжных штанах с рюкзаком за спиной. Он спускается к реке и что-то достает из-под моста. Поют птицы. Мимо перебегает собака. Засунув руки в карманы, мужчина начинает неторопливо уходить — и уже через пару мгновений лежит лицом в землю с застегнутыми за спиной наручниками.

«Да стою я, куда я денусь», — говорит мужчина, когда его поднимают с земли. На оперативной съемке видно, что в рюкзаке у него были серая канистра и обмотанная скотчем бутылка. «Обнаружено сыпучее вещество серебристого цвета, порошкообразное», — комментирует найденное голос за кадром и обращается к мужчине.

— Почему канистра с проводами? Почему бутылка с проводами? Что это такое?

— Вот этого я не знаю. Нет, ну, может, какая-то взрывчатка вот.

— Какая-то взрывчатка? То есть вы взяли пакет, да? Из-под моста? И в нем вот находится взрывчатка? Вы осознаёте, что сейчас в присутствии понятых у вас были изъяты, грубо говоря, два самодельных взрывных устройства?

— Да, – кивает мужчина.

Задержанный в камуфляже — 33-летний Алексей Чирний, помощник преподавателя в Крымском институте культуры, искусства и туризма и участник акций протеста против оккупации Крыма российскими войсками. В канистрах — самодельные взрывные устройства, с помощью которых, по версии ФСБ, Чирний и его подельники собирались 9 мая подорвать памятник Владимиру Ленину на привокзальной площади и монумент «Вечный огонь» в парке имени Гагарина в центре Симферополя. На самом деле эти «взрывные устройства» — изготовленный под контролем сотрудников ФСБ муляж, но сам Чирний об этом узнает только во время следствия.

9 мая, середина дня, парк имени Гагарина. По праздничному парку прогуливаются левый активист Павел с девушкой. «Я смотрю, идет какой-то персонаж и за ним еще несколько людей, которые явно спешат. И они начинают ломать этого парня. У нас фотик был с собой, и я начал снимать. Вылезает сбушник, который уже стал фсбшником, он на все наши акции приходил. Он говорит: “Убирай камеру”. В конце концов, я выключаю камеру, прохожу мимо и вижу, что это — [Геннадий] Афанасьев. Он был в капюшоне, его положили лицом вниз, и я его только по татуировкам узнал, они у него были на всю руку», — вспоминает Павел, который просил не указывать его фамилию. С Афанасьевым и режиссером Сенцовым он знаком по той небольшой компании гражданских активистов, которая зимой участвовала в местных акциях в поддержку Майдана в Симферополе, а весной — в митингах против присоединения к России. Эти активисты распространяли листовки, помогали работе журналистов на полуострове, носили еду блокированным «зелеными человечками» украинским военным.

Геннадий Афанасьев. Фото: “Вконтакте”

Геннадий Афанасьев — 24-летний юрист, который некоторое время работал в симферопольской прокуратуре, увлекался модной фотографией, татуировками и был, по словам одного из знакомых, «обычным гламурным парнем». По версии следствия, Афанасьев вместе с Чирнием готовил взрывы у Вечного огня и памятника Ленину. Руководство этой «террористической группой» якобы осуществлял режиссер Олег Сенцов.

«После того как задержали Афанасьева, мы позвонили Сенцову и другим ребятам, предупредили их, что всё, ****** [кранты], начинается движуха серьезная», — говорит активист Петр, который тоже просит не указывать его полного имени. По словам Петра, Сенцов рассказывал, что Геннадий Афанасьев звонил ему примерно через час или два после того, как Павел увидел его поваленным на землю в парке, и настойчиво просил о встрече — Афанасьев не знал, что о его задержании случайно узнали товарищи. Сенцов от встречи отказался.

Олега Сенцова задержали в собственной квартире 10 мая. После этого его доставили в Управление ФСБ по Симферополю, где почти сутки избивали — об этом Сенцов рассказал только в конце месяца, когда его перевезли в Москву (по словам режиссера, оперативники везли его в наручниках на обычном рейсовом самолете), поместили в СИЗО «Лефортово» и наконец-то допустили к нему адвоката.

Адвокат Дмитрий Динзе считает, что его так долго не пускали к подзащитному для того, чтобы «прошли все синяки и иные следы побоев со стороны сотрудников УФСБ». «На него был надет полиэтиленовый пакет, которым его душили до обморочного состояния, ему угрожали изнасилованием и убийством, при этом заставляли сознаться в организации взрывов, поджогах офисов, хранении оружия и взрывчатых веществ», — говорится в заявлении о совершении преступления, которое от имени режиссера подал его защитник.
Синяки на спине, ягодицах и других частях тела Олега Сенцова были зафиксированы работниками ИВС Киевского района Симферополя и СИЗО Симферополя. В октябре 2014 года Следственный комитет России отказался заводить уголовное по факту пыток режиссера. «В материалах постановления говорится, что Сенцов увлекался садо-мазо, и травмы на спине нанесла ему какая-то партнерша незадолго до задержания», – рассказал о решении следователя адвокат Динзе. По его словам, при обыске в квартире Сенцова не было найдено никаких предметов, которые могли бы указать на склонность режиссера к БДСМ: «Нашли одну плеть, и то, вероятно, она была нужна Сенцову для съемок. Но именно так следователи объяснили травмы на спине Сенцова».

Симферополь, 16 мая. Мимо здания на бульваре Ивана Франко, которое еще недавно занимала Служба безопасности Украины, а теперь ФСБ России, идут двое молодых людей. Один из них выделяется среди прохожих высоким ростом. За спиной они слышат торопливый топот, с криками «Лежать, сука!» их валят на асфальт выбежавшие из здания мужчины. «Ну, наконец-то ты попался, мы тебя уже сколько дней ищем. Что ты в Ялте там делал?» — обращается один из них к высокому парню.

Этот парень — 25-летний Александр Кольченко по прозвищу «Тундра», убежденный анархист и антифашист, который принимал участие во всех заметных социальных протестах Симферополя; он работал грузчиком и учился на географическом факультете Таврического национального университета. Когда начались задержания, Кольченко решил на время уехать из города. «Когда Тундра уезжал, его пасли до самой Ялты, только в Ялте он сумел срезаться, ребятки там знали тропы», — вспоминает активист Петр.

«В какой-то момент Тундре было нужно проехать через Симферополь, но, конечно, это была очень большая глупость, что мы с ним пошли по той улице, где находится здание ФСБ, — рассказывает Петр. — Мы идем, налетает толпа людей, человек восемь их было, все на гражданском. Саша справа от меня идет, я слышу “топ-топ”, поворачиваюсь, меня хватают за горло и валят. По вопросу про Ялту стало понятно, что они уже все знали, следили за ним. Меня забрали вместе с ним, только меня потом отпустили, а Тундру нет. Тогда я его в последний раз и видел».

Версия следствия: терроризм и «Правый сектор»

30 мая, когда все четверо уже находились в московском СИЗО «Лефортово», на сайте ФСБ России появился пресс-релиз, согласно которому «на территории Республики Крым сотрудниками ФСБ России задержаны члены диверсионно-террористической группы “Правого сектора”». Именно в эту группу, по мнению следователей ФСБ, входили задержанные в Крыму активисты. «Основной целью преступной деятельности группы являлось совершение диверсионно-террористических актов в городах Симферополь, Ялта и Севастополь, а в последующем уничтожение ряда объектов жизнедеятельности, железнодорожных мостов, линий электропередач», — говорилось в пресс-релизе.

По версии следствия, Олег Сенцов «не позднее 10 апреля 2014 года, находясь в городе Симферополе и действуя по указаниям неустановленных лиц из числа представителей украинского радикального движения “Правый сектор”, создал террористическое сообщество». Целью создания этого сообщества якобы были «дестабилизация деятельности органов власти в республике Крым», а также «воздействие на принятие ими решения о выходе республики Крым из состава Российской Федерации».

В это сообщество, как настаивает ФСБ, вошли Геннадий Афанасьев, Алексей Чирний, Александр Кольченко, а также Энвер Асанов, Никита Боркин, Илья Зуйков и Степан Цириль. Последние четверо задержаны не были, они объявлены в розыск.

Решения о совершении поджогов и взрывов якобы принимал именно Олег Сенцов, который давал указания другим участникам группы. В поджоге двери «Русской общины Крыма», по версии следствия, непосредственное участие принимали Афанасьев, Чирний и Зуйков, в поджоге окна «Единой России» — Афанасьев, Чирний, Кольченко и Боркин.

 

Александру Кольченко предъявлены обвинения в участии в террористическом сообществе (ч. 2 ст. 205.4 УК) и в совершении террористического акта (п. «а» ч. 2 ст. 205 УК). Геннадию Афанасьеву и Алексею Чирнию — в участии в террористическом сообществе (ч. 2 ст. 205.4 УК), совершении двух террористических актов (п. «а» ч. 2 ст. 205 УК), покушении на совершении еще двух терактов (ч. 1 ст. 30 и п. «а» ч. 2 ст. 205 УК), а также в незаконном приобретении взрывных устройств (часть 3 статьи 222 УК). Наказание по статье «Террористический акт» — от 10 до 20 лет лишения свободы.
Олегу Сенцову, которого следствие называет лидером группы, предъявлен самый тяжелый набор обвинений: создание террористического сообщества (ч. 1 ст. 205.4 УК), совершение двух террористических актов (п. «а» части 2 статьи 205 УК), приготовление к совершению двух террористических актов (ч. 1 ст. 30 и п. «а» части 2 статьи 205 УК), а также два эпизода незаконного оборота оружия и взрывчатых веществ (часть 3 статьи 222 УК). Минимальное наказание по статье «Создание террористического сообщества» — 15 лет заключения, максимальное — пожизненно.
Следственную группу по делу «крымских террористов» возглавляет старший следователь по особо важным делам следственного управления ФСБ Артем Бурдин. Со всех адвокатов ФСБ взяла подписку о неразглашении материалов предварительного следствия.

 

ФСБ утверждает, что именно Олег Сенцов «не позднее 10 апреля 2014 года» дал Чирнию и Афанасьеву указание взорвать памятник Ленину возле железнодорожного вокзала Симферополя. Для организации взрыва Сенцов «посредством Афанасьева» якобы передал Чирнию «денежные средства в сумме 200 гривен для приобретения необходимых компонентов самодельного взрывного устройства (СВУ)». Чирний для изготовления СВУ обратился к некоему «Пирогову, имеющему специальные познания в области химии».

«Впоследствии Сенцов в преддверии встреч Пирогова с Чирнием, состоявшихся 29 апреля и 4 мая 2014 года в городе Симферополе, доводил до последнего посредством Афанасьева дополнительные указания об изготовлении СВУ исполнительного механизма, предусматривающего систему замедления взрыва, а также о приискании места, куда впоследствии необходимо было поместить СВУ для временного хранения», — говорится в материалах дела.

После этого Сенцов якобы решил взорвать на 9 мая еще и «Вечный огонь», для чего попросил изготовить второе СВУ. За несколько дней до назначенной даты Чирний дважды получил от Пирогова «предмет, имитирующий исполнительный механизм, изготовленный на основе электронных часов», и отнес их к себе домой по адресу улица Куйбышева, дом 58а.

Этот дом — в двух минутах ходьбы от речки Малый Салгир, под мостом через которую были спрятаны еще «два предмета, имитирующих СВУ». При попытке забрать эту посылку в ночь на 9 мая Чирний и был задержан.

«Пирогов» изначально действовал под контролем ФСБ, а передача муляжей взрывных устройств Алексею Чирнию проводилась «в ходе оперативно-розыскного мероприятия “Оперативный эксперимент”», следует из материалов дела. В двух канистрах, которые Чирний достал из тайника под мостом, была не взрывчатка, а перемешанная с алюминиевым порошком поваренная соль.

Несогласные в Крыму: режиссер и «директор анархии»

Когда начались выступления на Майдане в Киеве, режиссер Олег Сенцов отложил съемки своего нового фильма «Носорог» и отправился в столицу, где участвовал в протестах как активист Автомайдана. Большую часть зимы он провел в Киеве, хотя время от времени и возвращался в родной Симферополь. В конце января, отправляясь в Киев на машине, Сенцов взял с собой несколько местных активистов, в том числе и Александра Кольченко. Теперь эти несколько дней на Майдане фигурируют в обвинении Кольченко как начало его преступной деятельности.

Долговязый Александр Кольченко, которого в среде левых активистов называли Тундра, всегда придерживался антифашистских взглядов. Он участвовал в акциях в поддержку заключенных российских антифашистов, организовал в Крыму показ фильма об убитой нацистами Анастасии Бабуровой, постоянно ввязывался в стычки с местными ультраправыми. За политическую подкованность и пристрастие к чтению теоретиков анархизма Кольченко получил у друзей шутливое прозвище «директор анархии».

«Вот стою я сейчас и вижу, как на встречу нам идет Тундра: в ботинках, начищенных до блеска, в аккуратненько подкатанных голубых джинсах, в подтяжках, выглаженной рубашке. Вот он подходит к нам, достает наушники из ушей, в которых играет ска, регги, может, какой-то ой, крепко жмет руки нам, крепко обнимает и поднимает женщин. Давай, Тундра, выходи уже быстрее, все тебя уже очень ждут», — говорит один из друзей Кольченко, просивший не называть его имени.

 

Олег Сенцов — автор полнометражного фильма «Гамер» (2011), отмеченного жюри Одесского международного кинофестиваля и фестиваля «Дух огня» в российском Ханты-Мансийске, участвовавшего в Роттердамском кинофестивале и конкурсной программе фестиваля GoEast в Германии. С призывами немедленно освободить Сенцова выступали известные европейские режиссеры, в том числе Вим Вендерс, Педро Альмодавар и Агнешка Холланд. Президент берлинской Академии искусств заявил, что та не будет сотрудничать с российскими государственными учреждениями, пока Сенцов находится в заключении. Обращение Национального союза кинематографистов Украины с просьбой к Путину содействовать освобождению Сенцова поддержал даже Никита Михалков. У Сенцова двое детей: 12-летняя дочь Алина и 10-летний сын Владислав, у которого диагностирован аутизм.

 

Анастасия Черная, которая дружила с Олегом Сенцовым и работала у него ассистентом, вспоминает, что тот вернулся в Крым из Киева в конце февраля: «И тут началась аннексия. Само собой, Олег активно помогал украинским военным, журналистам разных изданий и стран, семьям, которые были вынуждены покинуть полуостров, инициативе Крым.SOS. Олег, как человек сильный и действующий, к тому же медийная персона, попал в поле зрения ФСБ, сотрудники которого и похитили Олега 10 мая из его дома, на глазах у его детей, и обвинили в терроризме, за что сейчас и судят».

Черная уехала из Крыма в Украину летом 2014 года. До этого она была знакома и с другими фигурантами дела: «Последний раз я видела Гену [Афанасьева] 8 мая, мы пересеклись в фотостудии. Он сказал, смеясь, что его вечно самооборона останавливает и обыскивает». «Чирния я лично видела один единственный раз и мельком, — вспоминает девушка, — он тоже помогал в Крым.SOS, отправляли его с какой-то группой журналистов. С Кольченко же мы хорошие друзья, знакомы лет семь. Он всегда был сторонником левых и анархических идей, не раз на улицах встревал в драки с неонацистами, поэтому сказки про “Правый сектор” — вообще цирк и абсурд».

Объявленных в розыск Асанова, Цириля, Зуйкова и Боркина никто из опрошенных «Медиазоной» крымских активистов припомнить не смог. По словам аполитичных знакомых 22-летнего Никиты Боркина из Ялты, в Крыму никто не видел его с середины мая — как раз с того времени, когда начались аресты по делу «крымских террористов».

 

В СМИ появлялась версия о том, что фигурант дела «крымских террористов» Асанов Э.Н. и пропавший, а затем найденный повешенным в Евпатории молодой крымский татарин Эдем Асанов могут быть одним и тем же лицом. Однако у последнего отчество — Азизович, а его родные заявили, что гибель юноши была ненасильственной и что рядом с телом найдена предсмертная записка. Тем не менее, некоторые представители крымских татар сомневаются в версии о самоубийстве, а местные активисты в разговоре с «Медиазоной» допустили, что крымская «самооборона» или силовики могли просто перепутать юношу с предполагаемым «террористом». По непроверенной информации, сейчас фигурирующий в деле «крымских террористов» Энвер Асанов, как и другие фигуранты, которым удалось скрыться, находится на Украине.

 

Во время следствия Геннадий Афанасьев утверждал, что однажды Сенцов пришел на собрание медиков-волонтеров и «представился как организатор с Автомайдана, предложил людям собираться вместе в определенных заведениях, где он начал свою пропаганду, свою работу». Якобы после этого Сенцов и организовал «террористическое сообщество». Местные активисты подтверждают, что несколько встреч в кафе действительно имели место, однако Сенцов был на них лишь рядовым участником — на встречах обсуждали сложившуюся на полуострове ситуацию, тексты листовок, митинги у заблокированных военных частей и поддержку акции «Женщины за мир» в симферопольском парке Шевченко.

«Мне Афанасьев предлагал идти охранять часть, идти на какие-то граффити-акции… Но я параноик сам по себе, может быть, это меня остановило. Видно было, что люди относятся к этому со слишком большой долей максимализма какого-то. Это мешает объективно оценивать вещи и может навредить. Так оно в итоге и оказалось», — говорит активист Петр.

По словам другого активиста, Павла, после ареста Чирния стало известно, что тот по пьяни намекал некоторым знакомым, будто занимается чем-то нелегальным. «В какой-то момент и от Афанасьева был такой базар, который дал понять, что какой-то характер и уровень радикальности повышается или намерен повыситься», — вспоминает активист.

«Мы с Тундрой не раз ругались по поводу того, что не стоит лучше с этими ребятами общаться, — добавляет Петр. — По разным причинам. Но он, видимо, считал, что так просто сидеть нельзя и нужно что-то делать. И вот какое-то отчаяние (от сложившейся в Крыму ситуации — МЗ), может быть, его подтолкнуло на какие-то пересечения с этими людьми. Но в своем письме уже из СИЗО он просил: “Не надо меня выставлять каким-то героем или мучеником святым, я поступил неправильно, сделал ошибку, повелся не с теми людьми, о чем сожалею”».

Гражданство по назначению

— Я был и остаюсь гражданином Украины. Я не признаю аннексии Крыма и военного захвата Крыма Российской Федерацией. И любые договора, которые заключает нелегитимное правительство Крыма, считаю недействительными. Я не крепостной, меня нельзя передать вместе с землей, — настаивал Олег Сенцов во время одного из судов по продлению срока ареста.

— Следователь, к вам вопрос, это гражданин какого государства у нас? — интересовалась судья, продлевавшая арест Александру Кольченко.

— Российского, — после паузы отвечал ей следователь.

После референдума о присоединении Крыма и до своего ареста ни один из четверых обвиняемых не подавал никаких заявлений о смене украинского гражданства на российское. В деле фигурируют только их украинские паспорта, однако следствие все равно называет обвиняемых гражданами России. Все попытки защиты Александра Кольченко оспорить присвоение ему гражданства в российских судах потерпели неудачу, сейчас его жалоба направлена в Европейский суд по правам человека.

Несмотря на то, что Генпрокуратура России признала наличие у Олега Сенцова двух гражданств, российского и украинского, ни к нему, ни к Кольченко в СИЗО консула Украины так и не допустили. Алексея Чирния, который, по словам его адвоката Ильи Новикова, также настаивает на том, что он гражданин Украины, консул смог посетить только в феврале.

Достоверно не известно, успели ли получить российское гражданство судья, прокурор и адвокат по назначению, которые участвовали в заседании Киевского районного суда Симферополя по избранию меры пресечения Кольченко и Сенцову. Не смогли защитники получить от официальных органов и ответ о том, когда переаттестовались и сдали экзамен на знание российского законодательства бывшие украинские судья, адвокат и прокурор. На постановлениях суда об аресте Сенцова и Кольченко все еще стоит печать суда Украины.

Александр Кольченко на акции протеста в Крыму. Фото: личная страница “Вконтакте”

Поджог окна в офисе «Единой России», который вменяется Кольченко, нельзя квалифицировать как террористический акт, говорит его адвокат Светлана Сидоркина. После поджога, который не причинил значительного ущерба, не выдвигалось никаких требований, никто не брал на себя ответственность за них и не угрожал продолжением насильственных акций. Эти действия могут попадать скорее под статью 167 УК (умышленное повреждение чужого имущества) — и именно по этой статье первоначально было возбуждено уголовное дело об инцидентах с «Единой Россией» и «Русской общиной Крыма».

В этой компании активистов мог быть провокатор, который сознательно толкал их на нелегальные действия, уверена Сидоркина. «Мой подзащитный так и считает, собственно говоря, он заявлял в суде, что имеет место провокация», — говорит защитник Сенцова Дмитрий Динзе.

Динзе обращает внимание на то, что оперативники ФСБ осуществляли в отношении активистов оперативно-розыскные мероприятия «Наблюдение» и «Оперативный эксперимент» — именно в рамках последнего Чирний покупал и получал муляжи взрывных устройств.

По словам адвоката, единственные доказательства вины Сенцова, которые предоставляет следствие, — протоколы допросов Чирния и Афанасьева. «Они там указывают на то, что Сенцов являлся организатором, Сенцов давал им какие-то указания, но при этом нет ни одного материального доказательства, которое бы подтверждало их слова. Нет расшифровки телефонных переговоров, которая должна быть, если оперативники за ними следили, должны быть акты оперативных наблюдений, которые тоже необходимо представлять, должны быть хоть какие-то справки от оперативных работников, которые мы, например, по “болотному делу” имели в отношении Гаскарова и других лиц. Здесь ничего подобного нет», — рассказывает Динзе.

«Есть только показания заинтересованных лиц, — продолжает защитник. — А обвиняемые это, как правило, заинтересованные лица, и они не дают подписки о даче заведомо ложных показаний. Мы еще не знаем, применялись к ним пытки или нет, оказывали ли на них психологическое давление, не знаем, каким образом вообще были получены эти показания. Так что показания данных заинтересованных лиц не могут достоверно и объективно указывать на то, что Сенцов вообще мог совершать какие-то преступления».

Точно так же нет ни одного доказательства, которое бы указывало на связь Сенцова с украинским «Правым сектором», добавляет адвокат: «А тогда вообще исчезает мотив действий Сенцова в рамках умысла на террористическую направленность и соответственно на ту деятельность, которую следователь указывает в обвинении».

Уважение и сотрудничество

— Все это игралось на весьма патриотических чувствах. В основном говорилось, что вот, в Киеве погибло больше ста человек, а мы сидели дома и ничего не делали, — говорит Афанасьев на видеозаписи допроса в ФСБ, продемонстрированной по российскому телевидению.

— То есть Сенцов, получается, координировал все эти действия? — уточняет у него следователь.

— Он организовал все это мероприятие, координировал и направлял, корректировал, делал планы, схемы, выслеживал машины, ездил по адресам, смотрел объекты, — подтверждает покрытый татуировками Афанасьев. На видео он одет в черную арестантскую робу и смотрит в камеру немигающим и напряженным взглядом.

Алексей Чирний (третий слева). Фото: личная страница “Вконтакте”

Геннадий Афанасьев и Алексей Чирний сразу после ареста начали сотрудничать со следствием. Именно на их показаниях, в первую очередь, основано обвинение Олега Сенцова и Александра Кольченко.

Сам Кольченко, впрочем, не отрицает, что был той ночью у здания «Единой России», однако настаивает, что ничего не поджигал — стоял в стороне и следил, не появится ли кто на пустой улице. С квалификацией этого инцидента как «террористического акта» Кольченко категорически не согласен; роль Сенцова, который якобы руководил группой, он также не подтверждает.

Поджог Кольченко называет символической акцией протеста. «Я был против войны, против насилия. Мои действия направлены против партии “Единая Россия”, которая голосовала за ввод войск», — пишет он из СИЗО. Кольченко худой и настолько высокий, что кажется, не помещается в судебной клетке. На заседания он обычно надевает клетчатую рубашку.

Олег Сенцов свою вину полностью отрицает и связывает уголовное дело с политическим преследованием активистов, не согласившихся с присоединением Крыма к России. По его словам, дело сфабриковано ФСБ для устрашения несогласных.

— Он был организатором изначально любых радикальных действий. Он выбирал цели, ставил задачи. Он говорит, что у него есть поддержка на Украине. Как я понимаю, это был «Правый сектор», потому что Автомайдан как таковой развалился уже к тому моменту. То есть, он был из «Правого сектора», как я понимаю, — так говорил про Сенцова во время допроса в ФСБ Чирний.

На одном из заседаний по продлению срока ареста одетый в длинное черное пальто Чирний жаловался, что в «Лефортово» к нему не приходит врач. «Сердце болит. Почки время от времени. Это всегда было, а сейчас начало усложняться… как болит, так и болит», — тяжело вздыхал Чирний, который ставит ударение в своей фамилии на последний слог.

 

«Вообще люблю стиль милитари во всем — в стрижке, в одежде — носил военную форму. Я историк по образованию, учился в аспирантуре в Киеве, писал диссертацию на тему “Военно-политическая история Парфии”», — рассказывал Алексей Чирний члену ОНК Зое Световой, посещавшей его в СИЗО.
Увлекавшийся исторической реконструкцией Чирний, возможно, единственный из четверых арестованных, кого можно определенно назвать ультраправым и сторонником идеологии неонацистского «Правого сектора», запрещенного в России. Судя по фотографиям «ВКонтакте», Чирний не только позирует в средневековых доспехах, но и сочувствует германским национал-социалистам и охотно зигует в компании друзей.
Геннадий Афанасьев, по словам симферопольских антифашистов, симпатизировал организации РУН — русскоязычным украинским националистам.
Степан Цириль, который, возможно, также фигурирует в деле, судя по его фейсбуку, как минимум симпатизирует «Правому сектору» и фотографируется с Дмитрием Ярошем. В переписке с «Медиазоной» он, впрочем, утверждает, что в деле «крымских террористов» идет речь не о нем, а о его полном тезке.

 

Следствие утверждает, что именно Олег Сенцов познакомил Геннадия Афанасьева с представителем недавно запрещенного в России «Правого сектора» по имени Степан Цириль. Когда Афанасьев связался с Цирилем по скайпу, тот якобы был недоволен тем, что «акции проходят без человеческих жертв» и рассказал, что у него в Киеве есть «небольшая ракетница, начиненная радиоактивным веществом», которую нужно использовать для нападения на Верховный совет Крыма. «Я с нетерпением жду обнаружения данной ракеты, моих снимков на ее фоне и отпечатков пальцев», — иронизировал в одном из своих выступлений в суде Сенцов.

— Я видел Сенцова и мне нечего сказать, мы просто молчим и… что ему еще можно сказать сейчас? Я думаю, он как режиссер хочет остаться в истории как герой Украины, который боролся за свободу. Вряд ли он признает свою вину когда-либо, — улыбается на записи допроса Геннадий Афанасьев. На щеках появляются ямочки. Взгляд у него бегает.

Приговор Афанасьеву вынесли 17 декабря 2014 года. Московский городской суд приговорил его к семи годам колонии строгого режима — это наказание ниже низшего предела по тем статьям, которые вменялись Афанасьеву. Вероятно, суд учел его признание вины и активное сотрудничество со следствием; дело рассматривалось в особом порядке. Судить Кольченко и Сенцова будет уже военный суд — это связано с тем, что в 2015 году вступили в силу изменения в УПК, согласно которым рассматривать дела о терроризме могут только два суда в стране: Московский окружной военный суд и Северо-Кавказский окружной военный суд в Ростове-на-Дону.

Приговор по делу Чирния, который также признал вину, сотрудничал со следствием и согласился на особый порядок, ростовский суд огласил во вторник, 21 апреля. «Сам Алексей не хочет ломать соглашение со следствием, опасается последствий. Он понимает, что получит, вероятно, от 7 до 10 лет, как ранее Афанасьев. Мы условились, что я выскажу свою позицию, а он не поддержит ее и попросит суд не возвращать дело в прокуратуру, а рассмотреть его сегодня. Суд объявил перерыв, чтобы мы еще раз подумали, чего хотим. Но мы и так знаем. Нельзя же всем быть героями, а тем более, нельзя подстрекать на геройство других. “Вот тебе, Леша, граната, и вот тебе танк”. Чирний не герой, он чувствует себя беззащитным и не верит, что Украина может чем-то ему помочь. Трудно защищать человека в его положении. Но в деле останутся следы моего возражения, посмотрим, может оно еще сыграет», — написал в своем фейсбуке его адвокат Илья Новиков. Усмотрев в столь сложной линии защиты нарушение прав Чирния, суд отстранил Новикова от процесса и приговорил его подзащитного к семи годам лишения свободы в колонии строгого режима.

— Федеральная служба беспредела в вашей стране умеет очень хорошо крупными белыми стежками шить дела… Загремлю на 20 лет — однозначно. Потому что этот срок мне был назван еще в первый день до моего официального задержания, это уже решенный вопрос, об этом постоянно говорится, моим адвокатам намекают, что меня ждет очень тяжелая и интересная жизнь в лагере, если туда вообще доеду. Но я не боюсь угроз и намеков. И этот срок в 20 лет мне не страшен, потому что я знаю, что эпоха правления кровавого карлика в вашей стране закончится раньше, — говорил Олег Сенцов в своей речи на заседании суда в апреле.

В начале апреля ему и Александру Кольченко были предъявлены обвинения в окончательной редакции. Сейчас они начинают знакомиться с материалами дела. Как предполагают защитники, рассмотрение их дела в военном суде в Ростове-на-Дону начнется не раньше июня.

Егор Сковорода (Симферополь — Москва)
Источник: Медиазона

22 Апр

Ассистенту режиссера оценили террористическую деятельность

Северо-Кавказский окружной военный суд (СКОВС) вынес приговор гражданину Алексею Чирнию, который, по версии следствия, входил в возглавляемую известным режиссером Олегом Сенцовым террористическую группу, готовившую серию терактов в Крыму в канун Дня Победы в прошлом году. Чирний признал вину, поэтому его дело было рассмотрено в особом порядке. Украинец получил семь лет колонии строгого режима, ранее к такому же сроку еще одного участника группы приговорил Мосгорсуд.

Алексею Чирнию вменялись в вину ч. 2 ст. 205, ст. 205.4, ст. 30, ст. 205 и ст. 222 УК РФ (теракт и покушение на теракт, участие в террористическом сообществе, незаконный оборот оружия и боеприпасов). Обвиняемый признал вину на этапе следствия и заключил досудебное соглашение. По совокупности инкриминируемых статей прокурор просил для него 12 лет наказания, защита ходатайствовала о более мягком наказании и намерена обжаловать приговор.

На оглашение приговора из родственников Чирния приехал его отец, потерпевших — представителей общественной организации «Русская община Крыма» и регионального симферопольского отделения партии «Единая Россия» — не было. Зато на процессе присутствовали представители генконсульства Украины в Ростове. Последние сообщили “Ъ”, что наблюдают за процессом в соответствии с двусторонней консульской конвенцией, заключенной между Россией и Украиной в 1993 году, но оценку суду давать не собираются.

Заседание началось с ходатайства адвоката Чирния Ильи Новикова, который неожиданно заявил суду, что его подзащитный оговорил себя и своих соучастников. «В апреле прошлого года несколько человек, в числе которых был Чирний, совершили ночью поджоги офисов общественной организации “Русская община Крыма” и регионального отделения Партии регионов (сейчас “Единой России”.— “Ъ”), материальный ущерб от этих действий составил 300 тыс. руб. и 200 тыс. руб. соответственно, планируемый ночной взрыв памятника не был осуществлен»,— сообщил суду адвокат. «Как защитник, я не могу пойти против своей совести, мое решение обдуманно и взвешенно: Чирний совершил самооговор»,— добавил господин Новиков. Тамази Нодия, защитник по назначению государства, не поддержал ходатайство коллеги. Суд предоставил время стороне подсудимого определиться с позицией. После перерыва обвиняемый не поддержал ходатайство господина Новикова, заявив суду, что добровольно пошел на сотрудничество с правоохранительными органами России. «Только мотив моих действий не террор, а протест»,— уточнил подсудимый.

Председательствующий судья Роман Сапрунов напомнил Илье Новикову, что разногласия между ним и его подзащитным могут негативно повлиять на процесс. Прокурор Олег Ткаченко попросил суд отстранить адвоката Новикова от защиты, и суд удовлетворил ходатайство гособвинителя. По мнению отстраненного судом защитника, в действиях Алексея Чирния и его соучастников прослеживаются вандализм, хулиганство, экстремистская, но не террористическая деятельность.

Согласно обвинительному заключению, Чирний в составе организованной группы совершил два террористических акта и покушение еще на один — взрыв памятника В. И. Ленину в Симферополе. По словам прокурора, Чирний был задержан сотрудниками правоохранительных органов Крыма накануне готовящегося 9 мая взрыва с поличным при извлечении самодельной бомбы из тайника. Во время следствия, а также в своем последнем слове Чирний признал свою вину. Суд приговорил его к семи годам колонии строгого режима. Защита сочла наказание чрезмерно жестким и обжалует его.

Напомним, что уголовное дело о подготовке серии терактов в Крыму было возбуждено ФСБ 9 мая 2014 года. В ходе оперативных мероприятий были задержаны Алексей Чирний, Геннадий Афанасьев, Александр Кольченко и режиссер Олег Сенцов. Как следовало из заявления ФСБ, все они имели отношение к диверсионно-террористической группе «Правого сектора», которая совершила в апреле прошлого года поджог одного из крымских офисов «Единой России» и готовила теракты в Симферополе, Ялте и Севастополе, а в дальнейшем планировала «уничтожение ряда объектов жизнедеятельности, железнодорожных мостов, линий электропередачи». Именно из-за ареста режиссера Сенцова дело получило широкий общественный резонанс. Глава Национального союза кинематографистов Украины Сергей Тримбач тогда обратился к российским властям с просьбой об освобождении коллеги. К этому обращению присоединился летом прошлого года на церемонии закрытия Московского международного кинофестиваля и российский режиссер Никита Михалков.

Как уже сообщал “Ъ”, в конце прошлого года Мосгорсуд приговорил Геннадия Афанасьева, также признавшего вину, к семи годам лишения свободы. На днях Александру Кольченко и Олегу Сенцову следственное управление ФСБ предъявило обвинение в окончательной редакции. Теперь им предстоит ознакомление с материалами расследования.

Олег Горяев, Ростов-на-Дону
Источник: КоммерсантЪ

22 Апр

Крымский узник Чирний получил семь лет строгого режима

Северо-Кавказский окружной военный суд в Ростове-на-Дону приговорил крымского узника Алексея Чирния к семи годам строгого режима. Об этом сообщил в твиттере отстраненный от участия в разбирательстве адвокат подсудимого Илья Новиков.

“По крайней мере, в этом не обманули”, – заметил юрист, имея в виду, что такой срок предусматривался условиями сделки, которую Чирний заключил со следствием. Другой крымский узник – Геннадий Афанасьев, также пошедший на сделку со следствием, – в декабре 2014 года тоже получил семь лет строгого режима.

Между тем прокурор в прениях сторон запрашивал для Чирния 12 лет строгого режима.

Подсудимый был признан виновным по пункту “а” части 2 статьи 205 (теракт, совершенный организованной группой; два эпизода), части 1 статьи 30 – пункту “а” части 2 статьи 205 (приготовление к теракту, совершаемому организованной группой; два эпизода) и части 3 статьи 30 – части 3 статьи 222 УК (покушение на приобретение взрывчатки организованной группой; один эпизод). Часть 2 статьи 205 предусматривает от 10 до 20 лет колонии.

Суд счел Чирния участником диверсионно-террористической группы “Правого сектора”, лидером которой следствие назвало кинорежиссера Олега Сенцова, а одним из боевиков – левого активиста Александра Кольченко. Было признано доказанным, что осужденный участвовал во всех четырех акциях, приписываемых этой несуществующей группе. Речь идет о поджогах штабов “Русской общины Крыма” и “Единой России” в Симферополе, совершенных соответственно 14 и 18 апреля 2014 года, а также о якобы готовившихся в крымской столице взрывах у памятника Ленину и Вечного огня.

Процесс Чирния занял один день. Дело рассматривалось в особом порядке – без допроса свидетелей и анализа доказательств. Новиков предлагал подзащитному расторгнуть сделку со следствием, однако тот предложение отверг, рассчитывая, как и Афанасьев, получить семилетний срок.

Юрист, основываясь на официальном письме генконсула Украины в Москве Геннадия Брескаленко, заявил, что Чирний подвергался пыткам и потому был вынужден оговорить себя и других. На этом основании Новиков заявил ходатайство о возврате дела в прокуратуру. Сам подсудимый, однако, это ходатайство не поддержал.

Суд, отметив конфликт позиций Чирния и его адвоката, вывел Новикова из процесса. Закон об адвокатуре, заметил юрист, допускает участие адвоката в процессе при наличии позиции, отличной от позиции клиента, однако прокурор настаивал на выводе Новикова, заявляя, будто нарушается право Чирния на защиту. После этого Новиков присутствовал в зале лишь как зритель.

Между тем другой адвокат крымского узника, Тамаз Нодиа, проявил полную солидарность с позицией клиента. Как можно предположить, Нодиа представлял Чирния по назначению, а не по доверенности.

В перерыве заседания журналисты поинтересовались у Новикова, почему в материалах дела говорится о поджоге подсудимым штаба Партии регионов, а потерпевшим по этому эпизоду значится “Единая Россия”. “Это один и тот же офис, – пояснил адвокат, – просто в полночь Золушка превратилась в тыкву”.

Чирнию 34 года. Он кандидат исторических наук, преподавал в Симферопольском институте культуры. ФСБ похитила Чирния в Симферополе ночь с 8 на 9 мая 2014 года и подвергла пыткам. Позже он был арестован и перевезен в московский СИЗО “Лефортово”.

Так же как и Афанасьев, Чирний не только признал свою вину, но также дал показания на Сенцова. Между тем, в отличие от Афанасьева, он не признал себя гражданином России и не стал отказываться от российского гражданства. Одно время Чирний безуспешно добивался, чтобы его признали невменяемым.

Сенцов и Кольченко, напротив, вину не признают и отказываются оговаривать как себя, так и других. Их будут судить в рамках одного процесса. Следствие в отношении Кольченко уже завершено – 31 марта ему предъявили окончательное обвинение. Сенцову окончательное обвинение предъявили 16 апреля, однако следствие по его делу еще продолжается. Адвокат политзека Дмитрий Динзе ожидает, что оно завершится в начале мая.

Илья Новиков, адвокат:
Чирний не герой, он чувствует себя беззащитным и не верит, что Украина может чем-то ему помочь. Трудно защищать человека в его положении. https://www.facebook.com/photo.php?fbid=10203232286487765&set=a.2505267410815.91327.1826910793

Источник: Грани.Ru